Мамина дочка - Елена Булганова

Одним прыжком я метнулась в кусты. А через секунду учительницы уже стояли рядом.

— Ой, Марк Леонидович! — воскликнула стриженная под мальчика учительница пения. — У вас что там, собачка?

— Да пока не обзавелся, — дружелюбно ответил Марк.

— А нам показалось, что-то в кустах копошится… Вы гуляете один?

— Совершенно.

— Ой, а пойдемте с нами! — закричала стройная миниатюрная географичка и цапнула Марка за рукав куртки. — Мы идем кормить уточек, а потом на карусели.

Под кустом я тихо изумилась: учительницы, обалдеть можно, ходят, как маленькие, на карусели. А потом услыхала безукоризненно вежливый голос Марка:

— Давайте поступим так, девочки. Как-нибудь я сам вас приглашу на прогулку, вот тогда сходим и к уточкам, и на карусели.

Кажется, они обиделись, потому что при прощании голоса их звучали довольно тускло. Но, слава богу, ушли.

— А что, — спросила я, выбираясь из-под куста, — ты их в самом деле собираешься куда-то приглашать?

— Не знаю, — развел руками Марк. — Раз уж пообещал… Может, на День учителя…

И мы продолжили нашу прогулку, непроизвольно выбирая еще более глухие места и тропинки.

Поздно вечером я на цыпочках вошла в квартиру, скинула облепленные парковой грязью сапоги и несколько минут сидела на тумбочке в прихожей, стараясь перенастроиться на обычную жизнь. Потом подошла к двери маминой комнаты, заглянула в щелочку: мама не любила, если я отрывала ее от работы. На этот раз мама сидела не за пишущей машинкой, а на диване, на коленях у нее лежала книжка, открытая где-то посередине. Но смотрела мама не в книгу, а в пространство.

Книжки мама тоже читала необыкновенно, не так, как все люди. Когда приносила в дом новую, сперва просматривала ее, читала выборочно некоторые места. Потом давала отлежаться несколько дней и только после этого начинала читать с первой страницы. Однажды я спросила ее, зачем она так делает. Какой в этом интерес? И мама мне ответила:

— Потому что так я не читаю книгу, а как будто вспоминаю что-то, давно случившееся.

Впрочем, часто после первого просмотра мама откладывала книжку в сторону. Говорила:

— Не моя история.

Но сегодня я сразу поняла: случилось что-то плохое. Такой взгляд у мамы просто так не появлялся.

— У тебя что-то случилось, мамочка? — пискнула я с порога.

Мама перевела взгляд на меня и ответила:

— Случилось, Сима. У тебя.

У меня задрожали коленки. Господи, что мама узнала?

— Звонили с подготовительных курсов, — не стала она томить меня. — Спросили, почему ты ни разу там не появилась.

Черт, я даже думать забыла об этих курсах. Хотя регулярно ссылалась на них, объясняя маме свои поздние приходы домой. Крыть было нечем, и я виновато опустила голову.

— Мне очень неприятно, Сима. Почему-то с этой стороны я не ожидала подвоха. Мне казалось, тебе действительно хочется учиться.

Ну почему мама никогда не ругается, как все нормальные матери? Рявкнула бы на меня или даже побила — все легче перенести.

— Ты с кем-то встречаешься? — спросила она.

Я робко кивнула.

— И эти встречи никак нельзя сочетать с занятиями на курсах?

Я молчала. Ну что тут можно ответить?

— Сима, я не собираюсь лезть в твою личную жизнь, — вполне миролюбиво заговорила мама. — Видишь, я даже не спрашиваю, кто твой молодой человек. Если бы ты хотела поговорить со мной о нем, то, наверное, сама бы завела этот разговор. Просто я много думаю о твоем будущем, девочка. Мне бы хотелось, чтобы твоя судьба сложилась лучше, чем у большинства женщин в России.

— А что, женщинам в России плохо живется? — встрепенулась я. До сих пор я была уверена, что всем в нашей стране живется одинаково, кроме правительства и тех, кто успел разбогатеть при перестройке.

— К сожалению, Сима, у многих русских мужчин средневековые представления о браке, — ровным голосом продолжала мама, словно лекцию читала. — Процент разводов очень велик, а женщине с ребенком на руках и без особого образования по нынешним временам выжить очень трудно. Поэтому мне бы хотелось, чтобы ты получила очень хорошее образование, сделала карьеру. И чтобы любовь у тебя была не на первом, а на каком-нибудь десятом месте.

Я посмотрела на маму изумленно. Как это любовь может быть не на первом месте?

— Так что, Сима, обдумай все хорошенько, по-взрослому. После окончания школы тебе не трудно будет выйти замуж, но велика возможность того, что через какое-то время этот брак распадется. Если ты на первое место поставишь карьеру и образование, тебе будет сложнее найти подходящего мужчину. Но на российских мужчинах свет клином не сошелся, сейчас появилась возможность ездить по всему миру, работать за границей. Своего принца ты сможешь встретить и там.

— Я не уеду из России, — запротестовала я. — Я люблю свою страну!

— Дурочка, можно любить свою страну, а жить и работать где угодно. Главное, нужно воспитывать в себе свободу, внутреннюю свободу, понимаешь? А для свободы необходим базис, иначе живо окажешься в кабале. Ты должна знать, что, если твой брак не заладится, ты всегда сможешь все переиграть, уйти, встретить другую любовь. А не жить и мучиться только потому, что идти некуда и страшно. Конечно, пока я жива, я всегда тебя поддержу. Но я ведь, Сима, тоже не вечна.

Тут я окончательно перестала что-либо понимать. То, что говорила сейчас мама, противоречило всем моим представлениям о жизни. Я, например, свято верила в то, что выходить замуж нужно только один раз, потому что и настоящая любовь случается только один раз. У мамы было полно подружек, и все они были замужем повторно. Я их жалела и считала глубоко несчастными людьми. Уж куда честнее, если первая любовь не удалась, остаться на всю жизнь одинокой, как моя мама. А еще лучше сгореть в одночасье от какой-нибудь болезни…

— Мама! — предприняла я последнюю попытку исправить ситуацию. — Ну что ты мне такое говоришь? Если женщина хорошая, то и брак у нее будет хороший! Просто надо вести себя по-умному…

— О, мой бог! — закатила глаза мама. — Тебя уже успели обучить этой чуши. Так вот, Сима: хороший брак бывает у плохих женщин куда чаще, чем у хороших, потому что с ними не забалуешь. Хотя большой вопрос, кого считать хорошим или плохим. Я понимаю, тебе сейчас трудно понять мои слова, сама была юной. Но попробуй хотя бы понемногу пропускать их в свое сознание. И очень хорошо подумай о том, стоит ли тебе получать хорошее образование.

— Клянусь, мама, я буду ездить на курсы! — закричала я. — И над словами твоими я буду думать.

Вот тут я соврала: я была так не согласна с мамой, что постаралась поскорее забыть ее слова. Вдруг у меня мелькнуло ужасное подозрение, что мама просто не хочет, чтобы я выходила замуж. Я слышала о таких случаях, когда одинокие женщины стремятся удержать рядом с собой своих детей. И эта мысль в то время здорово отдалила меня от мамы.