Брачное пари - Кэндис Кэмп

— Миледи! Вы так добры ко мне… но я не могу принять такой щедрый подарок.

— Тогда не считайте это подарком. Возьмите платье в долг, вернете, когда закончатся балы. И пожалуйста, перестаньте называть меня «миледи». Зовите меня Франческой.

Констанция изумленно уставилась на леди Хостон:

— Я… я не знаю, что сказать…

— Ну, как насчет того, чтобы сказать «Спасибо за платье, Франческа»? — улыбнулась леди Хостон.

— Я очень благодарна, но…

— Но что? Вы не хотите, чтобы мы стали подругами?

— Совсем напротив! — поспешила разуверить ее Констанция. — Мне бы очень этого хотелось. Правда, я очень хотела бы иметь подругу. Но вы слишком добры.

— Я уверена, вы без труда отыщете людей, которые скажут, что я вовсе не отличаюсь добротой, — ответила Франческа.

— Вам трудно отказать…

Франческа улыбнулась, блеснув белыми зубами.

— Я знаю, потому что много лет над этим работала. Ах, вот и магазин шляп. Теперь оставьте свои протесты и помогите мне выбрать одну из шляпок.

Констанция покачала головой, словно отметая прочь свои сомнения, и последовала за леди Хостон в магазин. Девушка за прилавком приветствовала их радушной улыбкой, а через минуту появилась пожилая дама, очевидно хозяйка магазина. Франческа примерила обе шляпки. Одна была из мягкого темно-синего бархата, украшенная легкой кружевной вуалью. Вторая — капор из соломки — была оторочена голубым шелком и завязывалась под подбородком такой же голубой лентой. Обе шляпки очень шли к голубым глазам Франчески, и Констанция заявила, что не в состоянии сделать выбор.

— Тогда примерьте их сами, — предложила Франческа, — хочу посмотреть их со стороны.

Констанция пыталась протестовать, но в действительности ей и самой ужасно хотелось примерить соломенную шляпку. Посмотрев на себя в зеркало, она не смогла сдержать улыбку.

— О! — воскликнула леди Хостон, захлопав в ладоши. — На вас она смотрится великолепно! Это вы должны ее носить, а не я. Я возьму бархатную.

Констанция заколебалась, глядя на свое отражение в зеркале. Голубая шелковая лента, украшавшая шляпку, шла к ее серым глазам не хуже, чем к голубым глазам Франчески. Это была восхитительная шляпка, а Констанция уже год не покупала себе шляпок. Наверное, она может позволить себе потратить немного денег. Наконец, вздохнув, Констанция покачала головой.

— Нет, боюсь, для меня это слишком дорого.

— Вовсе нет. Я уверена, что эта шляпка продается со скидкой, не так ли, миссис Даунинг? — Франческа повернулась и многозначительно посмотрела на хозяйку магазина.

Миссис Даунинг, которая готова была сделать все ради такой знатной дамы, как леди Хостон, улыбнулась и с готовностью кивнула:

— В самом деле. Вы правы, миледи. Эта шляпка… э-э… — она бросила осторожный взгляд на Франческу, — она дешевле на треть от суммы на ярлыке. Да, именно так, на треть, — более уверенным голосом сказала она, увидев улыбку Франчески.

Констанция взглянула на цену и мысленно произвела подсчет. Дома она, правда, никогда не тратила на шляпку даже две трети этой суммы, но ей никогда и не предлагали таких элегантных шляпок.

— Хорошо, — согласилась Констанция, мысленно прощаясь со своими карманными деньгами на месяц, — я возьму ее.

Франческа осталась довольна покупкой Констанции и приобрела себе бархатную шляпку. Потом она настояла на покупке крошечных шелковых бутонов, которые должны были украсить прическу Констанции.

— Вздор! — сказала она, когда девушка попыталась отказаться. — С синим платьем они будут выглядеть великолепно.

Со шляпками в коробках они вернулись к экипажу. Устроившись в ландо, Констанция повернулась к Франческе:

— Миледи… то есть Франческа. Я не понимаю. Почему вы все это делаете?

Ответный взгляд леди Хостон был совершенно невинным.

— Делаю что, дорогая?

— Ну… все это. — Констанция сделала широкий жест. — Везете меня на прогулку, предлагаете мне платье, приглашаете на бал к леди Симмингтон.

— Потому что вы мне нравитесь, — ответила Франческа. — Разве может быть у меня какая-то иная причина?

— Даже представить себе не могу, — откровенно сказала Констанция. — Но мне так же трудно представить себе, что вы случайно встретили меня или мою тетю с кузинами у леди Уэлкомб и были так очарованы нашим семейством, что попросили леди Уэлкомб представить нас вам.

Франческа задумчиво посмотрела на спутницу и вздохнула:

— Хорошо. Вы правы. У меня была причина. Вы мне и правда нравитесь — такая милая молодая женщина, а в ваших глазах то и дело мелькает веселая искорка. Это значит, у вас есть чувство юмора. Я хотела бы стать вашей подругой. Но не это двигало мною. Правда состоит в том, что… я заключила кое с кем пари.

— Пари? — Констанция уставилась на Франческу. — И предметом этого пари стала я? Но зачем?

— Я была слишком несдержанна на язык, — огорченно признала леди Хостон. — Рошфор знает, как вывести меня из себя. В общем, я поспорила, что до конца сезона найду вам мужа.

У Констанции на мгновение пропал дар речи.

— Простите, — искренне сказала Франческа, склоняясь к девушке и беря ее за руку. — Я знаю, что не должна была так поступать, и я тотчас пожалела о том, что сделала. Вы имеете полное право сердиться на меня, но я уверена, что вы не станете этого делать. Я не хотела и не хочу причинить вам вред.

— Не хотели причинить мне вред! — В душе Констанции бушевали эмоции, обида почти сразу сменилась гневом. — Конечно, не хотели. Кто я такая, чтобы обижаться на то, что самые знатные люди из светского общества решили сделать из меня игрушку?

— Чушь! — Леди Хостон посмотрела на нее с тревогой и упреком. — Как вы могли подумать такое?

— А что еще мне думать, если вы сделали меня предметом публичного спора?

— О нет! Об этом пари не знает никто, кроме меня и Рошфора. Уверяю вас, там больше никого не было. Ну разве что Люсьен, — честно призналась Франческа, — но это мой близкий друг, и он никому не скажет. Он знает секреты половины светского общества. Обещаю, что мы с Рошфором сохраним это в тайне.

— Если это останется в тайне, значит, все в порядке? — с горечью спросила Констанция.

Ей нравилась Франческа, и теперь девушка чувствовала себя так, будто ее предали. Леди Хостон вовсе не искала дружбы Констанции, а попросту использовала ее.

— Почему я? Неужели я была самой невзрачной на том балу? Слишком простая и слишком старая, чтобы мужчина захотел жениться на мне?

— Нет, прошу вас, не думайте так! — воскликнула Франческа, и черты ее прекрасного лица омрачились. — На самом деле мы сначала заключили пари, а потом Рошфор выбрал женщину. Когда он указал на вас, я обрадовалась. Боялась, что он выберет одну из ваших кузин, а тогда моя задача стала бы практически невыполнимой. Я не знаю, почему его выбор пал на вас. Может быть, оттого, что ваша тетка и кузины явно помыкали вами и Рошфор был уверен, что от них я помощи не получу.