Сокровище Пущи - Мария Морозова

Вопрос показался Домбровскому неожиданным, но он честно ответил:

- Слежу.

- Тогда должны помнить, что в прошлом месяце по всему югу империи не один день бушевали грозы. А многая нечисть к грозам весьма чувствительна.

- Полагаете, гроза могла сбить харзу с толку, согнать ее с места, и та, заблудившись, оказалась севернее Старограда?

- Это возможно, - кивнул профессор. - Особенно, если харза совсем молодая.

- И что же с ней сделать?

- Хороший вопрос, голубчик. Прогнать харзу можно. Но куда она подастся в наших-то краях? Либо заблудится окончательно и сгинет, либо на ее хулиганства вызовут ловцов, которые нечисть уничтожат.

Андрей поморщился. Ему не слишком хотелось бросать странную нечисть на произвол судьбы. Да и Мирослава не одобрит. Резкая и скорая на расправу, она быстро отходила. И сейчас тоже наверняка пожалеет заблудшую харзу.

- Можно попробовать ее приручить, - вдруг заявил Чигладин воодушевленно. - Если она привяжется к Пуще, как к источнику энергии, то даже перезимует без проблем.

Он поднялся и подошел к одному из монументальных шкафов, заставленных книгами. Вытащил небольшой томик, пролистал и, удовлетворенно улыбнувшись, подал его Андрею. В книге описывалось, как харзу ловили степняки. На первый взгляд процесс не казался слишком сложным. Нужно было подстеречь харзу ночью, желательно при свете луны, и набросить на нее сплетенный из семи степных трав аркан. Но дальше начинались трудности, потому что харзу предстояло удержать. Сильная и непокорная, она яростно сопротивлялась и могла даже убить ловца.

- Ковыль, степной шалфей, полынь, донник, василек, горицвет и живокость… - повторил Андрей вслух. – Я даже знаю, где их можно достать.

- Что, и правда собираетесь ловить? - У профессора заблестели глаза.

- По крайней мере, попробую.

- А возьмите меня с собой.

- Вас? - удивился Домбровский.

- Я мешать не буду. Только постою в сторонке и посмотрю. Даже на своем магомобиле поеду.

Андрей заколебался. С одной стороны, Чигладин был не слишком похож на охотника на нечисть. С другой, мнение опытного нечистеведа не помешает. Вдруг там вообще не харза, а нечто иное?

- Хорошо, - кивнул он в итоге. - Я напишу вам адрес…

Оставив Чигладина готовиться к вылазке, Домбровский оправился в свои лаборатории. На складах хранилось много разных трав, поэтому мага быстро нагрузили мешками по списку, который тот предоставил. Ковыль, полынь, василек и остальное. Самые свежие, только сегодня доставленные, они еще не успели высохнуть и наверняка отлично подойдут для плетения аркана. Правда, мастером себя Андрей не считал, поэтому разумно прихватил трав с хорошим запасом. На этом его дела в столице закончились.

В деревню Андрей возвращался в магомобиле, который благоухал, как самая настоящая степь. Но уже на выезде из центра вдруг кое о чем вспомнил и свернул налево. Поплутав по переулкам, остановился у небольшого ювелирного магазинчика.

Это место не было статусным или богатым. Тут не продавали драгоценности, стоившие баснословных сумм, ничего такого, в чем можно было бы блистать на светских раутах. Но местные украшения могли похвастаться оригинальностью и красотой. А еще тем, что делались с душой и для души.

Домбровский собирался купить подарок дочери. Конечно, в деревне носить драгоценности было совершенно негде, но украшаться Феодора любила. И Андрей собирался найти то, что подойдет ей и месту, где она живет.

Продавец за прилавком улыбнулся гостю и кивнул, не торопясь подходить. А магу сейчас и не нужна была помощь. Он прошелся вдоль стеклянных витрин и остановился у браслетов. Один из них приглянулся особенно. Серебро прихотливо извивалось, складываясь в цветочный узор, а несколько янтарных капелек смягчали холод металла и придавили ему легкости.

- Пожалуй, я возьму вот это, - решил Андрей.

Пока молодой парень упаковывал браслет, Домбровский рассеянно скользил взглядом по витринам и вдруг зацепился за подвеску. Золотая лошадь, вставшая на дыбы, словно была готова сорваться в резкий галоп. Длинные грива и хвост поблескивали зеленоватыми камешками, а морду ювелир выполнил так искусно, что она казалась живой.

- И это тоже заверните мне, - выпалил Андрей прежде, чем понял, кому именно собирается дарить ее.

- Все вместе? - уточнил продавец.

- Нет, - ответил маг и почему-то улыбнулся. - Это будут разные подарки. Для двух разных, но очень особенных женщин.

***

- Хм, а я думала, ты уехал, - сказала Мирослава, когда Андрей под вечер пришел на конюшни.

- Я ведь обещал помочь, - пожал плечами Домбровский и показал ей сверток. - Будем ловить харзу.

- Ловить? Сами?

- Конечно, можно было бы вызвать охотников на нечисть, которые ее бы уничтожили…

- Нет, - решительно возразила Мирослава. - Никаких «уничтожить».

- Так я и думал, - улыбнулся маг. – Тогда будем устраивать засаду.

Послышался шорох шин по гравию, и к воротам подъехал маленький магомобиль. Из него выбрался профессор Чигладин, потянулся, вдыхая свежий вечерний воздух, и поспешил в Мирославе и Андрею.

- Доброго вечера, - поздоровался он, чуть склоняясь.

- Сергей Ефимович? - удивилась Тригорская, знавшая профессора еще со студенческих времен.

- Уж простите любопытного старика, - повинился тот. - Но я никак не мог пропустить такое событие. Последний раз харза мне попадалась лет пятнадцать назад. Так что очень захотелось поучаствовать.

- Ну ладно, - пожала плечами женщина.

- А я не удивлен, что харза пристала именно к вам, - хмыкнул профессор и осмотрелся. - Хорошо у вас тут. Какие травы, какие просторы…

- Да я бы и не злилась на эту харзу. Но она мне лошадей пугает.

- Разберемся, - Андрей мягко сжал ее плечо.

Женщина бросила на Домбровского странный взгляд и махнула рукой.

- Пойдемте в дом. Хотя бы ужином накормлю.

После того, как стемнело, Андрей собрался на охоту. Чигладина устроили в конюшне, рядом с небольшим окошком, через которое просматривался облюбованных харзой луг. Мирославу после недолгих споров маг отправил в конюшню тоже. Он помнил предупреждение профессора о том, что нечисть может быть очень опасна, и не хотел рисковать. Тригорская сначала спорила, но Андрей нашел аргумент, сказа, что ей лучше быть рядом со своими лошадьми. Женщине ничего не оставалось, как согласиться.

Сам Домбровский вышел на улицу с арканом в руках и сел под кормушкой, стоявшей на границе левады и луга. До полнолуния была почти неделя, но света хватало, чтобы кое-как видеть окружающую обстановку.

Отмахиваясь от ночных комаров,