Круговорот чужих страстей - Екатерина Риз

— Алёна, завтрак был очень вкусный, — поблагодарила её Регина.

Алёна, не ожидавшая этого, вскинула на неё растерянный взгляд, после чего сообразила, что ей следует улыбнуться.

— Спасибо, мы с Альбиной Петровной старались. Но вы почти ничего не съели.

— Я очень мало ем. Наверное, это особенность моего организма. Хотя, Паша считает это недостатком.

— Не считаю, — тут же ответил тот, — просто меня это удивляет. Вот сколько лет тебя знаю, столько лет и удивляюсь. Тебя можно прокормить пшеничным зёрнышком.

— Как Дюймовочку! — воскликнул Ваня и разулыбался. Алёна тоже улыбнулась.

А Костров кивнул.

— Вот-вот. Регина у нас и есть Дюймовочка. По всем параметрам.

— У меня есть сказка про Дюймовочку, в книжке, которую Алёна привезла. Там картинок много.

Регина мальчику улыбнулась.

— Правда? Ты мне покажешь? — Ваня с готовностью закивал. А Регина допила чай и аккуратно отодвинула от себя чашку. — Сейчас возьмём с тобой книжку и пойдём на улицу, там почитаем.

— Покормим рыб?

— Конечно. Возьмём с собой хлеба.

Ребёнок радовался, торопливо допил какао и отпросился из-за стола. Регина поднялась следом за ним, Алёна их взглядом проводила.

— Регина его любит.

— Любит, — кивнул Павел. — Она всегда сына хотела, а две девчонки родились. Вот она на Ваньку и перенесла всё неистраченное.

— Паша, что сказал адвокат?

Он сидел, по привычке вытянув ногу, допивал кофе, а смотрел в сторону. Затем кивнул, наверное, осознав, что слишком долго молчит.

— Я расскажу. Пойдём, погуляем? — Улыбнулся Алёне. — Воспользуемся тем, что ребёнком занимается бабушка. — Из-за стола поднялся. — Пойдём.

— Нужно убрать со стола…

— Альбина Петровна уберёт, пойдём.

Алёне всё это не нравилось. Его тон, желание прогуляться, всё это настораживало. Но спорить не стала. Взяла Павла за руку, когда он её к ней протянул. Ванька бегом спустился по лестнице, прижимая к себе любимую книжку, выбежал на крыльцо, где его Регина ждала, а Павел Алёну повёл другим коридором. Они вышли через строящийся бассейн, и сразу оказались за домом. Не смотря на достаточно раннее утро, солнце уже припекало. Алёна на какие-то доли секунды замешкалась, зажмурилась, сделала вдох, принимая этот солнечный, жаркий день, а потом спустилась со ступеньки на траву.

— Я только говорила Альбине Петровне, насколько стало спокойно. Без всех.

Она держала Павла за руку, прижалась к его боку, когда он этого захотел. Они пошли по тропинке, Костров обнимал её за плечи, и это пугало столь же сильно, как и заставляло сердце сжиматься от счастья.

Павел после её слов усмехнулся.

— Да, разгоним всех, и будем жить здесь одни. Как на другой планете.

Алёна вздохнула.

— А я бы согласилась.

— Правда?

Она голову закинула, чтобы в лицо ему посмотреть. Храбро улыбнулась.

— Да. Здесь есть всё, чтобы жить в своё удовольствие.

Он рассмеялся.

— Это ты сейчас так говоришь. А через месяц тебе бы захотелось по магазинам, захотелось в ресторан, новые туфли.

— Не без этого, конечно. Я же не говорю, что мы здесь запрёмся ото всех… — Она окинула взглядом окрестности. Поляну, на которой любила собирать землянику, сосновый бор неподалёку, дом… — Но это самое лучшее место на земле.

Павел шёл и улыбался. Потом свернул с тропинки на поляну. Они прошли немного по мягкой траве, потом сели. Алёна прислонилась спиной к груди Кострова, он обнял её одной рукой, потом на шею подул. Ей стало щекотно, она плечами повела. С трудом сглотнула. Даже рада была, что Павел сейчас не смотрит ей в лицо, а уж тем более в глаза. Знала, что ничего хорошего от него не услышит. И эта прогулка рука об руку… его улыбки и лёгкий тон…

В какой-то момент не выдержала и попросила:

— Скажи уже.

— Я уеду сегодня с Региной.

Алёна глаза закрыла.

— Ты же сказал, что мы будем пережидать здесь.

— Не всё зависит от меня. Я тянул, как мог. Но меня вызывают на допрос. От этого я не могу отказаться. — Он провёл ладонями по её плечам, раздумывал, следует ли пугать её подробностями. — Всё немного осложнилось, солнышко. Ирка… в общем, очень не вовремя она влезла. А может, как раз вовремя. В этом и следует разобраться. Отсюда я этого сделать не смогу.

Алёна сорвала травинку, накрутила её на палец.

— Паша, дай ей денег. Ей ведь нужны деньги, так дай их!..

— И что? Думаешь, после этого она исчезнет раз и навсегда? Ты не знаешь её аппетиты! Да и с какой стати? — Он невольно возвысил голос. — Я ей ничего не должен. И оплачивать её вольготную жизнь не собираюсь.

— Значит, она подаёт в суд?

— Говорит, что да. Никаких шагов к этому пока, правда, не делает. — Павел опёрся на руку, посмотрел на лес. — Она ждёт меня. И я должен поехать.

— А я? — тихо спросила Алёна.

Павел разглядывал её.

— А ты будешь с Ваней. У тебя есть загранпаспорт?

Алёна в расстройстве закусила губу, потом кивнула.

— Есть. Правда, я не уверена, что он не просрочен. Я давно никуда не ездила.

— Я всё решу, — пообещал он. — Через несколько дней за вами приедут, отвезут в аэропорт. Улетите в Испанию через Нижний.

Алёна повернулась к нему, впилась глазами в его лицо. Головой решительно качнула.

— Нет, мы останемся.

Он за подбородок её взял, крепко.

— Вы улетите. Ты увезёшь его, поняла?

Слёзы потекли, Алёна поторопилась их вытереть. А когда Павел прижал её голову к своему плечу, всхлипнула.

— Да что же это такое, — пожаловалась она.

Павел погладил её по спине и зашептал на ухо:

— Всё будет хорошо. Вы побудете в Испании, у меня там дом. Ванька любит море, он рад будет. А ты по магазинам походишь. А потом я прилечу.

— Когда?

Он помедлил с ответом.

— Как только смогу.

Эти слова ничего не значили, но других у него не было. Алёна это прекрасно понимала. Снова слёзы вытерла, на этот раз насухо. Сделала вдох, потом ещё один, стараясь успокоиться. И совсем другим тоном поинтересовалась:

— У них что-то есть на тебя? — Павел сделал попытку отвернуться, но Алёна не дала ему этого сделать. Встала на колени, чтобы быть с ним на одном уровне и смотреть прямо в глаза. — Есть?

Он нехотя проговорил:

— Возможно.

— С её подачи?