Любовь, в которую трудно поверить - Барбара Фритти

Улыбки Хэла как не бывало. Он погрозил сыну пальцем.

– Больше никогда так не говори. Патти – прекрасная женщина.

– Она стриптизерша. Допускаю, ей есть что тебе предложить, я говорю это совершенно серьезно, но зачем тебе ехать с ней в Лас-Вегас?

– Думай, что говоришь, Джейсон. Патти уже давно не работает экзотической танцовщицей.

– Она играет с тобой.

– Неправда, – возразил Хэл. Немного помолчав, он заговорил снова: – Почему тебя это так беспокоит? Дело явно не в наследстве, которого, в сущности, нет. – Хэл прищурился. – Вообще-то, мне кажется, что тут дело не во мне, и даже не в Патти, а в чем-то другом.

Отец редко вникал в его личную жизнь. Неудивительно, что его слова стали для Джейсона неожиданностью.

– Со мной все в порядке. Я просто не в настроении и устал от всяких сюрпризов. И мне не нужно новых.

– Новых? А что случилось? Постой, дай угадаю. Сегодня были похороны Дерека. – Хэл сочувственно улыбнулся сыну. – Дина сказала, что ты приходил на кладбище.

Похоже, уже весь город знает о его появлении на кладбище.

– Я должен был все увидеть своими глазами. До сих пор не могу поверить, что Дерек мертв.

– Можешь не объяснять. В детстве вы были неразлейвода. Если ты был не с Колином, значит, с Дереком. Кейны фактически были твоей второй семьей.

Они были его единственной семьей в те годы, которые его родной отец провел в пьяном угаре.

– Не могу даже представить, каково это – потерять сына, – продолжал Хэл. – Честное слово, я бы не пережил, если бы с тобой случилось нечто подобное. – Он прочистил горло и виновато посмотрел на сына. – Знаю, я не всегда был хорошим отцом, особенно когда ты рос без матери. Тебе крупно не повезло, когда она умерла. Вот кто умел сделать семью семьей. Не то что я…

– Ты делал то, что мог.

– Спасибо за великодушие, сын, – улыбнулся Хэл. – В любом случае, я позвонил тебе потому, что мне понадобилась твоя помощь. Не в службу, а в дружбу, присмотри за домашними животными Патти, пока нас здесь не будет. Она остановилась в доме своей матери, Ширли, которая сейчас находится в доме престарелых. Патти не хочет брать животных в самолет. У нее крошечная собачонка, пара кошек и птичка. Тебе нужно лишь спать в ее доме, кормить животных, выгуливать их и иногда поливать цветы на клумбе.

– Боюсь, что не смогу. Через два дня начинается Праздник урожая. В городе полно туристов, так что придется работать без выходных. У меня будет дежурство за дежурством. Дома меня практически не будет.

– Можешь делать это, когда у тебя появится свободная минутка. Втиснешь в свой график, и все дела, – заявил отец, не желая слышать возражений сына. – Тебе ведь не нужно ради этого оставлять без внимания жену или подружку. Все равно в последние месяцы у тебя никого не было.

– Просто я был занят, да и подружки у меня тоже были, – возразил Джейсон и нахмурился.

– Неужели? – спросил Хэл с лукавой улыбкой. – Знаю, пока Колин лежал в больнице, ты присматривал за Карой, но теперь он вернулся домой, и ты можешь уделить время себе самому. Невозможно прожить всю жизнь, общаясь только с ними, даже если они твои лучшие друзья.

– Я свободный человек, – сказал Джейсон. Просто в последнее время его никто не интересовал. Правда, в его сознании тут же возник образ Брианны, но нет, это несерьезно. Он ничего такого не допустит. Между ними всегда стоял Дерек, и он никуда не уйдет.

– Ладно тебе, Джейсон. Я буду тебе крайне признателен. Патти для меня все на свете. Я хочу, чтобы у нас с ней все получилось. – Лицо Хэла сделалось непривычно серьезным. – Знаю, у меня не очень-то складывалось с женщинами, но она… с ней…

– С ней все по-другому, – закончил Джейсон за отца фразу, пристально глядя Хэлу в глаза.

– Да, с ней все по-другому, – с глуповатой улыбкой согласился Хэл. – Мне уже давно не было так хорошо. Я как юноша накануне чего-то волнующего. Это такое приятное чувство, бодрящее, головокружительное, почти как при прыжке со скалы в море.

– Прыжок со скалы обойдется тебе дешевле.

Хэл хлопнул сына по спине:

– Ты страшный циник, Джейсон. Надеюсь, мои разводы не отбили у тебя желания любви. Это нечто, скажу тебе, Джейсон. Я пережил это чувство с твоей матерью и хочу испытать его снова.

– Конечно, как же иначе.

Хэл улыбнулся еще шире.

– Непременно. Ключи от дома Патти лежат на столе. Главное, чтобы все ее мохнатые питомцы были целы. Она обожает их. Они для нее как дети.

– А ты, в свою очередь, не женись на ней без брачного контракта.

– Эти контракты убивают всякую романтику, – отмахнулся Хэл.

– Согласен, но они уберегут тебя от разорения.

– Где твой дух авантюризма? Женитьба – это, безусловно, риск, но есть в ней и свои преимущества. Например, ты получаешь секс.

Джейсон вскинул руку, мол, только не это.

– Не намерен обсуждать эту тему.

– Я и не собирался. Не хватало, чтобы ты мне завидовал, – лукаво улыбнулся Хэл. – Еще раз спасибо, сын. Я привезу тебе что-нибудь из Вегаса.

С этими словами он подхватил чемодан и направился к входу.

– Лучший подарок, если ты вернешься домой без новой мачехи, – бросил ему в спину Джейсон.

Глава 3

Когда Брианна наконец легла в постель, на часах было без нескольких минут полночь. Она лежала, глядя в потолок, на котором плясали тени, и пыталась уснуть. Увы, напряжение не покидало ее. Она еще не привыкла к новому дому, к его дыханию. К тому, что в Бухте Ангелов все было тихо и спокойно.

Она привыкла засыпать под звуки машин на шоссе, под вой сирен пожарных машин, выезжавших из ворот расположенного неподалеку пожарного депо, под шум, производимый соседями сверху. Этот шум по-своему успокаивал, делал ее менее одинокой.

Дерек умер пять недель назад, но их разлука длилась пять лет. Они так и не пожили вместе – ни до его тюремного заключения, ни после. И хотя она привыкла быть одна, теперь одиночество казалось другим, окончательным и бесповоротным.

Как будто почувствовав ее потребность в каких-то звуках, щенок пару раз тявкнул и жалобно заскулил. Хотя Лукас и уговаривал мать разрешить ему взять четвероногий подарок с собой в постель, Брианна велела оставить щенка в ящике на кухне. Разреши она это один раз, как уже не сможет отказать сыну в следующий.

К несчастью, щенок явно задался целью испытать ее силу воли.

Прикрыв голову подушкой, она сказала себе, что Лукас умеет спать ночью один. Научится этому и щенок, пока еще не получивший имени.