Может, все сначала? - Дженнифер Фэй

Наконец-то одна дома.

На следующее утро по возвращении из полицейского участка Аннабель немедленно направилась в свои покои. Грейсон остался в Беллачитте. У него была запланирована встреча с партнером по бизнесу. Они договорились просмотреть финансовые документы проекта позже.

Аннабель хотелось побыть одной. Ей не терпелось посмотреть дневник матери. Если у нее и были сомнения, стоит ли вторгаться в частную жизнь матери, то полиция их сняла, попросив ее открыть дневник и прочитать страничку, чтобы удостовериться, что это ее вещь. Аннабель не стала их разуверять, что дневник не ее.

Девушка присела к письменному столу у окна, из которого открывался чудный вид на Средиземное море. Обычно вид успокаивал ее, но сегодня мысли были далеко.

Не замечая времени, Аннабель листала дневник и рассматривала вложенные фотографии. Воспоминания матери поразили ее. К ее огромному облегчению, дневник не содержал никакой скандальной информации, скорее наоборот, в нем были зафиксированы самые интересные и знаковые события из жизни королевской семьи и двора. Описывались дни рождения, праздники, пикники и много разных других событий. В этом была вся мама: веселая, жизнерадостная, всегда готовая помочь.

Не обратив внимания на то, что настало время ланча, Аннабель перебралась в постель и, уютно устроившись на мягких подушках, продолжала читать. Она уж и не помнила, когда в последний раз позволяла себе днем расслабиться и просто почитать. Девушка глотала страницу за страницей, чувствуя такую близость к матери, какой не чувствовала при ее жизни.

Тук. Тук.

Она посмотрела на дверь, ожидая появления горничной с цветами или свежим бельем. Она слегка нахмурилась, так ей не хотелось прерываться.

Стук раздался снова, и голос за дверью произнес:

– Аннабель? С вами все в порядке?

Это был Грейсон. И что-то ей подсказывало, что он не уйдет, пока они не поговорят. Вздохнув, она закрыла дневник и отложила его в сторону. С неохотой покинув уютную кровать, она подошла к двери и отворила ее.

– Привет. – Она уставилась в его красивое, чисто выбритое лицо.

Он нахмурился:

– Почему вы на меня всегда так смотрите?

– Как? – смущенно спросила она, понимая, что впредь ей нужно контролировать эмоции.

Он вздохнул:

– Не обращайте внимания.

Она посторонилась.

– Проходите, пожалуйста.

Войдя в просторную комнату, он осмотрелся. Она следила за его взглядом, который перемещался с дивана на кресла, на стол с вазой с цветами, ее рабочий стол и, наконец, на огромную кровать с пологом.

Наконец он взглянул на нее:

– Вы пропустили ланч.

– А разве у нас были планы? – Она помнила, что Грейсон намеревался провести в городе большую часть дня.

– Нет. Но мои встречи закончились раньше, чем я предполагал. Я надеялся увидеть вас за ланчем. Но когда вы не появились, я… я просто хотел увериться, что с вами все в порядке.

– Все хорошо. Я просто зачиталась. – Она небрежно махнула рукой в сторону кровати со смятым покрывалом.

– Похоже, я вас напугал.

– Что?

Он подошел к кровати и поднял в пола дневник. Рядом лежали рассыпавшиеся веером фотографии.

– О, нет! – Аннабель бросилась к кровати.

– Не беспокойтесь, все цело.

– Не нужно мне помогать, – она наклонилась рядом, – я справлюсь сама.

– Мне не трудно. – Он поднял одну фотографию. – Это вы ребенком?

Она бегло взглянула на фото, и на нее снова нахлынули воспоминания.

– Да, это я с братом Люкой.

– Вы были забавной девчушкой.

– Благодарю. Не могу поверить, что мама хранила все эти фотографии в дневнике.

– Так это дневник вашей матери? Теперь понятно, почему вы за него так переживали. Вы готовы были броситься на офицера с кулаками, когда тот не хотел вам его возвращать.

– Спасибо, что помогли мне урезонить офицера.

– Не стоит благодарности.

– Знаете, а вы можете быть полезны в критических ситуациях.

Он улыбнулся.

– Намекаете, чтобы я остался на фестиваль? – мягко спросил он.

– Возможно, – туманно ответила она.

Их взгляды перекрестились. Он смотрел на нее по-другому. Неожиданно она прочла в его взгляде желание.

Это было подобно разряду электрического тока. Их неодолимо влекло друг к другу.

Они стояли на коленях у кровати плечом к плечу. Он хоть понимает, что делает с ней его близость?

Его взгляд скользнул по ее губам. Неужели он сейчас ее поцелует? Это плохо, что ей именно этого хочется?

Не дожидаясь, пока он решится, она наклонилась вперед и прижалась губами к его рту. Если это было слишком смело, то ей все равно. Она осторожничала всю жизнь, надо же когда-то проявить безрассудство.