Зачарованное сердце - Барбара Картленд

— Что ты сказал? — переспросила Синтия после длинной паузы.

— Я просил тебя выйти за меня замуж, — пробормотал Артур.

— Ты сошел с ума?

Это был не самый лучший ответ, на который она была способна, но слова выскользнули сами собой. Артур вспыхнул и сжал губы так, что она поняла — он в ярости.

— Нет, я не сумасшедший, Синтия. Думаю, ты и Питер любите друг друга, но вы кузены, и, конечно, полковник не позволит…

— Питер и я помолвлены, — быстро сказала Синтия. — Но, поскольку мы оба еще очень молоды, папа хочет, чтобы мы подождали немного. При первой же возможности мы поженимся. — Она говорила резко, как будто делала ему выговор, но затем, поняв, что Артур искренен в своих словах, сменила гнев на милость: — Извини, Артур!

— Все в порядке, — ответил он. — Я понимаю.

Мысли увлекли ее слишком далеко в прошлое, и, возвращаясь из него, Синтия спросила:

— Почему ты до сих пор не женился, Артур?

Она задала вопрос чисто автоматически. Но когда он посмотрел на нее, она без слов поняла ответ. Почувствовав смущение, Синтия поспешно сменила тему:

— Расскажи мне про скандалы и всякие захватывающие истории, которые произошли в округе за то время, что я отсутствовала. Кто женился, кто нет. Кто влюблен и в кого. Кто с кем живет.

— Боюсь, я не оправдаю твоих надежд. Я ничего не знаю, — решительно ответил Артур.

Синтия громко рассмеялась:

— Ты не должен быть таким чопорным!

— Разве это чопорность? — спросил Артур с каким-то обиженным удивлением.

— Ты сам это знаешь. Твоя беда в том, что ты слишком серьезно воспринимаешь жизнь. Ты слишком хорош для этого мира, в котором много пороков и великое множество грешников.

Артур Марриот медленно поднялся.

— Мне не нравится, когда ты так говоришь, Синтия. Видишь ли, я всегда считал тебя единственным неиспорченным человеком из всех, с кем встречался в своей жизни.

Он говорил так серьезно и с таким осуждением, что Синтия застыла в молчании. Она долго и пристально смотрела на него, не отводя глаз, а когда собралась все-таки возразить, дверь открылась и Грейс объявила:

— Миссис Иствуд.

И в комнату ворвался небольшой тайфун из пронзительных восклицаний, ярких красок, сверкающих бриллиантов и благоухания дорогих духов.

Синтия опомниться не успела, как ее уже расцеловали в обе щеки.

— Дорогая, это божественно! Дом, я имею в виду! Восхитительный сад, мореный дуб и эта старая горничная. По-моему, она меня не одобрила, хотя… Ох, эта гостиная тоже изумительная… и ты выглядишь значительно лучше, правда! Дай-ка мне на тебя хорошенько посмотреть…

— Сара, как хорошо, что ты приехала, — только и смогла промолвить Синтия. — Позволь тебе представить старинного друга и нашего соседа мистера Артура Марриота.

— Как поживаете? Синтия рассказывала вам, как мы с ней познакомились в Индии? Она была удивительно добра ко мне. Я так рада, что приехала сюда именно сейчас, когда мне особенно необходим отдых на природе. Надеюсь, мы с вами еще не раз встретимся.

Сара бросила из-под длинных ресниц взгляд на Артура, и Синтия, наблюдая за этой сценой, забавлялась, размышляя, что Артур мог подумать о Саре.

Он редко видел женщин, даже отдаленно напоминающих ее.

— Вы должны рассказать о себе все! — заявила ему Сара через несколько минут.

Синтия оставила их наедине и отправилась узнать у Грейс, справилась ли та с багажом, и заказать чай для Сары.

— У меня уже все готово, мисс, — сообщила ей Роза. — Я всегда считала, что после путешествия обязательно нужно подать чай. Он прочищает голову столь же хорошо, как и горло. Так всегда говорила моя матушка.

— Уверена, ваша матушка была абсолютно права, — согласилась Синтия. — Я сама заберу его в гостиную. Мне не хотелось бы беспокоить Грейс — она понесла вещи миссис Иствуд наверх.

Вернувшись с подносом в гостиную, она обнаружила, что Сара и Артур оживленно беседуют, склонив друг к другу головы, как конспираторы.

— Мы говорили о тебе, — призналась Сара, когда она вошла.

— Это ужасно! — воскликнула Синтия. — Как вы могли?

— Мистер Марриот думает, что тебя нужно хорошенько откормить, — сказала Сара. — А поскольку мне, наоборот, неплохо бы похудеть, полагаю, затруднительно будет устроить две диеты одновременно. Но рискну надеяться, твоя кухарка сможет что-то придумать.

— По-моему, мне гораздо больше еды нужен отдых, — возразила Синтия.

— У тебя есть места, где можно хорошо отдохнуть, или компаньоны, с кем можно утешиться? — поинтересовалась Сара. — Уверена, вы со мной согласитесь, мистер Марриот.

Артур поднялся.

— Мне пора домой, — сказал он. — Могу я еще как-нибудь зайти повидать тебя, Синтия?

— Конечно, — ответила она.

— Приходите проведать и меня, — предложила Сара. — Я тоже нуждаюсь в отдыхе, но вовсе не в таком спокойном и мирном.

Она поверх чашки стрельнула в него лукавым взглядом, который, как заметила Синтия, он полностью проигнорировал.

Поцеловав женщинам руки, Артур направился к двери.

— Ты сам найдешь дорогу? — спросила Синтия.

— Разумеется. До свидания.

Он ушел, и Сара, наливая себе еще чаю, вопросительно взглянула на подругу.

— Ну? — наконец спросила она, видя, что Синтия говорить не собирается. — Кто этот стойкий оловянный солдатик?

Синтия засмеялась:

— Его имя Артур Марриот.

— Я это уже выяснила, — сказала Сара. — Мне хотелось бы узнать, что он значил в твоей юной жизни?

— Он старинный друг семьи, — ответила Синтия.

— И?.. — продолжала допрашивать Сара.

— Нет никакого «и», — возразила Синтия. — Разве он похож на человека, которым я могла бы заинтересоваться?

Сара пожала плечами:

— Кто знает. Кроме того, в наши дни нужно брать то, что можешь. Он богат?

— Что называется, достаточно обеспечен. Он фермер, на случай если тебе интересно узнать, откуда у него деньги.

— Фермер! — Сара поморщилась.

— Землевладелец, если так звучит лучше.

— Для меня все это звучит ужасно глупо, но ты, возможно, делаешь ошибку!

— Сара, не пытайся выдать меня замуж, — рассмеялась Синтия. — Я не хочу ни за кого выходить… Я вообще не собираюсь замуж! И давай на этом остановимся.

Сара возмущенно вскрикнула:

— Конечно же ты должна выйти замуж! Ты не можешь оставаться старой девой, в твоем-то возрасте. Скажи, разве ты хочешь быть старой девой?