Я подарю тебе тьму - Лора Олеева

В его голосе горечь и боль.

— Тебе что-нибудь надо? — шепотом спрашиваю я.

— Мне надо полежать одному, — говорит Льерен, отворачиваясь. — Ты можешь оставить меня?

Я киваю и выскакиваю из комнаты. Лилия, стоящая в коридоре, вопросительно смотрит на меня, но я лишь машу рукой и бегу в ванную. Мне нужно место, чтобы поплакать без свидетелей.

Нет, совсем не так я представляла наш разговор. Что это значит? Он винит меня в том, что Тиэрен ушел? Или… Сердце колет болью. Или он жалеет о том, что ушел Тиэрен, а не я? Меня прожигает боль и обида. Но почему я должна обижаться? Безусловно, родной брат Льеру дороже и ближе меня. Да мы знакомы меньше месяца! А Тиэр… Я вспоминаю слова Марсия: «Им трудно расстаться. Практически невозможно. Близнецы же…» А я ему еще тогда сказала: в нашем мире между близнецами тоже очень сильная связь. А Льер и Тиэр к тому же жили в одном теле много лет. Практически срослись душами. И теперь Льерен остался один. Потерял брата второй раз. Нет, я должна поддержать его в его горе. Забыть о своей обиде. Он переживет это, переболит свою боль, перестрадает и утешится. А я ему помогу, решаю я. И, умывшись и натянув на лицо улыбку, выхожу из ванной.

* * *

Черта с два! Через несколько дней мне уже хочется взвыть от горя. Маг еще слаб и мало встает с постели, но ум его ясен, как и прежде. После короткой схватки с нашей драконицей Арветой к начальству прорывается Вестер и Ольвер. Безусловно, им есть что обсудить. А вот ко мне маг вежливо безучастен. Нам даже не о чем поговорить. Любой разговор невольно заводит в тупик: мы снова вспоминаем Тиэра, и глаза Льерена тут же подергиваются голубой коркой льда. Он уходит в себя, пытаясь отыскать там отсутствующего двойника. Порой он начинает прислушиваться к чему-то, словно ожидает, что в комнату войдет Тиэр или его призрак. И даже не замечает, как я осторожно выхожу и закрываю за собой дверь спальни мага, куда Льерена перенесли, как только он пришел в себя.

Лилия больше не ночует у нас в доме, но каждый день приезжает на пару часов, чтобы посидеть с сыном. Она замечает, как изменился маг, и, возможно, мои переживания.

— Астра, детка, — говорит она с неловкостью. — Ты сама не своя. Чуть-чуть потерпи. Ему нелегко пришлось. Все наладится.

Мне кажется, что она и сама в это не верит.

— Я понимаю, — равнодушно говорю я и киваю головой.

— Завтра последний день осени. Ты не передумала выходить замуж за Льерена? Сама понимаешь, как это важно.

В голосе Лилии тревога.

— Я не передумала, — твердо говорю я, чтобы успокоить ее. — Я выйду замуж за вашего сына, чтобы снять с него проклятие.

Лилия открывает рот, явно желая спросить о чем-то еще, но передумывает. Ласкающе касается моей щеки пальцами, на секунду обнимает меня и уезжает.

Да, осень на исходе. Завтра в Агнурис должен прибыть жрец, чтобы провести ритуал между мной и Льереном. И я знаю, что будет потом. Это решение зрело в моей душе все последние дни, пока окончательно не упало мне в руки горьким плодом.

Глава 61

Свадьба

Жрец приходит в наш дом ближе к полудню. Я вижу из окна кухни, как от калитки идет одетый в меховой плащ мужчина с посохом в руке, все понимаю и бледнею от волнения.

— Иди одеваться! — говорит мне Арвета, и я ухожу в свою комнату.

На вешалке висит роскошное платье — белого цвета. Портниха сказала мне, что в Гросте нет правил относительно цвета свадебного платья, но мне захотелось белого. Я смотрю на пышную атласную юбку, украшенную золотой вышивкой, на кружевной лиф, на рукава с разрезом, оканчивающиеся тоже кружевами, и понимаю, что не хочу его надевать. Зачем? Зачем все это? Это должен был быть наш праздник с Льереном. А теперь все это потеряло смысл. Мне жаль до слез денег, которые потратила на мой наряд Лилия, мне жаль и Арвету, которая с раннего утра носится по кухне, чтобы приготовить праздничный обед. Я открываю шкатулку с ожерельем, которое мне подарила свекровь. Глажу напоследок бусины жемчуга и авантюрина и захлопываю крышку. Стираю рукой слезинки с щек. Что ж. Ничего тут не исправишь. Как получилось, так получилось. Надо просто сделать то, что запланировано, закрыть эту страницу книги и идти дальше. В любом случае, сдаваться я не собираюсь.

Меня ждут в гостиной. Там стоит нарядно одетая взволнованная Лилия, граф со своим неизменно раздраженным выражением лица, Вестер, второй помощник мага — блин, ну почему у меня такая дырявая на имена голова? — Арвета под руку с господином Кримиром. И жрец. Он одет в длинный балахон черного цвета с золотыми узорами на груди. Узоры похожи на руны, но сильно измененные. Седые волосы заплетены в косу, которая спускается ниже пояса.

Я смотрю на кого угодно, кроме жениха. Льерен сидит в кресле: он еще слаб, чтобы долго стоять, — но при виде меня встает. Одет он в нарядный камзол. Черные волосы зачесаны назад. Голубые глаза обращаются ко мне со спокойным вниманием, в котором, однако, я не вижу ни теплоты, ни радости. Мой подбородок начинает дрожать, но я сглатываю и заставляю себя гордо поднять голову.

— Деточка, ты почему не переоделась? — басом шепчет Арвета.

— Ничего, — останавливает ее Лилия. В ее глазах мелькает понимание, но она ничего мне не говорит. Вот и хорошо!

Льерен протягивает мне руку, и я вкладываю в нее свою ледяную. Пусть все побыстрей закончится, тороплю я про себя жреца.

Он смотрит на меня умными карими с прозеленью глазами. Берет тонкую короткую веревку и перевязывает наши с Льереном руки.

— Готовы ли вы? — спрашивает он.

— Да, — глухо отвечает Льерен. Я только молча киваю.

— Льерен Нэрвис виконт Мирчеллий, согласен ли ты взять в жены Астру Олеговну Николаеву, пришедшую в Холлин из другого мира?

В устах жреца мое полное имя звучит забавно, но мне сейчас не до смеха.

— Да, — таким же глухим голосом говорит Льерен.

Тогда жрец обращается ко мне с похожим вопросом. Я тоже отвечаю согласием. Мужчина касается