Запах лаванды - Дженнифер Грин

— У нас после школы много свободного времени, мы бы не прочь вам помогать, мисс Кэмпбелл, — сообщил Саймон.

— Благодарю, ребята, но я справляюсь.

— Это трудно — одной на такой площади, — поддержал брата Шон.

— Я не приветствую эксплуатацию малолеток, — сухо отозвалась Камилла.

— Отец обещал нам заплатить, мисс Кэмпбелл. Мы периодически зарабатываем карманные деньги на временных работах, — признался Саймон.

— А я по наивности подумала, что вы бескорыстные скауты, — тяжело вздохнула женщина. — Поищите другое поле для деятельности. Или отец обещал платить только за помощь дефективной соседке? Боюсь, в этом случае трудотерапия невозможна. Ступайте домой, — устало проговорила она, утомленная бессмысленной болтовней с этими самонадеянными подростками. Да и солнцепек порядком изнурил ее. Она сняла рабочие перчатки, сунула их в корзинку и направилась домой.

Дэрби метнулся вперед нее, мальчишки пристроились по бокам. Шагая рядом, оба с любопытством поглядывали на женщину, которая не лезет за словом в карман.

У дома их дожидался Пит Макдугл. Он уже кивнул Камилле и хотел поздороваться, но соседка, притворившись, что не видит его, молча прошествовала мимо.

* * *

Дэрби не заглядывал к Камилле уже три дня, и она забеспокоилась.

Про себя Камилла Кэмпбелл называла псину Киллером. Имя Дэрби казалось ей чересчур вычурным для заурядной немецкой овчарки, экстерьер и манеры которой оставляли желать лучшего.

Она насмешливо вспоминала разговор с глупыми подростками. К ее собственному удивлению, Камилла даже не обиделась на то, что сосед считает ее «не вполне женщиной». И это при том, что с юности она сознательно культивировала в себе истинно женские качества. Впрочем, теперь все это не имело никакого значения…

Наконец пес появился. Он коротко гавкнул, и Камилла выглянула в окно. Она вынесла миску с водой, другую — с едой, поставила их под кленом и остановилась на пороге кухни, наблюдая, с каким удовольствием псина разжевывает не сгодившееся для жаркого мясо. Втихаря Камилла запаслась и сухим собачьим кормом, который всыпала в быстро опустевшую миску. Киллер аппетитно захрустел.

Наевшись и напившись, Киллер устроился под облюбованным канадским кленом и принялся приводить себя в порядок — выгрызать из шерсти паразитов. Камилла убрала миски и вернулась к псу. Присела возле него на корточки и рискнула обхватить руками его морду. Против ее ожидания, он покорно ткнул нос Камилле в колени и изобразил тоскливый взгляд подкидыша.

— Где ты шлялся? Чем от тебя так разит? Как будто в навозе извозился.

В ответ на ее упреки он тоненько скульнул.

— Парень, ты разбиваешь мне сердце, — прошептала Камилла, глядя в преданные собачьи глаза. — Ты так уверен, что мы друг другу необходимы? Я еще могу допустить, что я нужна тебе, так как у меня частенько бывает мясо. Ты это понял. Но сомневаюсь, что ты нужен мне в такой же степени. Не стану обманывать, к животным в доме я отношусь как к обузе. Но, судя по тому, что о тебе рассказывают, ты тертый калач, а судя по тому зловонию, которое от тебя исходит, еще и свободолюбивый, как кошка. Полагаю, ты сможешь понять и простить, если у нас с тобой что-то пойдет не так.

Киллер доверительно закрыл глаза, покоясь мордой на ее колене, и вновь открыл их.

