Ребенок Лео - Эмма Дарси

– Вот и отлично! – просиял Лео.

Такая реакция изумила ее сильнее всего предыдущего.

Ради всего святого, что за игру он затеял? Может быть, притворяется обрадованным, чтобы удержать ее еще на несколько месяцев – пока беременность не станет слишком заметна?

– Понимаю, – виновато улыбнулся он, заметив ее растерянность, – тебе тоже нужно время, чтобы свыкнуться с этой мыслью.

Что? Выходит, он молчал просто потому, что не мог сразу «свыкнуться с этой мыслью»? Трудно поверить!

– Так ты… не возражаешь? – спросила она, внимательно вглядываясь ему в лицо в поисках признаков неискренности.

– А ты? – мгновенно парировал он, пронзая ее острым, испытующим взором.

– Ну, для меня все это очень неожиданно…

– Понимаю, – быстро отозвался он. – Нелегко это – вдруг, ни с того ни с сего, узнать, что скоро станешь отцом. Догадываюсь, что и тебе сейчас не легче.

– Верно, – согласилась она.

– Но ты согласна? Ты действительно хочешь ребенка?

Почему его это так волнует?

– Конечно, ситуация не из приятных, – сухо признала она. – Матерям-одиночкам нелегко приходится.

– Верно, – согласился он. – Знаешь, я тут подумал… – Он на мгновение умолк, словно собираясь с силами, и, наконец, решительно закончил: – Тери, лучше всего будет, если мы поженимся.

От этих слов у Тери едва не подкосились ноги, такого предложения из его уст она и вообразить не могла!

– Ты же говорил, что не хочешь иметь семью! – выпалила она, цепляясь за остатки здравого смысла, в страхе поддаться глупой слабости.

От этого напоминания Лео поморщился.

– Сейчас совсем другое дело.

– И ты готов из приходящего любовника превратиться в постоянного мужа? – допытывалась она, не в силах поверить в такой фантастический поворот судьбы.

– Что делать, придется привыкнуть к новому амплуа, – со вздохом ответил он.

– Но, Лео, ты же меня не любишь!

Лео нахмурился: очевидно, от таких слов ему становилось не по себе.

– Но мы же прекрасно ладим друг с другом! – нашел он наконец чисто мужской ответ.

– Когда ты здесь, – уточнила Тери. – А это не так уж часто бывает.

– Мы оба – разумные люди. Послушай, мы за целый год ни разу не поссорились!

Потому что почти не разговаривали, с горечью подумала Тери. Вот начнут они жить вместе, тогда различия между ними быстро проявятся…

– Лео, – заговорила она, твердо глядя ему в глаза, – я для тебя – не лучшая жена, а ты для меня не лучший муж.

– Тери, нам надо думать о ребенке, – сурово возразил он.

– Не хочу, чтобы ты оказывал мне благодеяние! – воскликнула она, содрогнувшись при мысли, что ради ребенка Лео принудит себя жить с чужой ему, в сущности, женщиной.

– При чем тут благодеяние? Тери, черт побери, я хочу, чтобы ребенок носил мое имя!

Так вот оно что! Всего-навсего мужская гордость!

– А чем тебе плохо мое имя? – сорвались у нее с языка гневные слова. – Фамилия Адамс твоему ребенку не подходит?

Лео в отчаянии затряс головой.

– Не в этом дело! Просто я хочу… – Глаза его сверкнули стальной решимостью. – В конце концов, это и мой ребенок!

– Этого я не отрицаю. – Гордость побудила ее добавить: – Но не собираюсь выходить за тебя замуж только ради того, чтобы мой ребенок получил твое имя!

На скулах Лео заходили желваки. Таким Тери его еще не видела: он был полон агрессивной решимости добиться своего. Вздрогнув, она подумала, что в самом деле никогда еще с ним не ссорилась. Похоже, все когда-то случается в первый раз.

– Так что же, Тери? Хочешь оставить меня в стороне?

– В стороне от чего? – пробормотала она, желая понять, чего именно он так настойчиво добивается.

– Когда ты объявила мне обо всем и ушла, у меня сложилось впечатление, что ты более чем склонна вышвырнуть меня из своей жизни и из жизни ребенка.

Тери покачала головой.

– Я лишь дала тебе выбор. Предоставила самому принять решение… – возразила она.

– Я принял решение. Я остаюсь, – твердо ответил он.

– Если ты действительно этого хочешь…

Лицо Лео смягчилось, и внутренняя дрожь наконец отпустила Тери.

– Конечно, хочу!

Но она по-прежнему никак не могла избавиться от изумления и недоверия. Хорошо, сейчас он искренне готов стать отцом. Но мужчины, подобные Лео Кингстону, не любят, когда что-то ограничивает их свободу. Долго ли продержится его энтузиазм? Что, если увянет при первом соприкосновении с реальностью?

– Хорошо, – согласилась она. – Ты прав, ребенок должен знать своего отца. Но, Лео, замуж за тебя я не выйду.

Лео удивленно поднял брови.

– Но ведь для тебя это было бы во всех отношениях лучше!

– Может быть, если бы мы встречались только в постели, – отрезала она, оскорбленная мыслью, что Лео заподозрил в ней какие-то корыстные интересы.

С насмешливой улыбкой она подняла недопитый бокал:

– От мужа мне нужно не только шампанское!

Он рассмеялся, и глаза его странно блеснули. Сердце Тери вдруг забилось часто-часто, а мысли полетели кувырком.

Господи, что с ней творится! Они говорят о серьезных вещах, обсуждают будущее – и все равно один взгляд Лео переворачивает ее душу!

– Ну, не знаю… – протянул он, изогнув губы в чувственной улыбке. – По-моему, шампанское – отличная прелюдия… для путешествия в сказку.

– Для секса, – отрезала она, не желая поддаваться его чарам.

– Ага, – ответил он, нимало не смущенный ее выпадом. – Что ж тут такого? Мы треть жизни проводим в постели. – Он победно улыбнулся. – Согласись, что в этом виде спорта я на коне. Доказательство моей мужской полноценности у нас уже имеется…

Опять это мужское тщеславие!

– Так вот почему, – протянула Тери, – вот почем тебе вдруг загорелось стать отцом! Обрадовался, что твои сперматозоиды чего-то стоят!

Обойдя вокруг стола, она принялась поправлять свечу на торте. Лучше держаться от Лео подальше. Его сексуальная притягательность губительно действует на ее здравый смысл.

– И что в этом плохого? – как ни в чем не бывало продолжал он. – Я не я буду, если у нас с тобой не получится чудесный малыш!

Несмотря на разочарование, сердце Тери радостно забилось при мысли, что Лео видит в ней достойную мать для малыша. Пусть он не хочет на ней жениться (разумеется, не хочет, иначе с самого начала строил бы отношения по-другому), пусть вообще не желает иметь семью – по крайней мер как мать своего ребенка он ее признает!