В погоне за миражом - Дэвис Линда

— Привет, Джойс, это Хелен. Я вернулась. Собираюсь съездить в Уилтшир. Придешь домой — позвони.

Предупредив по телефону Дая, она принялась бросать в сумку вещи. Раздавшийся в тишине звонок интеркома удивил Хелен. Она выпустила из рук футболку, прошла в спальню и, не приближаясь к окну, вытянула голову. У входной двери стоял высокий, плотного сложения мужчина в сером костюме. Его зачесанные назад редкие, довольно светлые волосы будили в Хелен смутные воспоминания.

— Не могу же я вечно прятаться, — прошептала она, возвращаясь к панели интеркома. — Да?

— Это мисс Дженкс?

— Вы ожидали кого-то другого?

— Если это мисс Дженкс, то вы говорите с Майклом Фрейном. Я руковожу службой безопасности в банке Голдстайна.

Она нажала на кнопку замка, раскрыла дверь в квартиру. У поднявшегося по ступеням Фрейна был вид гонца, который несет дурную весть. Хелен улыбнулась.

— Покажите мне вашу карточку, мистер Фрейн.

Удивленный, он сунул руку в карман.

— Медленнее, пожалуйста, — делая шаг вперед, предупредила Хелен.

Размеренным, плавным движением Фрейн протянул пластиковую карточку. Бросив на нее взгляд, Хелен кивнула.

— Проходите в гостиную. Садитесь. — Она указала на стул с высокой прямой спинкой. — Кофе? Чай? Вода?

— Если не трудно, воды, пожалуйста.

Из кухни Хелен принесла два стакана холодной, с газом, воды, передала один Фрейну, уселась.

— Что у вас с лицом?

— Ударилась о дверь.

— Ясно. — Он едва слышно вздохнул. — Боюсь, мне придется задать вам несколько вопросов, мисс Дженкс. Ваше исчезновение всех очень обеспокоило.

— У меня возникли проблемы личного характера. Я выезжала за рубеж. Безусловно, мне следовало кого-то в банке поставить в известность. Очень жаль, что так получилось.

— Одних сожалений мало, мисс Дженкс. В чем причина вашего долгого отсутствия?

— Для вас это не имеет значения.

— И все же я хотел бы узнать. Уж больно интересный это момент. Даже «Уорлд» так считает.

Хелен расхохоталась.

— Я сказал что-нибудь смешное?

Она вспомнила кипевшую от пуль воду реки.

— Люди всегда упускают главное.

— А что же здесь главное?

— Почему бы вам не спросить в редакции «Уорлд»?

— Вы позволите мне сделать один звонок?

— Пожалуйста.

Фрейн достал из кармана мобильный телефон.

— Эвангелин? Соедините меня с Джеймсом, срочно. Джеймс? Я сижу в квартире Хелен Дженкс. Ты просил позвонить, как только я найду ее. Может, хочешь сам с ней поговорить? — Он повернулся к Хелен. — Вы не возражаете?

Хелен покачала головой.

Саваж прибыл минут через сорок. Рядом с хмурым и элегантным исполнительным директором босоногая Хелен в стареньких джинсах и выцветшей футболке напоминала гордую и воинственную амазонку. Проходя через гостиную, Саваж взглядом знатока окинул лежавшие на полу персидские ковры.

— Они великолепны. Жалко наступать.

— На тебя это не похоже, — сказала Хелен, с улыбкой пожимая его руку.

На какую-то долю секунды лицо Саважа застыло, но губы мгновенно растянулись в улыбке.

— Не слишком ли много ты себе позволяешь? — заметил он.

— В своем-то доме?

— Гм… — Саваж повернулся к Фрейну. — Спасибо, Майкл.

Тот поднялся.

— В таком случае до встречи в офисе.

Хелен проводила его до двери и, вернувшись в гостиную, опустилась в кресло.

— Что у тебя с лицом?

— Кот поцарапал.

— Мы выяснили, что оценка опционов была чистой воды фальсификацией.

Ожидать такого было трудно. Лицо Хелен просветлело.

— Объясни мне, Хел, что происходит?

— Разденься.

— Что?

— Ты слышал. Пиджак, жилетку, рубашку, брюки…

— Хелен, сейчас не время и не место. Ты знаешь, я всегда рад…

Она не дала ему закончить.

— Господи, Джеймс! Ты подумал о сексе? Хочешь, чтобы я говорила, хочешь узнать, что происходит?

— Ну да.

— Раздевайся. У тебя может быть какой-нибудь «жучок».

— Уверяю тебя, никаких микрофонов или диктофонов!

— Не смеши.

Поднявшись с кушетки, Саваж сбросил пиджак и начал расшнуровывать черные туфли.

— Если ты так настаиваешь…

— Настаиваю.

Она подняла с пола туфли. Отличная кожа, «Лобб, Сент-Джеймс-стрит».

— Ручной работы?

Держа в руке темно-синий носок, Саваж смерил Хелен убийственным взглядом, снял второй носок. Следующим на пол упал галстук. Золотые запонки — на столик, рубашку — на спинку кушетки.

Хелен молча наблюдала за процессом. Исполнительный директор расстегнул брюки, снял их и аккуратно положил на пиджак, оставшись в сине-белых боксерских трусах.

— Ты удовлетворена?

— М-м… Я думала, что нижнее белье у тебя должно быть из шелка. Трусы тоже можешь снять.

— Не делай из меня посмешище.

— Кто знает, что ты под ними скрываешь?

— Неужели этот спектакль доставляет тебе удовольствие?

— Еще какое! Снимай!

Саваж подчинился и сделал неожиданно изящный для его фигуры пируэт.

— Не так уж это и трудно, а, Джеймс?

— Опасную ты затеяла игру, Дженкс.

— Для нее-то ты и нанял меня.

— Согласен. А теперь, из духа товарищества, тебе, видимо, нужно сделать то же. Ведь я не знаю твоих секретов.

— Отличный выпад, Джеймс. Будем считать, что ты чист. Одевайся.

Когда он завязывал шнурки, Хелен сунула ноги в кроссовки.

— Куда ты хочешь меня пригласить?

— На прогулку.

Они дошли до Кенсингтон-гарденс[25]и уселись на скамью.

— Что же вы выяснили? — спросила Хелен.

— Виртуозные манипуляции ценами на опционы. По нашим Подсчетам, убытки составили около пятидесяти миллионов. Тридцать процентов суммы — упущенная прибыль, двадцать — прямые потери. В принципе, для Голдстайна это не так много. Но замаскировано все было профессионально. На каждой учетной карточке стоит твоя подпись.

— Других фактов у тебя нет?