Прощальный танец - Мира Ризман

— О чём ты?

— Твои демоны! Они искажают созданный мной мир!

— Какие демоны? — Ийридиари не сразу осознал, о чём толкует Кихи. В его сознании всколыхнулась тревога: неужели ему не удалось уйти незамеченным? Но всё оказалось куда хуже.

— Эти гады испортили моих эльфов, сделав их злобными эгоистами! Превратили оборотней в безумцев, и уже вербуют волшебников к тёмным искусствам! — продолжал негодовать Кихи.

— Подожди. — Осознание медленно подступало к Ийридиари. Никакой «хвост» или пришедшие с ним младенцы ещё не могли ничего сделать столь существенного. А это значило только одно: пока его не было, сюда пробрался кто-то ещё!!!

— Чего мне ждать? Предлагаешь молча смотреть, как твои прихвостни коверкают всё, до чего смогли дотянуться?! — В голосе Кихи зазвенела обида.

— У меня нет прихвостней… Это вероломное вторжение!

Глава VIII. Зловещая полночь. Шанталь

Шанталь:

Неделя до предполагаемых родов, пятнадцатый день после исчезновения короля Дамиана

— А вы тот ещё шутник, агни! — не без иронии заметила Шанталь, оглядывая собравшее в зале общество. — Устроили мне такой роскошный приём, будто не на моего кузена, а на меня водрузили корону.

Аулус ответил лёгкой полуулыбкой, продолжая нарочито изображать из себя саму галантность. Шанталь настороженно осмотрелась. В неожиданно ярких для привыкших к игре полутонов цветах убранства чувствовался свойственный нагской культуре колорит. Обилие драпировки и золота добавляли помпезности, но стоило отдать должное распорядителю, который отвечал за украшение зала за то, что тому хватило вкуса не переборщить с деталями.

Впрочем, Шанталь поразила не только окружившая обстановка, но и собравшееся общество. Признаться, она впервые видела столько демонов сразу в одном месте. Это внушало невольное беспокойство ещё и благодаря всеобщему вниманию, которое Шанталь заполучила сразу же, едва переступила порог зала. Полсотни глаз разом устремились на неё, и не то, чтобы это смутило (как и всякой принцессе, ей частенько доводилось выходить перед толпой), а скорее, насторожило. Всё же уровень опасности в логове демонов был значительно выше, чем на самом незаурядном эльфийском приёме. Однако Шанталь не собиралась показывать слабости. Она гордо расправила плечи и вернула своей походке надлежащую её высокому положению стать. Отчасти ей даже польстило, что Аулус усадил её рядом с собой в центре стола, словно она бы не просто спутница, а главная гостья.

— Ты вернулся раньше ожидаемого, Аулус, — хмыкнула восседавшая по соседству почтенного вида старуха. У неё был хриплый, грубоватый голос, в котором явственно ощущались властные нотки. — Неужели коронация принца Этьена прошла так скучно?

— Разве такое возможно, агни Марьярис? — На лице Аулуса расцвела ехидная ухмылка. — Гости весьма скептично приняли новость о подписании пункта о супружеской верности и даже устроили тотализатор, в котором не удержалась и поучаствовала сама принцесса.

Он отсалютовал ей бокалом, как бы приглашая к беседе. Шанталь бросила оценивающий взгляд на собравшихся подле старухи демониц, и те напомнили ей слетевшуюся на пиршество стаю голодных гарпий. Какое же знакомое чувство! Она словно бы вернулась в эльфийский дворец к обществу лицемерных эльфийских леди, с которыми всегда требовалось оставаться начеку, чтобы не дать ни малейшего повода для обсуждений. Шанталь прекрасно знала цену главному оружию женщин — слухам, что были куда опасней и беспощадней, чем выпущенные в упор стрелы!

— Ваше Высочество, неужели даже вы не верите, что ваш венценосный кузен сможет сдерживать свою похоть? — В разговор вмешалась молодая демоница, в чьих кровавых глазах плясали коварные искры.

— Боюсь, ты ошиблась, Мийрис, — пожурил её Аулус. — Принцесса поставила значительную сумму на то, что принц сможет соблюсти новые требования!

— Да? — Искры в глазах демоницы разом потухли, а лукавая улыбка сползла с лица, сделав выражение не столько опечаленным, сколько озадаченным.

— Выходит, нашему принцу-писателю придётся заканчивать свою карьеру романиста, — с разочарование пробубнила её соседка, и эти слова, словно флаг для эстафеты, тут же были подхвачены стайкой сочувствующих.

— Какая жалость! — сокрушались одни. — Невероятная потеря…

— Нельзя, чтобы талант принца пропал впустую! — негодовали другие.

— Это же не шутки! Мы так упустим целое поколение! — со всей серьёзностью заявляли третьи.

— Матушка, — растеряно обратилась к старухе Мийрис. — Неужели всё это правда?

Та поморщилась, будто ей под нос поднесли что-то зловонное.

— Ну что вы раскудахтались, будто куры на заднем дворе! — окинув демониц презрительным взглядом, фыркнула она. — Или мозги в кисель превратились после этой любовной жижи? Будто мы никогда не меняли героев!

— Но ещё ни один не был так популярен, — осторожно заметила Мийрис.

— Не стоит выдавать свои предпочтения за мнение эльфийского общества, — жестко отрезала старуха, а затем, сверкнув глазами, бросила пристыженным демоницам: — Утрите сопли и займитесь уже делом! Есть кто на примете?

Только что галдящая стайка притихла и принялась переглядываться. Шанталь с трудом подавила смешок: показавшиеся ей вначале опасными демоницы, сейчас напоминали, скорее, напуганных цыплят. Но стоило ей только мысленно расслабиться, как одна из «пташек» выпустила когти.

— Идеи, конечно, есть… — лукаво начала Мийрис, и Шанталь внезапно ощутила на себе её цепкий взгляд. — Можно, например, сменить героя на героиню. Любовные похождения эльфийской леди тоже могут быть поучительными и увлекательными!

Намёк был весьма прозрачен, и на секунду вызвал панику, однако Шанталь быстро взяла себя в руки. Нападки демоницы напомнили ей выпады леди Эстэль, на которые не всегда следовало отвечать благоразумным молчанием. Иногда стоило показать зубы, а порой и свой ум. Шанталь заставила себя улыбнуться, после чего сладким голосом заметила:

— Мне, как главной почитательнице творчества кузена, совсем не хотелось бы видеть его провал. Книга о героине, боюсь, может быть понята превратно!

— Не слишком ли поспешны Ваши выводы, Ваше Высочество? — Мийрис и не думала отступать. Напротив, она будто клещ вцепилась в Шанталь, вызвав её на зрительную дуэль. Словно две непримиримые тигрицы, они вонзились друг в друга взглядами.

— Позвольте пояснить, — Шанталь добавила в голос ещё больше нежных ноток, но то была притворная мягкость, за которой скрывались острые шипы. — Своей невероятной популярностью Эдриан обязан мечтательным девам. Именно они млеют от его красоты, смелости и находчивости, и склонны не замечать очевидных недостатков. И пока он перебирает девиц, словно перчатки, в сердце каждой остаётся надежда, что однажды принц появится и на её пороге. Думаете, хоть кто-то сочувствует попавшим в его сети девицам?

— Какая занятная исповедь, принцесса, — рассмеялась Мийрис. — Выходит, вы и сама ждёте кое-кого на своём пороге?

— Не хочу вас разочаровывать, леди, однако вынуждена заметить, что