Старая сказка - Алекс Стрейн

Однако на него угроза не произвела ровным счетом никакого впечатления. Не говоря уж о том, что он решил бороться за свое место. Губы Коула едва заметно дрогнули, но было совершенно непонятно, что сие означает.

– Вы не можете меня уволить, мисс Престон. По крайней мере, до тех пор, пока истечет срок моего контракта. А это случится только через два года.

– Неужели? – пробормотала Микаэла, досадуя, что ее угроза не произвела нужного эффекта.

– Ну если только вы сумеете доказать, что под моим управлением ранчо не приносит дохода или я присвоил чужую собственность.

– Понятно, шансы у меня нулевые.

– Вот именно, – согласился Коул.

– Кто же составил такой удобный для вас контракт, мистер Рассел?

– Ваш дядя позаботился об этом, мисс Престон.

Усталость усилилась, и вдобавок у Микаэлы заболела голова. Ясно, что здесь ей ловить нечего: добиваться своего силой не имеет никакого смысла, а уговоры, как видно, не помогут.

– Ладно, мистер Рассел, тогда извините за беспокойство. Мне уже пора. Всего хорошего. – Микаэла кое-как негнущимися пальцами запихала выпавшую мелочь в сумочку и направилась к дверям.

– Мисс Престон! – догнал ее голос Коула.

Микаэла застыла, потом медленно обернулась.

– Вы передумали?

– Сначала я должен узнать, о какой помощи идет речь.

– Ничего противоправного, – заверила его Микаэла. – Я собираюсь привести дом в божеский вид. А решение некоторых вопросов находится в вашей компетентности.

– Это значит, вы твердо решили здесь задержаться?

– На некоторое время.

– Это потребует… э-э-э… приложения значительных усилий. Я имею в виду физический труд.

– Неужели вы снова пытаетесь меня отговорить?

– Только предупредить.

– Спасибо за ваше предупреждение.

– Для вас это важно, не так ли?

– Это допрос, мистер Рассел?

– Я только хочу убедиться, что вы понимаете, на что идете.

– Да, я понимаю. И – да, для меня это важно.

– Я помогу вам, мисс Престон, – после небольшой паузы, во время которой он сверлил ее взглядом, видимо пытаясь определить, насколько серьезны ее намерения, сказал Коул. – Мы попробуем решить ваши проблемы завтра.

– Спасибо, – пробормотала Микаэла, лихорадочно раздумывая, как перейти ко второй части.

– Что-то еще?

– Я хочу попросить… То есть сказать… В общем, пожалуйста, возвращайтесь жить в дом на ранчо. Эта… хижина совсем не приспособлена для жизни.

– Теперь вы даже согласны делить со мной крышу над головой? – иронично поинтересовался Коул.

– В конце концов, в доме два выхода, так что не стоит опасаться, что мы будем часто видеться.

– Я подумаю над вашим предложением, мисс Престон.

– Подумайте, мистер Рассел, – воспользовалась тем же официальным тоном Микаэла и поймала его напряженный взгляд.

В глазах Коула было что-то такое, отчего во рту девушки пересохло, а сердце гулко забарабанило прямо в ребра, словно пытаясь вырваться наружу. Микаэла уцепилась за косяк. Наверное, она просто перенервничала…

– Как вы добрались сюда? – неожиданно спросил он.

– На машине. Она стоит за домом, – пробормотала девушка.

– Надеюсь, у вас не возникнет проблем по возвращению обратно?

В этом она как раз и не была уверена. Во-первых, как и у большинства женщин, у Микаэлы были некоторые проблемы с ориентацией в пространстве. Проще говоря, в отсутствие указателей она могла заблудиться даже не в трех, а в двух соснах. Микаэла то и дело давала себе твердое обещание купить автомобиль с навигатором, спутниковой системой слежения и всем прочим, дабы при возникновении необходимости ее могли отыскать на просторах родной страны. Или, на крайний случай – что больше соответствовало истине, – на просторах родного города, но, к сожалению, так и не сподобилась. Во-вторых, на улице совсем стемнело, а Микаэла страсть как не любила управлять автомобилем ночью.

– Я очень надеюсь на это… – пробормотала она. – Надо просто ехать вдоль этого высохшего русла, а потом свернуть направо… Или налево?

Он вздохнул так, как во все времена вздыхали мужчины, попавшие в сходную ситуацию: изображая великомученика, но при этом чувствуя свое несомненное превосходство.

– Я отвезу вас.

– О, не стоит беспокоиться. Вы мне просто скажите, куда повернуть…

– А потом мне придется в срочном порядке организовывать поисковую экспедицию, – перебил он.

– Да что вы такое говорите?! – возмутилась Микаэла.

– Давайте ключи, – вместо ответа сказал Коул.

Микаэла колебалась, но все же не решилась вступать в дискуссию по причине слабой доказательной базы и просто протянула ему связку. Они вышли из дома и спустились по шатким ступенькам: Микаэла впереди, Коул – за ней. Он снова не удосужился запереть дверь, а просто небрежно захлопнул ее за собой. Добравшись до машины и усевшись на пассажирское сиденье, Микаэла неожиданно всполошилась:

– Мистер Коул, а как же ваша собака?

– Уверяю вас, что в округе никто не пострадает.

– Вообще-то я беспокоилась о животном. Нельзя же его бросать на произвол судьбы!

– Никто его и не бросает.

– Все равно! Он будет здесь сидеть один-одинешенек?

– Мисс Престон, предоставьте мне самому позаботиться об этом!

– Но вы его хотя бы накормили?

Коул бросил на нее красноречивый взгляд, но Микаэла и не думала останавливаться.

– Мне кажется, что…

– Уверяю, что самый пристрастный защитник домашних животных не придерется к тому, как содержится эта собака! – весьма решительно перебил ее Коул.

Микаэла поняла, что терпение его подходит к концу и, если она сейчас же не замолчит, он вполне может оставить ее вместе со своим псом, дабы девушка скрасила одиночество грозного Олуха.

– Ну ладно, вам виднее…

До ранчо они доехали вдвое быстрее, чем несколькими часами ранее Микаэла добиралась до полуразвалившейся хижины Клифа. И только когда Коул затормозил у самого дома, Микаэла поняла, что за время ее отсутствия выкопанная посреди двора траншея волшебным образом исчезла. Она вылезла из машины и побрела к входной двери, досадуя на себя за то, что не приготовила свечи и спички. Но она же не рассчитывала, что будет отсутствовать так долго!

Отперев входную дверь и вытянув руки перед собой, чтобы не врезаться во что-нибудь в кромешной тьме, Микаэла стала пробираться в кухню. Дверь за ее спиной скрипнула, потом раздался сухой щелчок, и яркий свет залил холл, заставив Микаэлу зажмуриться.