Нежный любовник - Инид Джохансон

Нет, это исключено, не так ее воспитывала мама.

Мама… Матери Анджела пока не позвонила. Они не так давно похоронили бабушку, у которой врачи обнаружили рак груди, причем обнаружили слишком поздно, когда болезнь перешла уже в последнюю стадию. Воспоминания о том, что пришлось пережить всем троим, были еще слишком свежи, и Анджела решила не волновать мать, пока не будет знать окончательный диагноз.

В кабинет вошла медсестра. Сердце Анджелы подпрыгнуло и забилось где-то в районе горла.

– Ну что?

Медсестра казалась удивленной.

– Извините, я не знала, что вы еще здесь. Думаю, доктор сейчас придет.

Медсестра поспешно ушла и закрыла за собой дверь.

Анджела бессильно обмякла на стуле. Ожидание становилось невыносимым. Она ждала результатов еще с пятницы.

В пятницу она побывала в другом кабинете, очень похожем на этот. Анджела помнила свой визит к гинекологу так отчетливо, как помнят кошмарный сон, не дающий покоя весь день. После обычного осмотра врач сел за стол, строго посмотрел на Анджелу и спросил:

– Вы осматриваете свою грудь?

Анджела ненадолго задумалась.

– Да, от случая к случаю.

Врач нахмурился.

– Грудь необходимо осматривать регулярно, каждый месяц. Вы ведь знаете, как это делается?

– Да, знаю.

– А мне кажется, не очень хорошо знаете.

Врач надел резиновые перчатки и стал показывать Анджеле, как нужно ощупывать молочные железы. Анджела слушала не очень внимательно и мысленно составляла список того, что нужно купить в магазине. Красный перец, лук, рыбное филе…

– Вы должны ощупывать грудь, двигаясь от внешней стороны к внутренней.

– Понятно. – Наверное, нужно купить рис. Кажется, он кончается…

– Затем… – Врач замолчал. Анджела помнила, что не обратила на это внимания. Она тогда раздумывала, купить ли готовое печенье или испечь самой. – Давно у вас это уплотнение?

– Что?

– Я спросил, давно ли у вас это уплотнение в правой груди.

Анджела похолодела.

– Н-не знаю, – пролепетала она заикаясь.

В этот день она отпросилась с работы до конца рабочего дня, что случалось редко. На маммографию ей удалось записаться только на понедельник, до тех пор оставалось только ждать. У Анджелы было время задуматься о жизни, и она задумалась.

Я никогда не была в Италии, да и не только в Италии, вообще в Европе, думала она. Ей всегда хотелось поездить по свету, но после окончания учебы она очень много работала. В конце концов она не выдержала напряжения, уехала из Нью-Йорка и вернулась в Манзаниту, тихий провинциальный городок. Анджела твердила себе, что лишь взяла небольшую передышку, чтобы перегруппировать силы, но когда-нибудь обязательно осуществит все то, что давно откладывала. И вот оказалось, что у нее, возможно, не осталось времени в запасе. Так ли это, станет известно только в понедельник, а пока она даже не знала, сколько ей осталось жить.

Я не успела сделать витражное окно, думала Анджела, не научилась танцевать фламенко, сто лет не была в клубе. Я так и не научилась готовить китайские блюда, не нарисовала автопортрет, не побывала на Гавайях… Боже правый, чем я вообще занималась в жизни? Я даже ни разу не занималась сексом!

По какой-то неведомой причине Анджелу сильнее всего поразило последнее. Видя на примере своей матери, что может сделать с женщиной любовь и брак, Анджела никогда не стремилась к серьезным отношениям с мужчиной. Однако она рассчитывала, что когда-нибудь познает интимную близость с мужчиной… когда-нибудь, когда звезды расположатся на небосклоне благоприятным образом или подвернется подходящий случай, например возле ее дома будет случайно проезжать потрясающий мужчина, похожий на античного бога, и у него, опять же совершенно случайно, именно в этот момент лопнет шина. Как бы то ни было, Анджела представляла, что это должно произойти без каких-то сознательных усилий с ее стороны.

И что же теперь делать? Сойти в могилу одинокой девственницей, которая так и не побывала нигде, кроме Северной Америки?

Анджела беспокойно мерила шагами комнату. Побывать в Европе она уже не успеет. Витражное стекло за выходные опять же не изготовить, и научиться танцевать фламенко за два дня тоже невозможно. Но кое-что она все-таки может успеть сделать до понедельника… И она это сделает!

С мрачной решимостью Анджела достала из шкафа самое сексуальное платье, какое у нее только было, туфли на высоченных каблуках, надела все это и отправилась в бар «Фуникулер», который ее знакомые считали единственным баром в Манзаните, где можно «снять парня». Здесь она высмотрела Джоша Монтгомери. Анджела смутно помнила его по школе, кроме того несколько раз видела мельком в городе.

«Инцидент с Джошем», как впоследствии мысленно окрестила происшедшее Анджела, был похож на сон, это было нечто слишком восхитительное, чтобы быть правдой. И вот сейчас, сидя в одиночестве в кабинете врача, Анджела понимала, что была права. Это действительно было нечто нереальное.

– Мисс Джефферсон?

Анджела оглянулась.

– Да, доктор Джонс, это я.

Врач был высокий, худощавый, светловолосый, с блеклыми голубыми глазами. Глядя на него, казалось, что этот человек никогда не улыбается.

Врач улыбнулся.

– Вам только что сделали маммографию, не так ли?

– Да. – Анджела нервно сцепила пальцы. – И я… это…

Врач заглянул в папку.

– Гм… у вас не рак.

– Не рак, – эхом повторила Анджела.

– Рентген подтвердил, что опухоль не злокачественная, это всего лишь кальцификация тканей. Разумеется, принимая во внимание вашу наследственность, вам все равно следует регулярно осматривать грудь и время от времени показываться врачу, но в остальном все в порядке, вы можете идти.

Несколько секунд Анджела не шевелилась, потеряв дар речи от неимоверного облегчения. Потом она спохватилась и пробормотала:

– Спасибо.

Но врач, по-видимому, мысленно уже переключился на других пациентов. Он молча вышел из кабинета и закрыл за собой дверь.

У нее не рак, она не умирает.

Анджела оделась, едва справившись с этой задачей – так дрожали руки. Потом надела очки, взяла сумочку и вышла на улицу. Было прохладно, но день выдался ясный, солнце для марта светило на удивление ярко. В воздухе пахло весной.

Я не умираю.

Анджела завела машину и осторожно выехала со стоянки. Теперь, когда все выяснилось, она, конечно, собиралась вернуться на работу. Машина словно сама везла ее по улицам в сторону публичной библиотеки Манзаниты. Анджела смотрела по сторонам и видела то, чего не замечала раньше: как красивы деревья по сторонам улицы, как много выросло новых домов и как они преображают облик городка. Она заметила маленькие магазинчики косметики и модной одежды, на которые раньше не обращала внимания. У старой закусочной «У Джо» тоже появились новые соседи: с одной стороны – салон красоты, с другой – цветочный магазин.