Бремя прошлого - Элизабет Адлер

– Потом все осмотришь – воскликнула Лилли, устремившись вверх по лестнице, – а сейчас скорее к Лайэму.

Мальчик услышал их шаги. Он бросился к матери, и Лилли смеясь, подхватила его на руки, осыпая поцелуями его лицо, волосы, руки – все, где только было место для поцелуя.

Мальчику было почти два года, он был высоким для своего возраста, у него было стройное, тонкое тело, темные волосы и холодные серые глаза. Однако лицо у него было бледное, и он кашлял.

Лилли с тревогой посмотрела на сына.

– Он давно кашляет? – спросила она няню.

– Только со вчерашнего дня, миссис О'Киффи. Разумеется, ничего серьезного. Просто першит в горле. Он ведет себя очень хорошо, спокойно играет в кубики и в другие игрушки.

Лилли приложила ладонь ко лбу мальчика. Он показался ей холодным, может быть, даже слишком холодным.

– О, Сил, – проговорила она, – я так беспокоюсь. Он часто простужается, доктор говорит, что у него слабая грудь…

– Он уже большой мальчик, Лилли – отозвалась та, – и выглядит достаточно здоровым.

Ребенок выглянул из-за материнской юбки, и Сил рассмеялась.

– Я твоя тетя Сил, – сказала она ему, опускаясь на ковер рядом с ним. – Я пришла поиграть о тобой во всякие игры, развлечь тебя.

Она улыбнулась ему, и Лайэм ответил ей улыбкой. У него было худое, доброе и радостное лицо, и Сил нашла его прелестным, но заметила, что он ни капельки не похож на Лилли. Малыш сел рядом с нею на пол, взялся за кубики и сказал:

– Давай поиграем.

– Нет, – твердо возразила Лилли. – Ты должен лечь в постель. Я пошла звонить доктору.

Няня забрала мальчика, а немного погодя в дверь позвонил доктор. Он сказал, что беспокоиться не о чем, у мальчика нет жара и горло чистое.

– Но няня говорит, что он был таким притихшим, – возразила Лилли.

– Возьму на себя смелость сказать, что ему просто хочется играть тихо. Некоторым детям это, знаете ли, нравится, – устало повторил доктор. Он слишком привык к внезапным звонкам приглашавшей его Лилли, порой раздававшимся среди ночи и почти всегда без всяких оснований.

– Ты слишком беспокойная, Лилли, – заметила Сил. – Он выглядит симпатичным, здоровым ребенком.

– О, что ты можешь об этом знать?! – вскричала Лилли. – Я одна за ним смотрю. Я должна быть очень внимательной. Он для меня все, что есть у меня в жизни.

Сил удивленно посмотрела на сестру.

– Но у тебя есть муж, Лилли, – озадаченно заметила она. – И твой прекрасный дом, и твоя жизнь с Дэном.

– Мне просто кажется, что Лайэм это все, что мне осталось… от Джона, – проговорила она. – Я так его люблю, Сил, что не вынесу, если с ним что-нибудь случится.

Дэн обещал быть в тот вечер дома, и Лилли ходила взад и вперед по комнате, как нервная кошка, раздумывая над тем, что Сил может думать об ее муже, похожем на неограненный алмаз. Сил наверху переодевалась к обеду, когда он пришел, с котелком на затылке, как обычно, и в шарфе в горошек, обмотанном вокруг шеи.

Дэн искренне любил своего маленького пасынка и уже направлялся в детскую поздороваться с ним, когда на лестнице столкнулся с Сил. Они, улыбаясь, смотрели друг на друга.

– Может ли это видение в действительности быть маленькой Сил Молино? – спросил, он, взяв ее руки в свои громадные лапы.

– Может ли этот светский красавец в действительности быть Дэниелом О'Киффи, сыном Пэдрейга? – ответила она вопросом, а он тем временем заключил ее в свои могучие объятия.

– Думали ли мы, что когда-нибудь вот так обнимем друг друга и расцелуемся? Как шурин с невесткой? – широко улыбаясь, спросил Дэн.

– Я рада, что все именно так и есть, – отвечала она. – Никогда и не ожидала иметь другого шурина за исключением разве что Финна, – добавила она с намеком на свое прежнее интриганство.

– Вот-вот! Разве я и сам не спрашивал себя в день нашей свадьбы, почему ваша красавица сестра выходит замуж за меня, а не за моего брата? Ведь когда мы были детьми, они были закадычными друзьями? Но я очень рад, что ее избранником оказался я, и с гордостью могу вам сказать, невестка, что Лилли сделала меня очень счастливым человеком. И я надеюсь, что не пройдет слишком много времени, как я наполню эту детскую комнату еще несколькими малышами.

Дэн заговорщически подмигнул Лилли.

– А пока хочу украдкой взглянуть на этого, а потом, как велела Лилли, переодеться во что-нибудь более «респектабельное» к обеду в обществе ее сестры.

Сил, смеясь, смотрела, как он с преувеличенной осторожностью на цыпочках направился по коридору к детской, и подумала, какой он приятный человек и как красив собою, и решила, что ее сестра счастлива быть его женой.

Обед прошел очень хорошо. Лилось вино, и, несмотря на испепеляющие взгляды Лилли, Дэн рассказывал свою историю о том, как он начинал. Потом говорил Сил о Вашингтоне, о Белом доме и пообещал в ближайшее время свозить ее туда. Затем разговор перешел к Арднаварнхе, и лицо его погрустнело.

– Разве я не говорил вам, как мне хотелось туда уехать? – обратился он к Лилли. – Когда мы в первый раз приехали в Бостон и жили с Финном в лачуге без окон, я постоянно видел во сне Арднаварнху. Но даже когда мне все это снилось, я понимал, что все это в прошлом, а ужасное настоящее было в бостонских трущобах, и не было ни снов о каком-то будущем, ни надежд на него.

– И вот, оказывается, это говорит лишь о том, как можно ошибаться в своих суждениях! – победоносно добавил Дэн. – И если мы считаем Ирландию страной благословения Божьего, то Америку уж точно избранная Богом страна, потому что я вовсе не единственный ирландский бедняк, добившийся здесь успеха Как я говорю своим избирателям, это страна возможностей, и все, что вам нужно делать, это перестать лениво просиживать задницу и ухватиться за эти возможности.

– Дэн, – ледяным голосом одернула его Лилли.

– Простите меня за слишком земные разговоры, Лилли, – спокойно отозвался он, – но я называю вещи своими именами, и задница всегда остается тем, чем была всегда, – именно задницей.

Сил рассмеялась, увидев скандализованное лицо сестры.

– Мне кажется, Лилли, что я помню твои куда более крепкие словечки, – напомнила она сестре, и та тоже засмеялась, подумав о том, как выглядел бы ее приезд в Арднаварнху с Дэниелом О'Киффи в качестве мужа.

– Вот это я понимаю. Счастливое семейное сборище, – проговорил Финн от двери, и все головы повернулись на звук его голоса.

– Финн О'Киффи!

Сил вскочила на ноги, бросилась к нему и схватила его за руки.

– Да вы ли это? – вопрошала она, оглядывая его с головы до ног.

Перед ней стоял худощавый, темноволосый, безупречный красавец.