Чудо купальской ночи - Татьяна Алюшина

– Ну, хорошо, – развернулась она на сиденье к нему всем корпусом, подогнув под себя левую ногу. – Раз у вас не получается рассказывать, попробуем другим путем пойти: я буду спрашивать, а вы отвечать.

– Ну, давайте попробуем, – пожал плечами Клим, продолжая улыбаться ей в ответ, мимолетно подумав, что еще никогда в жизни так долго не улыбался. Но рядом с Полиной невозможно было удержаться.

– Слушайте, мне давно хотелось узнать, а правда, что вы чертей гоняете и вообще нечисть вас боится? – с особым любопытством и заговорщицким видом спросила Полина.

– Я? – усмехнулся он.

– Ну, не только вы, а кузнецы вообще, – пояснила девушка, сделав руками объединяющий жест.

– Смотрите, лить перестало, можно ехать, – включив «дворники», заметил Клим и посмотрел на нее. – Пешком я вас не пущу, говорите, куда доставить.

– Теперь уж домой, – и она назвала адрес.

Ставров завел машину и начал медленное движение вперед, объезжая двор по периметру к арке.

– Ну, так что про чертей? – настаивала Полина.

– Мне лично никого такого гонять не приходилось, – ответил он, – и я не очень понимаю, о чем вы спрашиваете, Полина.

– Как о чем? – необычайно подивилась девушка, даже бровки приподняла. – О легендах и преданиях про кузнецов. Не может быть, чтобы вы не знали!

– Кое-что знаю, но по большей части это же просто фантазии, сказки и небылицы.

– Да вы что?! – воскликнула она с энтузиазмом. – И никакие не сказки! Кузнец в России всегда был фигурой легендарной, мистической и особо почитаемой. Не зря они селились за деревней, на окраине, и дома у них были самые большие, потому что их строили всем миром, с особым уважением и почтением. Неужели вы ничего не знаете?

– Ну, на окраине они селились, потому что имели дело с огнем, для пожарной безопасности поселения, а особое уважение к ним проявляли, потому что без кузнеца в селе не обойтись, – усмехнулся ее энтузиазму Клим.

– И это тоже, но кузнец значил для людей гораздо, гораздо больше!

– Расскажите мне, а я с удовольствием послушаю, – предложил Ставров.

– Ну, так сразу я всего и не вспомню, да и долгое получится повествование, но кое-что расскажу, – задумалась она на какое-то время и начала рассказывать: – Считалось, что кузнецы ходят рядом с богами, что они избранные и обладают многими знаниями, недоступными простым людям. В славяно-русской мифологии все кузнецы находились под покровительством бога-кузнеца Сварога. И, между прочим, вот просто так взять и стать кузнецом, потому что захотелось, человек не мог, надо было дар в себе открыть и проверить это дарование, тягу к этому ремеслу и испытания на, скажем так, «профпригодность» пройти. Вот вы как кузнецом стали? – поинтересовалась оживленно она.

– Тягу в себе открыл, – улыбнулся Клим.

– Ну вот, – кивнула Полина. – Тоже ведь не просто так. Это же не менеджером стать из офисного планктона и не охранником в магазине, это расположенности особой требует. А представьте в те времена, когда никакой механизации не существовало и все только руками делалось, вы представляете, что это за человек должен был быть, в какой физической форме?

– Представляю, я историю кузнечного дела изучал и делал некоторые реставрации прошлых технологий, – кивнул Клим, продолжая улыбаться: вот не мог перестать, слушая и глядя на нее.

– Тем более наверняка вам и все легенды про кузнецов преподавали! – удивилась она.

– Да, только я пропустил большую часть этих лекций.

– А вот и зря! – горячилась Полина.

Румянец полыхал, глаза задорно горели, ямочки на щечках то появлялись, то пропадали. Клим даже отвернулся, подумав, что так и до аварии недалеко, если он не перестанет на нее так часто заглядываться.

– Вы знаете, что кузнец не только ковал, – тем временем зажигательно энергично принялась убеждать она, – но и мог врачевать болезни, устраивать свадьбы, ворожить, помогать найти свою любовь молодым парням и девушкам, а еще отгонял нечистую силу от деревни. И это не предания, так на самом деле было. Вы слышали про берестяные письма, которые находят под Новгородом? Самая обычная переписка людей, можно сказать, древние СМС, только переданные с посыльными, так вот во множестве этих писем упоминается о роли кузнецов и об особом их статусе и почитании. А в эпических сказаниях именно кузнец победил Змея Горыныча.

– А откуда вы так много об этом знаете?

– Ну, я в некотором роде народница, в том смысле, что у нас в университете отдельным предметом шел русский этнос и народные промыслы. Кстати, у нас на факультете и специальность была: кузнец. Ну, и я какое-то время серьезно увлекалась русским фольклором, легендами. Веды слушала, объездила полстраны с фольклорными экспедициями и сейчас участвую в работе этнического поселения, но это все другая тема. Но в тех деревнях и поселениях, где мы были, тоже много преданий о кузнецах рассказывают.

– Приехали, – оповестил Ставров и уточнил: – К какому подъезду?

– К третьему, – слегка ошарашенно ответила она и спросила: – Вы ни разу не спросили, куда ехать и где поворачивать.

– Я этот район хорошо знаю, недалеко мои родители живут.

– Да? – растерялась отчего-то Полина и спросила: – Ну что, тогда до свидания?

– Я позвоню, как договаривались, – пообещал он.

А Полина начала собираться, перехватывая поудобней сумку, разворачиваться, отстегиваться, распахивать дверцу, испытывая какую-то легкую досаду на то, что они так быстро доехали, и немного смущения от того, что тараторила без остановки и даже не заметила, как приехали, и… обнаружила Клима Ставрова, протягивающего ей руку, чтобы помочь выйти из высокой машины.

– Спасибо, – неуклюже, боком выбравшись из джипа, поблагодарила она куда-то ему в грудь.

– Я бы с удовольствием слушал вас, Полина, но мне надо ехать, – сказал Клим, глядя на нее сверху вниз. – Надеюсь, вы еще мне многое расскажете в следующий раз.

– Не знаю, – тихо ответила она, посмотрев ему в глаза.

– А я вас очень попрошу, – в тон ей так же тихо сказал он. – До свидания, Полина, я позвоню, как договаривались.

И шагнул в сторону, развернулся, обошел капот и сел на водительское место. А она только теперь спохватилась, спешно махнула ему в ответ через стекло и пошла к подъезду.

Поля зашла в квартиру, закрыла замок, привалилась спиной и затылком к двери и, улыбаясь, медленно, шепотом спросила себя:

– Я что… – вдохнула-выдохнула: –…влюбилась?

В тишине, почти звенящей, громко зазвучал смартфон в ее сумке. Полина аж подпрыгнула от неожиданности, успев и ладошку к заколотившемуся сердцу приложить.

– Тьфу ты, напугал! – поругалась она, но телефон достала. Понадобилась она так громко и срочно Алине. – Да! – ответила Полина.