Как укротить сердцеедку - Тара Пэмми

Ник громко захохотал.

– Не поверю, что ты захочешь отправиться в поездку на другой конец земного шара. В тебе нет ни капли авантюризма. Так же как и желания повеселиться.

Его слова словно тяжелые камни упали на гладкий мраморный пол. Если в Андреасе и был интерес к чему-то помимо своих обязанностей, их отец позаботился, чтобы он исчез. Более двадцати лет Теос обучал своего наследника, как править страной, и держал его во дворце отрезанным от всего мира, от детей его возраста, от других увлечений, от Никандроса и Элени, их сестры, может быть, даже от самой жизни.

– Ник, но я как раз пытаюсь облегчить свою ношу без катастрофических последствий.

– Значит, ты хочешь, чтобы я был той подпоркой, которой видел меня Теос?

– Ник, его правлению подошел конец. Будущее Дрэкона – это мы с тобой.

Никогда еще он не был так близок к тому, чтобы поверить, что он тоже является частью политической жизни своего государства. Но что-то сдерживало Никандроса.

– Мне хотелось бы помочь тебе, но я не могу.

– Никандрос, тебе не приходило в голову, что я по-настоящему нуждаюсь в тебе? – с горечью спросил Андреас. – Так же как Камилла и Элени? И так же, как жители Дрэкона, которые подарили тебе такую привилегию?

– Мама предпочла мне тебя, своего приемного сына, – отрезал Никандрос, сдерживая гнев. Его мать разошлась с Теосом, как только Никандрос перестал нуждаться в ней. И вместе с тем она решила жить в Дрэконе, в одном из поместий Андреаса.

– Может быть, Камилла поняла, что я нуждаюсь в ней больше, чем ты. – Ника потрясла беспомощность, промелькнувшая в глазах брата. – У тебя осталось много неоконченных дел? Много женщин, которых нужно соблазнить? Много рискованных предприятий? Твоя новая любовница, Мия Родригес Морган…

– Бог мой! Ты следил за мной?

Лицо Андреаса оставалось безучастным, и Ник тут же забыл о сострадании, которое начал испытывать к брату две минуты назад.

– Вот почему я уехал из этого проклятого дворца! – зло бросил он. – Чтобы избежать махинаций и манипуляций отца! И ты еще хочешь, чтобы я доверял тебе? Андреас, ты весь в своего отца, ты так же безжалостен и так же манипулируешь мамой и Элени. И так же слепо предан Дрэкону. Отец лепил тебя по своему образу, и в итоге получился монстр, дышащий привилегированным положением и властью. И если ты не примешь меры, ты закончишь свои дни, как он!

Андреас даже не дрогнул, подобно скале, на которой был построен их дворец, в то время как Никандроса трясло от гнева.

– Что будет, если она продаст эту историю бульварным газетенкам?

– У меня были любовницы и раньше. Мия ничем не отличается от остальных. – Она была всего лишь одержимостью, страстью, которую он утолил.

Хотя с той ночи мысли о ней никогда не покидали его. Или его тело. Даже если чувственность Мии оказалась прямой противоположностью тому, что однажды легкомысленно сказал о ней Брайан.

– Для тебя нет никакой разницы в том, что она беременна, и этот ребенок может быть твоим?

Ребенок? Его ребенок?

У Никандроса похолодело внутри.

Он схватил Андреаса за грудки и притянул к себе, и только теперь увидел шок в глазах своего брата.

– Ты ничего не знал, – растерянно сказал Андреас.

– Ты все придумал. Ты сделаешь что угодно, наговоришь кучу лжи, лишь бы добиться своего.

– Ты при каждом случае выказываешь свое отвращение к отцу и ко мне. И вместе с тем ты продолжаешь вести себя как он. Ты соблазняешь женщин по всему миру, не думая о последствиях, и теперь ты идешь по его стопам, плодя повсюду своих незаконнорожденных детей.

Андреас вырвался из его цепких рук.

У Ника кружилась голова. Он не успел еще разобраться со своей собственной жизнью и стал отцом?

Той ночью они с Мией зачали новую жизнь…

Никандрос жил без обязательств перед Дрэконом, семьей, любовницами и работой и ни к чему не привязывался. Все, чего он жаждал, – это новый вызов, новые горизонты, и все без оглядки назад.

Сейчас ему следовало бы поступить точно так же.

Только Никандрос всегда мечтал о настоящей семье. И разве можно смириться с тем, что твой ребенок живет где-то в этом мире, не знает о твоем существовании и не является частью твоей жизни.

– Я не доверяю тебе. И я не доверяю тому себе, которым становлюсь рядом с тобой, – ответил Никандрос, зная, что брат по-прежнему находится здесь на случай, если ему понадобится помощь.

В далеком прошлом такой жест многое значил бы для Никандроса. Он чувствовал себя таким одиноким на протяжении многих лет, что упал бы на колени за доброе слово от брата.

Но Никандрос научился обходиться без своих родных. Без отца, матери и брата с сестрой.

Они все, один за другим, предпочли Никандросу Андреаса.

Они вынудили его стать таким человеком, каким он был сейчас, и заставили оставить свою детскую наивность и мечты. Они сорвали шоры с его глаз, которые он носил, будучи маленьким мальчиком.

– Никандрос, я прошу прощения за отца и за свои собственные… поступки. Ты принадлежишь Дрэкону.

Именно этих слов и ожидал Никандрос. Что бы ни говорил Андреас, он до мозга костей оставался сыном своего отца.

Но прямо сейчас Ник не мог думать ни о чем другом, кроме ребенка, его собственного ребенка, и женщины, с которой ему вообще не следовало связываться.