Приз за характер - Вера Иванова

А вот и «Серебряный вечер», притаился в глубине полки за «Песнями для двоих» и «Белым танцем». Что за книга, покажите-ка скорее!

Книга выглядела прекрасно – как, впрочем, и остальные. Девушка и парень на сиреневой обложке с желтой каемкой шли, держась за руки и заглядывая в светящиеся окна. А что там в аннотации? «Они встретились в сумерки и сразу поняли, что не могут жить друг без друга. Но у нее есть парень, а у него – давний роман с ее одноклассницей. К тому же скоро ее ждут на гастроли с ансамблем танца, а его – переезд в другой город. Как сложится судьба непростой любви? Что впереди у влюбленных – яркий солнечный день или серебряный вечер?»

Интересненько! Почитать бы… Но сейчас самое главное – стихи.

Варя быстренько пролистала книгу и в самой середине наткнулась на такие строчки:

Ангелы в розовых шубках

Городу сели на плечи,

В танцах, улыбках и шутках

Тает серебряный вечер.

Где-то гудят электрички,

Где-то летают кометы,

Перебираю странички

Жизни заманчивой этой.

За снегопадом разлуки,

За перевалом надежды

Держатся двое за руки,

И расцветает подснежник.

Только за ночью морозной

Утро наступит, когда я

Вдруг по мерцающим звездам

Имя твое угадаю.

Здорово!

В голове тут же начала крутиться мелодия… Варя закрыла глаза, пытаясь запомнить.

– Ну что? Берем? – резкий голос продавщицы прервал творческий процесс.

– Да.

На кассе Варя протянула пятидесятирублевую бумажку и десять десяток. Почти весь запас! Но за такое сокровище не жалко. Эх, если бы можно было еще прихватить «Белый танец» и «Песни для двоих!».

Но нет, не в этот раз.

«Серебряный вечер» отправился в сумку, а Варя снова окунулась в метель. Оказывается, пока она знакомилась с новинками серии «Только для девчонок», погода окончательно испортилась. Улицей правили водовороты из снежинок, на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Варя прошла немного вперед и в растерянности остановилась. Куда идти? Надо бы вернуться на остановку, чтобы ехать обратно, но до вечерней маршрутки еще куча времени. Может, снова в книжный? Нет, это неинтересно, в кои-то веки в городе оказалась, надо оторваться по полной!

И Варя начала отрываться. Она решила пойти, куда глаза глядят – ну не заблудится же она в густонаселенном городе, в самом-то деле!

Она сделала несколько шагов по уже довольно глубокому снегу (простите, кедики!) и очутилась перед кафе под названием «Золотая рыбка». Тяжелая дверь никак не поддавалась, и Варя так и осталась бы на улице, если бы не жалостливый охранник. Он выглянул из-за двери и, оглядев Варю с головы до ног, скептически хмыкнул:

– Тебе точно сюда?

Варя бросила взгляд через его плечо и поняла, что рвется в пивбар. Несколько голов в полутемном прокуренном помещении, как по команде, повернулись в ее сторону, и нарушительница запретов в испуге отступила.

– А тут есть что-нибудь для…? – выпалила она, неопределенно взмахнув рукой и заливаясь краской.

– Для трезвенников? – снова хмыкнул охранник. – Напротив. Молочный бар «Двадцать две коровы».

Варя пулей перелетела улицу, едва не угодив под колеса автобуса, и под вопли разъяренного водителя скрылась за стеклянной дверью.

В молочном кафе было пусто. Но здесь хотя бы горел свет, можно дышать, и на витрине аппетитно румянились булочки.

На коктейль и плюшку ушло шесть пятирублевок. Зато каким блаженством было устроиться у окна и, глядя на пургу за окном, сочинять песню!

Собственно, сочинять ничего не надо было, мелодия родилась в тот момент, когда были прочитаны стихи. Она всплыла в памяти сразу же, едва Варя открыла книгу.

И это была классная песня!

– За сне-го-па-дом раз-луки, – припевала она между глотками молочного коктейля. – За пе-ре-ва-лом на-деж-ды… Ла-ла-ла…

Сольное выступление было прервано эсэмэской от Даши:

«Варюх, ау!»

Пришлось отстучать:

«Я тута! А ты?»

«Трясусь в автобусе».

Да, точно, у них же там уроки уже кончились! Вот здорово, а она тут, за тридевять земель, сидит в кафе, сама себе хозяйка.

Варя сделала еще один глоток и написала:

«Р. тоже в авто?»

«Ага».

«А с кем он сидит?»

На этот раз с ответом помедлили:

«Со Светой Рябовой».

Варя поперхнулась, закашлялась. Света Рябова возглавляла список красавиц их класса. В этот вопрос надо было внести ясность…

Закусив губу, она сердито отщелкала:

«Она к нему села или он к ней?»

«Не заметила. Но выглядит она сегодня потрясно. Мини-сарафан и малиновые колготки. Парни как один пялятся».

Опять малиновые колготки! Сговорились они, что ли? Вначале Палитра Ваганова, теперь вот Рябова…

«Р. тоже пялится?»

Снова пауза. Потом неутешительный ответ: «И он».

Ну вот! Приподнятое настроение вмиг улетучилось. Пурга с улицы захлестнула душу.

Плохих новостей больше не хотелось, и Варя решительно засунула мобильник в сумку. Потом выгребла из кармана горсть мелочи и заказала второй коктейль. На этот раз напиток показался ужасно холодным и совсем не вкусным. Варя, давясь, допила (не пропадать же деньгам!) и вышла на улицу.

Ветер хлестнул в лицо, глаза запорошило, но Варя решительно двинулась вдоль витрин, практически прилипнув к ним. Ноги вязли в снегу, кедики и джинсы промокли насквозь, но маленькая гостья большого города упорно продвигалась вперед.

Ее мужество было вознаграждено. Не прошла она и двух магазинов, как взгляд остановился на объявлении: «Распродажа колготок. Все цвета и размеры. Последний день акции».

Колготки? Хм-м…

«Это судьба», – подумала Варя и решительно потянула на себя четвертую за день стеклянную дверь.

Через пятнадцать минут, после отчаянной борьбы с собой по поводу цвета колготок, она выгребала из кармана последнюю мелочь. Призом стало ярко-малиновое чудо, точь-в-точь как у Палитры – и, наверное, у Рябовой. Когда Варя, крепко прижимая к себе пакет с «добычей», вышла под удары бури, она ощущала себя на подиуме при свете софитов.