Три дня на побережье - Мэллори Кейн

— Да. Она живет в Хьюстоне. У нее все отлично. Уводя Джина от спальни Сэнди, Зак внимательно прислушивался к тому, что там происходит. Женщины пока не вышли.

В коридор выглянули две пожилые дамы.

— Все в порядке? — осведомилась одна из них.

Не успел он и рта раскрыть, как к ним поспешила мать Тристана.

— Да-да, все хорошо, — заверила она. — А не подать ли еще пирогов, как вам кажется?

Дамы вернулись на кухню, споря о том, какой пирог лучше; миссис Дюшод попыталась проскользнуть мимо Зака в коридор, но он задержал ее.

— А, Зак, дорогой! — воскликнула она, протягивая к нему руки.

Они обнялись. Миссис Дюшод была пухлень миловидной женщиной, привлекательность которой передалась и Тристану, но сейчас ее лицо как будто оплавилось. Кожа обрюзгла, под глазами залегли густые фиолетовые тени. Объятие ее было вялым.

— Как ты вырос, дорогой! И каким стал красавцем. Только подстричься тебе не помешало бы. Обязательно приходи завтра к Ральфу.

— Миссис Ди, примите мои соболезнования.

— Благодарю, Зак. А теперь прошу меня извинить, нужно проверить, как там Сэнди. — Миссис Дюшод скорбно покачала головой. — Она раздавлена горем. Я, конечно, тоже, но меня поддерживает моя вера и друзья. А Сэнди? Даже не знаю.

Поняв намек, Зак поморщился. Миссис Дюшод всегда была острой на язычок.

— С ней Мэдди. Сэнди приснился дурной сон, и Мэдди ее успокаивает. Через несколько минут она выйдет к гостям.

— Мэдди?.. А, Мадлен Тирни. Эта женщина. Кто знает, откуда она взялась? Отнесу-ка я Сэнди стакан воды.

На всякий случай Зак посмотрел на ее руки, хотя и так знал, что стакана при ней нет. Он многозначительно посмотрел ей в глаза.

— Я решила сначала узнать, хочет она пить или нет, — тут же пояснила миссис Дюшод. — Аты сильно изменился с тех пор, как уехал. Сколько же лет прошло, а? Тогда ты был очень милым и вежливым юношей.

— Верно, мэм, — согласился Зак, по-прежнему не давая ей пройти.

Выждав еще пару мгновений, она фыркнула и развернулась на каблуках.

Несколько минут никто не пытался штурмовать дверь, которую Зак закрывал собственным телом, то и дело ловя на себе любопытные взгляды и размышляя о заявлении Мэдди, что она работает на Министерство национальной безопасности. Это отчасти объясняло ее пребывание здесь. Но почему она приехала несколько недель назад? Имеет ли отношение к смерти Тристана?

Мэдди и Сэнди наконец вышли к гостям. Он отошел в сторону, пропуская их на кухню, где, похоже, собралась половина города. Все жаждали принести соболезнования.

Зак наблюдал, как Мэдди ведет Сэнди через толпу к кувшину с холодной водой. Она отлично справляется со своими обязанностями, не давая Сэнди слишком долго ни с кем разговаривать. Он улыбнулся, вспомнив, как она нервничала, когда он приехал.

Мэдди глаз не спускала с Сэнди, но та держалась молодцом, и Мэдди отступила в сторону, давая ей возможность пообщаться с гостями, а сама обратила взор на Зака. Он едва заметно кивнул ей, она подошла к его посту у двери. Чуть левее находилась еще одна дверь, ведущая в гостиную.

Мэдди посмотрела на две двери, потом на Зака, он понял ее без слов. Они вдвоем будут стоять здесь на страже, присматривая за Сэнди и следя, чтобы никто не бродил тайком по дому.

Мэдди встала у двери в гостиную, ноги на ширине плеч, руки вдоль тела, правая рука сжата в кулак. Зак прислонился к стене недалеко от двери в коридор, сложив руки на груди, как человек, которому некуда спешить и нечем заняться. Мэдди поняла: он внимательно слушает разговоры на кухне.

Люди, разумеется, говорили о Тристане, о том каким замечательным он был человеком, как трагично и внезапно оборвалась его жизнь.

Мэдди снова и снова прокручивала в голове фразу, оброненную Заком за секунду до того, как они ворвались в спальню Сэнди: «Я тоже федерал».

— Что вы имели в виду, говоря, что являетесь федеральным агентом? — не выдержала она.

— Хотите поговорить об этом прямо сейчас? — Зак искоса глядел на нее, не меняя непринужденной позы.

Мэдди закатила глаза.

— Почему бы и нет?

— Просто решил, что такие вопросы лучше обсуждать наедине.

— Мне хочется знать, с кем я разговариваю. Как только вас увидела, сразу догадалась, что у вас оружие, а теперь хочу понять, на кого вы работаете. — Ее голос был тих, а взгляд устремлен на Сэнди. — Она отлично справляется.

— Что? А… Сэнди. Говорил же я вам, она сильная. Я тоже знал, что вы вооружены.

— Правда? Откуда?

— Вы теребили замок своей сумочки и все время держали ее под рукой, как женщины-агенты, с которыми я проходил тренировку.

— Что ж, возможно, мне стоит вообще отказаться от сумочки. — Мэдди потерла глаза. — Какой бы Сэнди ни была сильной, она очень устала и измождена от горя. Она со среды глаз не сомкнула, когда сообщили о Тристане.

— Возможно, сегодня ей удастся наконец заснуть. Теперь, когда… — Он осекся.

— Когда — что? Когда его похоронили? Это вы хотели сказать?

— Нет. То есть да, именно. — Он потер лицо, на котором застыло обескураженное выражение, и на мгновение крепко зажмурился.

— Знаете, от похорон едва не пришлось отказаться. Сэнди очень расстроилась, когда ей не позволили взглянуть на мужа, — призналась Мэдди.

— И вам известно почему, верно?

— Нет. Я решила, что на теле имеются, как бы это сказать… повреждения.

Зак бросил на нее недоверчивый взгляд.

— Неужели вы правда не знаете?

— Скажите мне! Я тоже хочу быть в курсе, — настаивала Мэдди, чувствуя, как лицо и щеки заливает жаркая волна смущения. Нелегко признавать, что совершила ошибку. Точнее, что-то упустила из виду. Чем скорее Зак поделится с ней информацией, тем скорее она снова будет иметь полную картину событий. И никто, включая сильного привлекательного федерала, не сумеет ее обойти. Она дала себе клятву, что справится с заданием.

— В самом деле, не догадываетесь, почему Сэнди не разрешили увидеть мужа и открыть на похоронах его гроб?

Глядя в угрюмое лицо Зака, Мэдди глубоко вдохнула и выдохнула.

— Так скажите же мне.

— Судмедэксперт сообщил, что найденных останков оказалось недостаточно, чтобы положить в гроб. То, что удалось собрать, используется в качестве вещественных доказательств. Гроб Тристана Дюшода пуст.