Покори мое сердце - Николь Майклз

Столкновение с поездом – это было единственное сравнение, которое пришло Беннету в голову, чтобы описать только что произошедшее. Но что же, собственно, произошло? Он не смог бы в этом разобраться, даже если бы попытался. Калли Дэниелс вошла в его кабинет – и словно вышибла из него дух. А потом бросила ему вызов, раздразнила его и совершенно сбила с толку, после чего развернулась – и шла.

Они даже голос особо не повышали, но он чувствовал себя совершенно измотанным. Эта женщина… это было нечто – не только внешне, но и эмоционально. И как бы его ни ужасала мысль о танцах, он сам себе удивлялся, когда все-таки смог отказаться. И какими бы нелепыми ни казались пять минут разговора с ней… ему не хотелось, чтобы они заканчивались. Это какое-то безумие, но, будь его воля, он мог бы препираться с ней весь вечер. Не говоря уж о том, что ему ужасно хотелось согласиться на все ее требования – только бы проводить с ней побольше времени. И именно это раздражало больше всего, ведь ему прекрасно было известно, сколько неприятностей может доставить такая женщина: многословная, роскошная и умная, точно знавшая, как получить желаемое.

Взяв себя в руки, Беннет вернулся к своему столу, чтобы убрать в портфель кое-какие работы, требовавшие проверки в выходные, и пошел на собрание. Он был уверен, что увидит ее там. Но что она станет делать? Притворится, что все забыто?

Шагая по коридору, Беннет думал о том, что он ужасно зол на директора Дженсена. Вот ведь скользкий ублюдок!.. Послать такую женщину, чтобы она выполнила за него грязную работу!

А ведь он совершенно ясно дал понять старику, что его не интересуют все эти танцы со сбором средств в загородном клубе. И не только потому, что ему плевать на городских богатеев, но и потому, что он, черт подери, не танцует! Из-за больной ноги он и ходит-то с трудом. Ему даже представить страшно, как он будет выглядеть, если попытается станцевать перед зрителями.

Стараясь не думать о таком унижении, Беннет стал проталкиваться сквозь толпу учеников, собравшуюся в коридоре. От одного из парней явно попахивало травкой, но он убедил себя в том, что не уловил этого запаха.

Оркестр уже играл, и грохот барабанов эхом прокатывался по коридору. В дни игры школа бурлила энергией, и для мальчишек это было очень даже неплохо – приводило команду в боевое состояние духа, однако Беннета этот шум ужасно раздражал. Он не мог не думать о предстоящей игре и поэтому просматривал записи последних тренировок, но тут к нему пришла Калли Дэниелс и…

О, черт, он не может выбросить ее из головы – по-прежнему видит перед собой загорелые ноги в маленьких босоножках и очаровательные светлые кудри, собранные на затылке в хвост, как и в тот раз, когда он впервые увидел ее в спортзале.

Беннет свернул в коридор, протянувшийся вдоль спортзала; там собирались члены футбольной команды, ожидавшие момента, когда объявят их выход к восторженной толпе. Несколько парней окликнули Беннета, и он, улыбнувшись, подошел к ним.

– Тренер, тут целая толпа! – радостно воскликнул Джейсон.

В отличие от Беннета, мальчишки любили огромные толпы болельщиков; они были в восторге от такого внимания, и тренер перед самой игрой всегда возвращал их к реальности – он точно знал, что с таким самомнением победы не добиться.

– Лучше проверь, застегнута ли ширинка, – со смехом ответил Беннет, и Джейсон с Тейтом мгновенно задрали майки и посмотрели на свои джинсы.

Беннет же провел ладонью по волосам и со вздохом осмотрелся. На подобных собраниях его больше всего угнетала необходимость выступать перед толпой. Ученики, родители, тетушки, дядюшки, преподаватели – какой ужас! Но все они ожидали от него нескольких слов, особенно перед первой игрой сезона.

Хорошо, хоть репортеры местных «Новостей» перестали являться, как это было в первые несколько лет его работы в школе; тогда всем хотелось узнать, что же стало с Беннетом Кларком после того, как он перестал скрываться и согласился стать тренером школьной футбольной команды маленького города в Миссури. Несколько видео и статей даже оказались в спортивном онлайн-обозрении, хотя он очень старался этого избежать. Еще хуже были двое бравых репортеров, разыскавших его, чтобы потребовать интервью. Беннет готов был сделать почти все для своих игроков – но ведь ясно же, что тех двоих совершенно не интересовала команда, и он отказался обсуждать аварию и свое выздоровление.

Трибуны в спортзале завибрировали от топота учеников, и собрание началось. Беннет заглянул в зал и, осмотревшись, заметил, как «Пантеры» выстраиваются в две шеренги. А потом его парни пробегут между ними по сложившейся в школе традиции.