Четверо за спиной - Анна Михайлова

- А ежели силой захотят? – не унимается рыжая мелочь.

- А я научу так, чтобы никто силой не смог. Ни один, ни толпой, - вкрадчиво, но веско говорю я, демонстрируя что пора оставить разговоры, - это понятно?

- Да, командир!

- Не передумали?

- Нет, командир.

- Отлично. Сейчас разворачиваетесь и строем идете в комнату, которая отныне будет вашей спальней. Там у каждой на кровати лежит стопка одежды. Помимо платья, найдете одежду для боевых тренировок – штаны и рубаха. Надеваете и строем назад. Десять минут – шагом марш.

Пока в спальне ведется веселая возня, подхожу к Дивляне и присаживаюсь рядом.

- Нешто думаешь – толк будет? – спрашивает княгиня.

- Думаю – будет. Но попотеть придется.

- Как же ж ты, беременная, их обучать будешь?

- Пока живот на нос не полезет – буду. Да и потом – научу основному, а дальше только оттачивать.

- А знаешь – что? Возьми-ка на занятия Смиренку! – вдруг ошарашила меня княгиня.

- Хочешь, чтобы она Джанибека поколотить могла? - улыбаюсь я.

- Думаешь, все же ее Велеслав отдаст? Я спрашивала – мне не говорит.

- Я думаю, что сам Джанибек ее выберет. До взросления невесты еще долго, можно всласть набедокурить.

- А то потом его кто-то остановит, - вздохнула княгиня.

- Умная жена всегда интереснее обычной постельной грелки. Так что толк от занятий может быть, - размышляю я.

- На том и порешили, - Дивляна кивает одной из двух своих сопровождающих, - позови княжну Смирену сюда. С одёжей, - я скептически приподнимаю бровь. Ай, княгиня, все предусмотрела. Стратег, а не женщина.

Мои воспитанницы притихшей вереницей возвращаются в зал. У каждой второй пунцовые щеки, потому как я приказала сшить что-то вроде борцовского кимоно – штаны на поясной веревке, по щиколотку и кофта на запахе, под которой нательные майки. Видимо не особо они помогают – каждая первая или нервно затягивает горловину повыше, или пытается низ кимоно ниже попы одернуть.

- Смирно!

От моего выкрика девочки затихают и вытягивают руки по швам. Для первого раза неплохо. Когда в зал влетает запыхавшаяся княжна, киваю ей:

- Переодевайся и в зал. Остальные – легкий бег по залу. Вперед.

Чтобы нам не мешать, княгиня с челядинками удаляется, бросив строгий взгляд на дочь. Видимо отдавая молчаливые указания глазами.

Следующий час девочки стараются, но видно, что физподготовка – это основное, на что придется делать упор на первое время. Разучиваем первые движения руками и ногами.

После боевки задерживаюсь, чтобы понаблюдать за тем, как девочки будут вести себя на уроках. Но то ли речь моя в их мозгах осела, то ли действительно решили за шанс изменить жизнь зубами ухватится. Потому как ученицы стараются и ведут себя тихо. Посмотрим, насколько хватит их энтузиазма.

Когда выхожу из амбара моих затворниц, а они первое время будут сидеть там безвылазно, то сразу же попадаю в руки воеводы.

- Как ты, душа моя? Как прошло? – внимательно, с легкой тревогой смотрит мне в глаза.

- Все хорошо. Но кажется – у нас будущий бабник растет, - невольно кладу ладонь на живот, - весь испинался. Видимо никак выбрать не мог в такой толпе девчонок.

В ответ воевода смеется, позволив лучикам морщинок собраться в уголках глаз.

- Если хоть немного на меня похож будет – то самую лучшую выберет, - многозначительно улыбается он.

- Ага. Но сначала переберет всех, до кого дотянуться сможет, - ворчу я, - а ты как? Уже мужикам похвастался? – киваю на его перевязь. Ну да, не удержалась. И если князю преподнесла туристические часы, то собственному мужу ничего кроме оружия не интересно. А потому – меч-одноручник, из лучшего сплава, с неимоверной заточкой и роскошным навершием. Этот подарок на свадьбу слегка успокоил разозленного мужа: когда под вечер пятого дня нашей «медовой недели» в дом начали завозить подарки, среди которых отдельный слуга привез сундуки от Джанибека. Этот паршивец, естественно не удержался, чтобы не щелкнуть более счастливого соперника по носу – каждый сундук был украшен золотым павлином, аналогом моих серег. И хотя в поведении каганчи было больше иронии, воевода взбесился неимоверно. Едва не отослал обратно, вызвав политический скандал.

Тут как нельзя кстати оказался мой подарок. Словно мальчишка с горящими глазами Беригор с оружием наперевес носился по дому, пробуя на чем бы еще проверить чудо-меч. Эх, жаль я не видала как он старшей дружине хвастался. Там наверняка была песочница. Только мальчики сплошь бородатые и в шрамах.

- А как не похвастаться? Ни у кого такого чудо-меча нет, чтоб рубил все, что не попадя.

- В спарринг со мной не хочешь? – улыбаюсь я, ибо у меня на поясе меч из аналогичного материала.

- Никогда более на тебя меч не подыму, - хмурится Беригор, вспоминая прошлое.

- Жалеешь, что я тебя поцеловала тогда?

- Жалею, что руку твою не принял. И не замирился. Все бы у нас с тобой раньше началось. Эвон сколько времени зря потерял.

- А все одно добился своего. Чтобы я к тебе сквозь миры и время вернулась, - глажу мужа по плечу, а он перехватывает ладонь и целует мои пальцы. Ничуть не смущаясь проявлять чувства прилюдно. Мне у него еще учиться и учиться.

- Порой не верю, что правда это. А не сон дивный. Ты не устала, душа моя? Не голодна?

- Нет, все хорошо. Я сейчас к волчатам.

- Хорошо. Я поблизости буду, дружину погоняю.

Глава 45.

Через два с половиной года

- Ну так что, боярин, считаешь, что так уж велика плата за труд моих девочек? – я прищурилась и с усмешкой посмотрела на дородного бородатого мужчину в дорогом кафтане. Боярин Тепляков был одним из главных критиков того, что мои воспитанницы могут представлять хоть какую-то силу. Тем более эффективную. «Это ж девки сопливые», - басил он на всю княжью трапезную.

В ней князь собрал самых знатных людей города для моей пиар-акции нового девичьего отряда. Плюсов от девочек телохранителей было гораздо больше – но это же невместно! Где видано, чтоб баба мечом махала? Делаю скептическое лицо и аргумент затухает. Я ж машу, и довольно успешно. В качестве аргумента эффективности киваю на волчат - – эвон какие вымахали. Равных нет.