— Не рви мне душу, бродяга. Я этого не выдержу. Но я готова заключить с тобой пакт. Ты приходишь, когда захочешь, я кормлю тебя и пою с радостью, но не требуй от меня невозможного, блохастый. Других гарантий дать не смогу. Обещаю только, что куплю собачий шампунь. В противном случае общение у нас не сложится… Скажи мне, Киллер, отчего ты не ужился у этих бестолковых мальчиков и у их самонадеянного папаши? Тоже достали? Как я тебя понимаю, бедолага… Сначала над тобой измывается тронутый собачник, потом берет в свой дом преподобный Макпитл и парочка болтливых скаутов… Жизнь и впрямь жестока к тебе, — с грустной усмешкой резюмировала Камилла. — Но если ты думаешь, что со мной тебе будет проще, то ты ошибся адресом, красавчик…

Киллер убрал морду с ее колен и улегся переваривать ужин.

— Ах ты, ленивая скотина! — ласковым голосам обругала его женщина и потрепала за ухом. — Я только собралась поговорить с тобой по душам, а ты так неучтиво обрубил меня на полуслове, презренная вонючка… Ладно, дрыхни. Не буду тебе мешать, — бросила она напоследок и удалилась в дом, мысленно иронизируя над собственным приступом сентиментальности.

— Что смешного, Пит Макдугл?! — возмущенно воскликнула Камилла Кэмпбелл, стряхивая с одежды крупные брызги.

— Ты похожа на котенка, который гикнулся в колодец. Боже, какая же ты замухрышка! — беззастенчиво наслаждался ситуацией сосед.

— Отыгрываешься, Макдугл? — гневно констатировала женщина, щеки которой покрылись малиновыми пятнами.

— Сегодня явно не твой день! — громогласно хохоча, предположил Пит.

— Будет и не твой, если не заткнешься, — серьезно пригрозила ему Камилла.

— На днях Дэрби явился в подобном же состоянии, — не унимался сосед.

— Не забудь рассказать об этом своим олухам. Они с большим вниманием относятся ко всему, о чем ты им говоришь, а потом выставляют себя полными идиотами, озвучивая папино мнение, — победоносно произнесла Камилла.

— Гм… — запнулся Пит.

— Говорю так, потому что была возможность в этом убедиться. Надо заметить, узнала много интересного, и о себе в том числе, — довольным голосом добавила она и вышла из кухни.

Пит больше не веселился. Ситуация складывалась не в его пользу. Нет ничего хуже для ответственного родителя, как быть обвиненным в проявлении непедагогичности, пусть даже таким косвенным способом, пусть даже такой сомнительной женщиной. Тем более что ему самому было в чем себя упрекнуть. Он частенько переоценивал степень интеллектуального развития своих лоботрясов и не адаптировал многие из своих мыслей для их понимания. А вскоре убеждался, что, несмотря на прорезающийся баритон и высокий рост, это все те же дети, которые не понимают, что такое конфиденциальная информация. А Питу хотелось иногда поделиться мыслями с понимающим человеком.

Утром из Бостона доставили вещи Камиллы. Пит почему-то обрадовался этому. Ему большого труда стоило удержать себя в пределах собственного дома и не ринуться помогать разгружать грузовой фургон, забитый коробками. Он видел в окно своего кабинета, что грузчики справляются, но что-то толкало его к жилищу двух странных женщин.

В кухню вернулась босая Камилла, переодетая в свежую маечку и сухие джинсы. Поверх миниатюрной белоснежной маечки, туго обтягивающей ее грудь, была небрежно наброшена выцветшая отцовская ковбойка. Пит хорошо помнил старину Колина Кэмпбелла в этой самой ковбойке с закатанными рукавами.

Какое притягательное сочетание узнаваемого и новизны, подумал Пит Макдугл. Но новизна в образе тугой белой маечки волновала его сильнее узнаваемости ветхой ковбойки с махрами на вороте и манжетах. Однако Камилла застегнулась раньше, чем успела разбушеваться его фантазия. Могло показаться, что такая трансформация из обольстительного создания в бесформенную распустеху доставляет ей извращенное наслаждение. Пит не был способен это понять…