Ради дружбы - Элизабет Бэйли

– А что он сказал?

Подруги сели на деревянную скамью под каш-таном, и Тимотия пересказала весь разговор с Лео, то и дело вставляя свои замечания и чувствуя, как душа ее освобождается от давившей на нее тяжести.

– Знаешь, – начала Сюзан, когда она умолкла, – вы ужасно подходите друг другу. Может, если б вы с ним сблизились, он бы в тебя влюбился.

– Оставь свои романтические бредни, это просто смешно! – сердито бросила Тимотия. – Если за столько лет нашей дружбы он ничего такого не почувствовал, то с чего вдруг это должно случиться теперь… или в будущем?

На лице Сюзан появилось выражение, которое было до боли знакомо Тимотии. Выражение это означало, что ее просто разрывает от желания что-то сказать, но она робеет.

Тимотия засмеялась.

– Ну давай, говори, Сюзан! Обещаю, я тебя не укушу! – Она сжала руку подруги. – Прости, что я была так груба с тобой. Ты не виновата. Просто я рассердилась из-за Лео…

– Тимма, а как насчет тебя? – прервала ее Сюзан.

– Насчет меня? Что?

– Ну, ты сейчас говорила, мол, Лео сказал то, Лео сказал се… Это все понятно. А ты-то сама что чувствуешь? Ты его любишь?

Тимотия оторопело посмотрела на подругу. Вопрос застал ее врасплох.

– Я об этом не думала.

– Ну так подумай!

Перед мысленным взором Тимотии встал Лео, такой, каким он был сегодняшним утром, – скован-ный, недовольный, даже как будто враждебно настроенный. Это был почти чужой человек, совсем не тот, с кем ее связывали такие тесные узы. А может, она все выдумала и никакой дружбы не было?

К сердцу вдруг подступило такое глубокое отчаяние, что из глаз чуть не брызнули слезы. Разве можно представить себе, что она пришла бы к Лео и стала бы ему говорить: давай поженимся, так как это выгодно потому-то и потому-то… Это просто смешно! Она прежде всего подумала бы о его чувствах. Будь она на месте Лео, то напомнила бы о том, что их связывает вот уже много лет, как они всегда хорошо понимали друг друга. Они близки друг другу, и эта близость только укрепится, если они поженятся. Вот как бы сказала она.

Взаимопонимание, родство душ… Что, если все это чувствует только она одна? Прежней уверенности в том, что Лео думает так же, больше не было. Человек, которого, казалось, она хорошо знает, стал вдруг чужим и незнакомым.

Ее вырвал из задумчивости встревоженный голос Сюзан:

– Тимма, что с тобой? Тебе плохо?

Только теперь Тимотия поняла, что все это время продолжала смотреть в глаза Сюзан, крепко сжав ее пальцы. Она освободила руку подруги.

– Ничего, все в порядке. Просто я только что поняла, как отношусь к Лео.

– Значит, ты любишь его?

– Не так, как ты думаешь. Если я даже его и люблю, то лишь как родственника. Поэтому, наверное, мне трудно думать о нем как-то иначе. Скорее всего, он чувствует то же самое.

Сюзан вздохнула.

– Да, Валентин тоже так считает. Он говорит, это все равно что сделать предложение родной сестре.

– Он и Лео это сказал?

– Не знаю. Мне сказал. Он сомневается, верно ли поступает Лео.

Ну вот, Валентин и то сомневается, что уж говорить о ней?

– А что ты ему ответила? Сюзан покраснела.

– То же самое, что и тебе. Я часто думала, как было бы хорошо, если бы вы с Лео поженились. Только не говорила об этом с тобой.

– Почему?

– Ну, боялась, как ты к этому отнесешься. Я же знала, что ты никогда не смотрела на Лео с такой точки зрения. Но все-таки мне иногда казалось, будто ты испытываешь то же, что и я к… – Сюзан смущенно умолкла.

– … Валентину. Не понимаю, с чего это пришло тебе в голову. Ты вздыхаешь по Валентину бог знает почему уже много лет, еще с тех пор, как мы с тобой учились под руководством миссис Хонби. Ты когда-нибудь видела, чтобы я так страдала по Лео?

– Я не страдала!

– Ах, прости. Ты просто с обожанием следила за каждым его шагом, когда он приезжал в Далвертон-Парк. Все это видели… кроме Валентина, что лишний раз доказывает, как бесчувственны мужчины. Но я-то не ждала от Лео ничего другого.

Лицо Сюзан омрачилось.

– Значит, ты ему откажешь.

– Наотрез. – Тимотия вспомнила, что ее ждет в этом случае, и вздохнула. – По крайней мере очень хочется. Только Эдит советует прежде хорошенько подумать… и, к несчастью, она права.

Валентин обрадовался ее появлению. Приехав в Блантишем, Тимотия на правах старой приятельницы презрела условности, к вящему неудовольствию дворецкого лорда Пентра, и направилась прямо в оружейную комнату, где Валентин, заядлый спортсмен, как и Лео, фехтовал со своим секретарем.

Услышав деликатное покашливание дворецкого, Валентин обернулся не сразу. Он сделал ловкий выпад, увернувшись от рапиры секретаря, отскочил подальше и лишь затем снял маску.

– Господи, Тимма, это ты? – воскликнул он и, отдав оружие секретарю, пошел ей навстречу с протянутой рукой. – Как хорошо, что ты пришла! Я как раз о тебе думал.

– Как это ты умудрился думать обо мне, сражаясь на рапирах? – веселым тоном спросила Тимотия.

– Ну, не прямо сейчас, немножко раньше. Валентин отослал секретаря и дворецкого и, указав девушке рукой на деревянную скамью в глубокой оконной нише, стал надевать сапоги.

Тимотия садиться не захотела, а принялась ходить по комнате, якобы заинтересовавшись картинами с изображениями собак, висевшими над шкафами с оружием.

– И что же ты думал? – спросила она, не оборачиваясь.

– Думал, как бы мне с тобой повидаться и поздравить тебя.

Тимотия остановилась и повернулась к лорду Пентру.

– Правда? И с чем же – с окончанием траура или с помолвкой?

Валентин оторвал взгляд от сапога, который натягивал, и весело посмотрел на Тимотию. Он был, как это принято говорить, хорош собой: четко очерченные скулы, красивый изгиб губ, густые светлые волосы, атлетическое телосложение, что особенно бросалось в глаза сейчас, когда он был в бриджах и рубашке с короткими рукавами. Тимотия подумала, что Сюзан очень хорошо сделала, отказавшись ехать с ней, а то обмерла бы, увидев Валентина в таком наряде…

– Так что, все в порядке? Чудесно!

– Ничего не в порядке и ничего не чудесно, Валентин, – ледяным тоном ответила Тимотия.

Его серые глаза удивленно распахнулись.

– Так он что, не делал тебе предложение? Когда ты сказала, я подумал…

– Сделал, сделал. Только я пока не дала ответа.

– Ну и ну, – проворчал Валентин. Он поднялся и снял с крючка жилет. – Как же вы, женщины, любите держать мужчину в подвешенном состоянии. Почему бы сразу не решить, хочешь ты выйти за него замуж или не хочешь?