Эликсир любви - Тереза Саутвик

Он непроизвольно сглотнул и тут же раздраженно заворчал:

— Кому тут нужны фрукты, были бы картошка да мясо. В этой троице все исчезнет, как в пылесосе. Они и вкуса-то, наверное, не различают, им бы побольше. Я ждал тебя гораздо раньше.

Она возмущенно посмотрела на него, ей стало все понятно.

— Так дело не в цветной капусте и брокколи? Ты просто волновался за меня.

Услышав ее приговор, он понял, что худшее уже случилось.

Пи Джей заинтриговала Кейда тем, что стала первой женщиной, которая не подходила ни к одной категории его классификации. Она работала. Была матерью, и очень заботливой. Да ко всему прочему выглядит чертовски сексуально. Все это волновало его, но признаваться себе в этом не хотелось.

Он дернул плечом.

— А чего мне волноваться? Ты уже большая девочка. — Вернее не скажешь, подумал он, оглядывая ее совершенную фигуру. — Можешь сама о себе позаботиться.

— Тебе меня не провести, — улыбнулась она ему. Можешь ничего не говорить, я и так все вижу. Спасибо тебе.

Пи Джей порывисто поднялась на цыпочки и чмокнула его в щеку. Не успев сообразить, он обнял ее обеими руками и притянул к себе. Прикосновение женской груди обдало жаром все его тело, и, закрыв глаза, он потянулся к ее рту. Губы их слились в сладком поцелуе, который длился так долго, что у него запульсировало все тело.

Какой же он идиот, мелькнула мысль. В наказание за любопытство досталась эта сладкая мечта. От поцелуя начало туманить разум, и он последним усилием заставил себя оторваться от нее.

Он прикрыл глаза ладонью.

— Мне не следовало этого делать.

— Это я виновата, — раздосадовано сказала она.

Если бы не ее поцелуй в щеку, ситуация не вышла бы из-под контроля.

— Давай не будем перекидывать вину друг на друга. Не бойся, этого больше не повторится. И я буду тебе очень благодарен, если ты забудешь об этом эпизоде.

— Уже забыла, — солгала она. Дрожащими пальцами она провела по своим губам, все еще трепещущим от его поцелуя. — И никому не выдам твой секрет.

— Какой секрет?

— Ты беспокоился обо мне. Вот уж не думала, что в твоей груди сердце мягкое, как суфле.

Чтобы убедиться в правдивости своих слов, она прикоснулась к его груди и с удивлением обнаружила, как она ошиблась: внутри бился взбесившийся молоточек.

— Это наглая ложь. — Он тяжело сглотнул и быстро направился к двери. — Пойду принесу оставшиеся пакеты.

— Я помогу тебе.

— Нет, останься. Лучше положи покупки в холодильник, чтобы не начали таять.

— Слушаюсь, босс.

Пи Джей покачала головой, потрясенная его скорым исчезновением. Крикни сейчас кто-нибудь, что сюда идут бандиты, он не проявил бы такой прыти, с какой только что от нее удрал. Ну и резвость! Она, конечно, не сногсшибательная красотка, но и не уродка, чтобы так сбегать!

Что ж, Кейд установил дистанцию между ними, только к лучшему. Ведь вряд ли она может сдерживать себя, когда рядом высокий, темноволосый, немногословный мистер Маккендрик. Хватит жить чувствами, они уже сыграли с нею плохую шутку, познакомив с мистером Дейвом Одни Неприятности. Она сама росла без отца, но это не уберегло ее от ошибки. С нее достаточно тяжелого урока, надо думать о ребенке. Эмили не должна больше пострадать. Пи Джей понимала, что не имеет права вступать в отношения с мужчиной, который — и это совершенно очевидно — еще не разобрался даже со своим прошлым.

Жаль, что она попала в его сети, но с этим необходимо справиться. И она сможет, потому что он обаятелен только физически, но в душе ему безразлично, кто с ним. Она не понимала теперь, зачем он ее поцеловал, и уже не вызывало сомнений, что он быстро забудет все. Наверное, уже позабыл. Вот только она сама никак не могла избавиться от ощущения его губ и невероятного волнения от крепкого поцелуя. Поберегись, Пи Джей.

— Но, мамочка, почему я не могу пойти со Стивом?

— Потому что он идет в кино не один и тебя никто не звал. Да и время уже позднее.

— Тодд и Марк тоже пойдут.

— Они старше тебя.

Эмили плюхнулась на кожаный диван в гостиной и сложила руки на груди. Пи Джей увидела, как выпячивается ее нижняя губка, и поняла, что сейчас ей понадобится все терпение. Малышка слишком привязалась к мальчишке. Оставалось только молиться, чтобы в сердечных делах она не походила на свою мать. Разве ей выдержать, когда она увидит, как проходимец разбивает сердце ее малышке!

— Я уже большая. Мне почти восемь лет, — сказала девочка.

— Знаю, Эм. Я знакома с тобой со дня твоего рождения. Иначе не была бы твоей мамой. И полагаю ты не будешь исчезать сразу после ужина ближайшие шесть, восемь… даже двадцать лет.

В ответ ее наградили совсем не дружелюбным взглядом. В этой игре Эмили почему-то легко переигрывала мать одним своим сердитым взглядом или расстроенным видом.

— Что будет эти двадцать лет?

Пи Джей повернулась и увидела Кейда в дверях.

— Я не знала, что ты здесь.

— Какие тут проблемы? — спросил он.

— Угадай, — вздохнула она.

— Молчит? — Он кивнул на малышку, с несчастным видом сидевшую на диване спиной к нему.

— Я отказалась выполнить ее просьбу. Эмили сразу становится немой.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Разве что возьмешь ее в кино. Но только через мой труп, должна тебя предупредить.

Он прошел мимо камина, занимавшего большую часть стены, и сел в кресло напротив Эмили. Между ними стоял дубовый кофейный столик. Кейд наклонился вперед и положил локти на колени.

На нем были джинсы, белая рубашка с закатанными рукавами, открывающими его большие и сильные загорелые руки. Пи Джей стало трудно дышать. Только бы он не догадался, какое впечатление на нее производит! Как тогда ей здесь работать?

— Подумаешь, кино, — сказал он дувшейся девочке. — Уверяю тебя, мы можем найти занятие поинтереснее.

Эмили посмотрела на него.

— Какое?

— Говорят, тебе понравилась одна лошадка на ранчо.

— Леди? — Девочка сразу оживилась.

Пи Джей присела на стул рядом с Кейдом. Он принял душ, и от него едва уловимо пахло мылом и лосьоном после бритья. Она изо всех сил пыталась удержать свое внимание на собственном взбунтовавшемся отпрыске.

— Я хотела покормить Леди. Можно? — спросила Эмили.

Он кивнул.

— Я даже покажу, как это делается.

— Вот здорово! — Эмили спрыгнула с дивана, обежала кофейный столик и бросилась к нему на шею.

Испытывая неловкость от таких бурных проявлений чувств, Кейд встретился взглядом с Пи Джей.