И только смерть разлучит нас - Натаэль Зика

- Да, ступай, -  отпустила его Дениз.

«Стоило успокоиться и отдохнуть» - когда же это она успела, если по целым дням штудирует мемуары рода ди Аламьен и книги по магии? Ладно, целителю виднее. Ребёнок в порядке, а что её больше не мутит от запахов и утро начинается со сладких потягушек, а не с побега в уборную – вообще  замечательно!

И Дениз выбросила все мысли о токсикозе из головы.

Целитель вернулся в кабинет Его светлости и замер, ожидая, когда милорд заметит и позовёт. За время его отсутствия  герцог из бледно-зелёного стал просто бледным. Капельки, которые он прописывает исключительно беременным леди,  таки действовали, что явилось ещё одним подтверждением правильности поставленного диагноза.

- Что там? – Варийский посмотрел внимательно и с нетерпеливым ожиданием.

- Всё в порядке! – бодро отрапортовал Тавис. -  Ребёнок здоров, миледи тоже. И знаете, Ваша светлость, токсикоз герцогиню не беспокоит уже второй день! Значит, моя теория верна – он перешёл на вас.

Демьен хмыкнул, задумался.

- Хочешь сказать, вот такое испытывает каждая женщина, когда вынашивает ребёнка? – спросил с некоторой долей сомнения. – Несколько дней сплошных мук, когда в желудке никакая еда не задерживается, а от запахов хочется лечь и умереть?

- Дней, Ваша светлость? – улыбнулся целитель. – Обычно токсикоз длится дольше.

- Сколько? – дрогнувшим голосом поинтересовался Варийский. – Две недели?

Целитель молчал.

- Три??

-  Примерно  пару месяцев.

- Сколько??!

- Всё достаточно индивидуально, Ваша светлость! У некоторых женщин он проходит быстрее и не так выражен, а некоторым везёт меньше. Могу сказать, что у  миледи не самый сильный токсикоз. Скорее даже слабый, - торопливо заговорил целитель. – Обычно  на четвёртом месяце беременности все неприятности с пищеварением проходят.

И мысленно добавил, что им на смену приходят другие – поясничные боли,  например. Но зачем пугать милорда заранее, верно? Может быть, у него это состояние ненадолго.  Глядишь и обойдётся…

- Это – слабый? – в голове Демьена мелькнуло, что если он от слабого на стенку готов лезть, то как женщины выдерживают сильный? - И от чего зависит  сила и продолжительность токсикоза?

- От здоровья мамочки и её настроения. А ещё  от того, когда у плода сформируется плацента, - пояснил мэтр.

Демьен поморщился – ясно, что дело дрянь. Что такое плацента он знает довольно приблизительно, а вот про настроение женщин   наслышан.  Да погода над морем более предсказуема, чем настроение леди!

- Головой отвечаешь за Её светлость! – произнёс он и помахал кистью руки перед носом. –  И…  смени мыло, это имеет слишком резкий запах!

Прошло полтора месяца.

Если поначалу, только узнав, что он «вынашивает» младенца вместе с Дениз,  герцог хоть и был несколько ошеломлён, но в остальном  не имел ничего против,  то теперь его решимости заметно поубавилось.

Несмотря на отвары и зелья Тависа, утро милорда начиналось с пробежки в уборную.  Весь день он клевал носом,  опасаясь лишний раз присесть, потому что тут же засыпал.  Перепады настроения не поддавались никаким прогнозам – он расстраивался из-за пустяков, на которые обычно и внимания не обратил бы. А  пару раз даже поймал себя на желании разрыдаться. Или кого-нибудь убить.

Поесть толком никак не получалось. Любимые блюда теперь вызывали лишь отвращение и  не лезли в горло, а что, правдами и неправдами удавалось в себя запихнуть, через некоторое время желудок возвращал в почти неизменном виде.

Герцог похудел и держался на одном упрямстве.

А вот Дениз расцветала.

Тавис докладывал, что у герцогини прекрасный аппетит и самочувствие. Она много читает и занимается, но не пренебрегает  прогулками. Пусть зима, но свежий воздух полезен в любое время года.

Страдая, мужчина тихо радовался, что перетянул на себя  тошноту и другие «беременные» проблемы. Страшно представить, как бы его девочке было плохо! Нет, как бы то ни было, пусть уж он помучается месяц или два, зато Дени легче!  А он справится! Должен справиться, ведь все женщины через такое проходят,  простолюдинки при этом ещё и от работы не освобождаются. А он – мужчина, маг… Он потерпит…

Дениз мужа не звала, а сам он тревожить жену не осмеливался, позволяя себе смотреть на неё только издалека. И добирал впечатлений,  изводя расспросами служанок и целителя.  А ещё источником информации для герцога неожиданно стала тера Виолона. Демьен не решался поверить, но кажется, строгая нянька стала относиться к нему намного мягче, чем раньше.

Беременность Дени пошла на пользу – его супруга и раньше была красавицей, а теперь от неё глаз было невозможно отвести.  Он  каждый раз, как видел силуэт Дениз в окне пристройки или её закутанную в меха фигурку, когда она прогуливалась по расчищенным дорожкам сада, умирал от желания обнять, вдохнуть аромат волос, прикоснуться губами к упрямому завитку у виска… И каждую ночь мечтал, чтобы головка Дениз лежала на его плече, и он мог слышать сонное дыхание любимой.

Время летит – не догонишь! Утекает, как песок сквозь пальцы… Кто знает, сколько им отпущено? Если он не найдёт условие, если не успеет снять наговор… Случись что с Дениз – он не переживёт.  Не простит себе, не сможет с этим жить, да и не захочет. Как он теперь понимал Пятого герцога, а ведь раньше недоумевал – как можно лишить себя жизни из-за женщины?! Вон их кругом сколько – не одна, так другая! Ан нет, оказалось, что и тысяча тысяч других не могут заменить одну-единственную…

Если бы не возникшее по его вине охлаждение, если бы он не обидел так Дени, они могли бы проводить все дни вместе.  Быть счастливыми здесь и сейчас, наслаждаясь каждой минутой! И вдвоём искать это грахово условие! Дениз права – мужчина может что-то не заметить, а женщина обратит внимание и наоборот. Им нужно объединиться, и тогда шансы снять проклятье удвоятся.

Только… как он подойдёт к ней, если дал слово, что без её просьбы не потревожит, не приблизится?

И Демьен, в перерывах между приступами тошноты и слабости, с утроенной силой методично штудировал архивы.  Он первым просматривал всё, что имело малейшее отношение к проклятью и роду Аламьен, а потом отсылал всё жене. И с нетерпением ждал  начала четвёртого месяца, с которого, по уверению Тависа, токсикоз должен был пройти.

Спасибо Братьям, что он родился мужчиной! А ведь женщины обычно имеют не по одному ребёнку! Гм… и почему тогда их называют слабым полом?

Ребёнок развивался, увеличилась в размере грудь, немного прибавился вес – в остальном ничего не изменилось. Няня только диву давалась.

- Надо же, как повезло! А  твоя мама сильно мучилась, когда ожидала тебя! Больше месяца ходила зелёная, выглядела совсем, как сейчас выглядит Его светлость, - всплёскивала руками Виолона. – Герцог-то наш, сердешный, всё убивается из-за вашей размолвки! Пожалела бы ты мужика, а? Ведь одни глаза от него остались!