Танцующая с волками - Сёстры Нолан

Она замерла, раздумывая, как незаметно дотянуться до пистолета, когда сбоку снова зашумели кусты, и из-за них вышел ещё один оборотень. Встряхнувшись, он выронил что-то из окровавленной пасти, и Оливия с ужасом уставилась на часть руки. От запоздалой мысли, кому она могла принадлежать, по позвоночнику скользнул холодок.

— Фу, Джерри, где твои манеры, — поморщился незнакомец и тут же улыбнулся, манерно указав в сторону Оливии. — Тут же дама.

— Что вам нужно? — Её голос дрогнул, но мысль о том, что она успеет выхватить оружие из-под полы куртки, вселила уверенность.

— Сущий пустяк. — Оборотень расплылся в хищном оскале и галантно протянул руку. — Сопроводить тебя в одно место. Кстати, я — Лако.

— Можно узнать куда? — в тон ему ответила Оливия, стараясь боковым зрением приметить расположение всех ликантов.

Четверо были в зоне видимости, но нельзя было исключать и то, что в глубине леса могли скрываться другие. Мышцы свело от напряжения. Опасно для ситуации, в которой следовало действовать быстро. Преимущества ликантов — скорость и сила, а в её арсенале лишь эффект неожиданности.

— Нет, это сюрприз, — загадочно повёл плечом Лако, но Оливия уловила нервозность в его жесте. Заметил, что она вооружена?

— Не люблю сюрпризы, — отрезала она.

— Странно, ты же жена Альфы, разве он не дарит тебе милые подарки или свидания в романтических местах?

Лако манерно откинул волосы назад. Скорее всего, он проводил много времени рядом с зеркалом, любуясь своей внешностью, но чесать языком ему явно нравилось больше.

— Я вот, например, люблю сюрпризы, — заметил он, мечтательно улыбнувшись. — Помню, как одна волчица подготовила для меня незабываемый вечер. Свечи, запечённый окорок, красивое бельё — а, нет, белья на ней тогда не было. Или это не в тот раз… Так о чём это я?

— О том, как быстро ты и твои дружки свалите отсюда, — прошипела Оливия, выхватив пистолет и направив его на оборотня.

Его товарищи угрожающе зарычали, но она быстро отступила назад, переводя оружие с одного волка на другого. За пелену напряжения прорвался шум разбивающейся о камни воды, и Оливия поняла, что находится слишком близко к обрыву.

— Воу-воу, малышка, видимо, мы друг друга не поняли. — Лако выставил руки вперёд и заискивающе улыбнулся.

— Мне начать считать?

— Мы не хотим проблем. Зачем всё усугублять? Просто убери свою игрушку.

— Один…

— До скольки ведём счёт?

— Два…

— Детка, мы правда не желаем тебе зла, — оборотень продолжал доброжелательно улыбаться.

Казалось, его совершенно не беспокоило направленное в грудь дуло, но до Оливии слишком поздно дошло, что это был отвлекающий маневр.

Серая тень сбоку взметнулась в прыжке, охотница тут же выстрелила в движущуюся мишень, но слишком поздно. Раненый ликант потерял координацию и рухнул на Оливию, подминая её под себя. В последний момент она успела ухватиться за неровный выступ.

— Не шевелись, — едва слышно пробормотала Оливия, чувствуя, как ноги балансируют в воздухе. Подтянуться не удалось. Единственное, что удерживало её от падения в бурлящую реку — лапа оборотня, который, как и она, цеплялся за край обрыва.

— Густав!

Лако опустился на колени, пытаясь помочь товарищу, однако сил в человеческом обличье катастрофически не хватало. Раненый волк сделал несколько попыток выбраться, но серебро уже начало отравлять организм, и он сдался.

— Нет-нет-нет! — в панике завопила Оливия, но Густав завалился вниз, утягивая её за собой.

В первое мгновение тело пронзила острая боль. Грудь сжало невидимым обручем, словно от удара о воду из неё выбило весь воздух. Волна утянула Оливию за собой, кидая из стороны в сторону, словно беспомощную щепку. Она не понимала, идёт ли на дно или пытается выплыть. Мокрая одежда сковывала движения, а тяжёлый рюкзак мешал перевернуться на живот и сделать хоть пару гребков в направлении берега.

Бурный поток нёс по течению, полностью взяв под контроль. Одурманенный разум, едва улавливал происходящее. Она пыталась цепляться за проносящиеся мимо камни и ветви деревьев, но борьба со стихией отнимала все силы. Внезапно от жёсткого толчка обожгло ногу от ступни до колена. Перед глазами вспыхнули яркие пятна. Оливия закричала, но в горло тут же попала вода.

Её несло всё дальше, кидая на поворотах и опуская на дно. Каждый новый рывок на поверхность давался с трудом, ледяная вода сводила мышцы, но она не могла просто так сдаться. Лёгкие жгло от недостатка воздуха, но едва её выбрасывало на поверхность, новая волна накрывала с головой, погружала в пучину, не давая и шанса вздохнуть.

Сил уже не оставалось. Сквозь ускользающее сознание отчётливо проступил образ Маркуса, окружённый ярким сиянием. Он тянул к ней руки, как тогда в детстве, когда Оливия свалилась за борт лодки и едва не захлебнулась, если бы майор не вытащил её.

— Маркус, — пролепетала она одними губами, чувствуя, как вода заполняет лёгкие, и закрыла глаза.

* * *

— Мы её упустили. — Лако склонил голову, боясь встретиться с гневным взглядом.

— Повтори, я не расслышал. — Голос вожака прозвучал спокойно и ласково, но Лако знал, что за этим ледяным добродушием прячется кипучая ярость.

— Она… — Он замялся, но Альфа ждал ответ, дробно отстукивая ритм своего терпения пальцами по столу. — Она упала в реку вместе с Густавом и погибла.

— Мохнатые недотепы! — отброшенный стул с грохотом прокатился по полу, но даже он не смог заглушить вибрирующий злобой голос. — У вас была всего одна задача — привести мне жену вожака!

— Прости, Альфа, мы не думали, что девчонка начнёт палить серебром.

— Я сейчас сам нашпигую серебром ваши тупые туши и мехом внутрь выверну, — прошипел Альфа, вжимая оборотня в стену.

Тот пытался разжать хватку и вымолвить хоть слово в оправдание, но горло сковало спазмом, от недостатка кислорода комната подернулась рябью, отпечатывая в сознании лишь сияющие золотистой ненавистью глаза вожака.

— Пошел вон, — гаркнул он, отпуская Лако.

Тот повалился на пол и, подскочив на четвереньки, спотыкаясь и путая конечности, прошмыгнул к выходу. Альфа поправил рукава задравшегося свитера и выдохнул.

Ярость медленно отпускала, зверь засыпал, но мысль о провале намеченного плана не давала полностью расслабиться. Обернувшись, он задумчиво посмотрел в угол комнаты. Его собеседник, разговор с которым был так бесцеремонно прерван, за всё это время не проронил ни слова, но по тяжёлому дыханию было ясно, он тоже недоволен сложившейся ситуацией. Видимо, зря Альфа не послушал совета и доверил столь важное задание другим.

Заложив руки за спину, он подошёл к окну и долго вглядывался в ночную мглу. Напряжённая тишина давила на виски, нервировала своей недосказанностью до тошноты, но медлить было нельзя. Подхватив с вешалки пыльник, Альфа бросил ещё