В сердце моем - Мелоди Томас

Кристофер насмешливо улыбнулся:

– Чтобы совершить небольшую прогулку. Так по крайней мере ты хотя бы находишься у меня под присмотром.

– Тогда, мне кажется, тебе лучше пойти туда прямо сейчас, пока ювелир не сбежал.

– А куда ему бежать? Здесь все его имущество.

– Может быть, ему известно, что мы выследили его.

– Ну, это вряд ли...

– И все же мне хочется действовать, а не сидеть тут без дела.

Как раз в эту минуту им принесли завтрак. С улицы доносился грохот экипажей и запряженных лошадьми телег. Прохожих стало гораздо больше, начинался новый день, и люди спешили на работу, однако Кристофер продолжал потягивать свой кофе маленькими глотками.

– В лавке, может, имеется задняя дверь. – Александра встревожено взглянула на Кристофера и вытерла губы. – А вдруг он все-таки сбежит? – В глазах ее загорелся воинственный огонь. – И еще – что мы будем делать, если он откажется говорить?

– Думаю, нам придется его прикончить, – спокойно заявил Кристофер, переведя взгляд на Александру. – Мы сделаем это медленно, торопиться не станем, на случай если он передумает и все-таки решит заговорить.

Александра, не выдержав, рассмеялась, и Кристофер улыбнулся в ответ:

– Ты такая нетерпеливая, Алекс. Успокойся. Я хочу немного понаблюдать за этой лавкой.

– Ох! – Она вскинула голову и глубоко вздохнула. – Это именно то, чего мне так не хватало в последние годы. Перемен. Приключений.

Кристофер знал, что именно это привлекает в нем Александру. Перемены. Приключения. Даже если она сама этого не понимает, это так. Александра всегда готова разрушить привычные устои жизни, чтобы обрести свободу; с удивительной верой в несокрушимость человеческого духа она каждый раз убеждает себя, что ей удастся принять вызов этого мира и одержать победу.

Кристофер сжал в руке чашку. Атмосфера непринужденности, царившая за столом, внезапно исчезла, и он вдруг почувствовал себя неловко.

– Вчера я получила письмо от Брайанны, – рассеянно сказала Александра, поднося к губам чашку и не обращая внимания на молчание своего собеседника. Упоминание о Брайанне заставило Кристофера прислушаться. – Она говорит, что ты собираешься приехать в Карлайл на свадьбу Райана, и думает, что, если все будет в порядке, ты позволишь ей вернуться в Лондон.

Кристофер ответил не сразу.

– Я не собираюсь лишать ее твоего общества, но и не позволю ей снова свободно разгуливать по Лондону под твоим присмотром.

– Вы с моим отцом отлично нашли бы общий язык, – с горечью сказала Александра. – Если бы отец не был таким чертовски твердолобым.

– Его можно понять, Алёкс. У него имелись веские причины, чтобы впасть в ярость, – впервые в жизни признал Кристофер. – Тебе было всего семнадцать, и я не имел права поступать так, как поступил. И все же я сделал по-своему.

Александра скрестила руки на груди.

– Несмотря на весь твой ирландский снобизм, иногда мне кажется, ты возносишь меня на пьедестал, друг мой. Я ведь тоже отлично отдавала себе отчет в своих действиях.

– В самом деле? А может быть, ты всего лишь приобретала новый опыт, как сейчас? – Кристофер уже не мог остановиться, как будто внутри его сломалась какая-то невидимая пружина. Он должен был освободиться наконец от груза невысказанных слов. – Тебе не приходило в голову, что я всегда знал, чем был для тебя? Я приоткрыл тебе путь в непонятный и волнующий мир, туда, где ты еще никогда не была. Тебе хотелось быть первооткрывателем, а я стал для тебя окошком в неизведанное, так?

– А чем я была для тебя? Разве не тем же самым?

Кристофер нервно взъерошил волосы. Он не знал, как говорить об этом с Александрой, особенно сейчас, когда его тело сотрясала дрожь, а сердце так яростно билось в груди, что было совершенно невозможно собраться с мыслями.

– Ты была для меня воплощением респектабельности.

– Но во мне нет решительно ничего респектабельного... и я живу в доме, который снимаю у чужих людей. – Александра рассмеялась.

– Зато сколь многого ты сумела добиться, черт возьми! – Кристофер невольно поймал себя на мысли, что все, связанное с Александрой, представляется ему возвышенным и поэтичным. – Впервые за все эти годы мне стыдно за свои собственные устремления. – Губы его сложились в горькую усмешку. – Я люблю тебя и даже не представляю, что мне теперь с этим делать.

– Любишь? – Губы Александры удивленно раскрылись.

Где-то на другом конце улицы хлопнула дверь. Кристофер не сразу сообразил, что происходит. Он услышал, как охнула его спутница, и быстро обернулся. Из лавки вышла молодая женщина. За ней следовал мужчина. Они остановились на дороге, держась за руки, как будто прощались.

– Это Бриджетт О'Коннелл, – прошептала Александра. Кристофер вгляделся в фигуру мужчины, стоявшего к ним спиной, и ему стало не по себе. Незнакомец был закутан в плащ, из-под капюшона выбивались светлые прямые пряди цвета спелой пшеницы. Его осанка показалась Кристоферу настолько знакомой, что он почувствовал, как его охватывает холод.

– Нет. – Александра начала медленно вставать из-за стола.

Кристофер мгновенно схватил ее за руку и потащил в укрытие, откуда их нельзя было бы разглядеть.

– Это какая-то ошибка. – В голосе Александры послышалась паника, когда закутанная в плащ фигура повернулась и направилась к ним. – Ричард не стал бы делать ничего противозаконного. Он просто не способен на это. Позволь мне сначала поговорить с ним...

И тут Кристофер бросил на нее такой взгляд, что она замолчала на полуслове. Позволить приблизиться к этому человеку? Еще чего!

Он мягко, но решительно отвел ее руку, цеплявшуюся за его рукав.

– Оставайся здесь.

Александра схватила его за плечо:

– Только не обижай его. Пожалуйста...

– Раскрой глаза, Алекс. – Кристофер обхватил ладонями ее лицо. Ему хотелось смягчить боль, но он вовсе не собирался слушать, как она защищает мерзавца. – Негодяй заставил всех поверить в то, что эта девушка умерла, – всех, включая тебя! – Он шагнул в проход между столами и снова сосредоточил все свое внимание на лавке, молодой женщине посередине улицы и приближающемся мужчине.

Ричард Атлер не прошел и пяти шагов, как заметил Кристофера. Его рука выскользнула из рукава плаща и отбросила уже ненужный капюшон, обнажив голову. На лице Ричарда было написано замешательство. Он остановился перед деревянной скамейкой и замер, глядя на Донелли. Теперь противников разделяло примерно тридцать футов.

Прежде чем Кристофер успел заговорить, Атлер сделал большой скачок и выбежал на проезжую часть улицы, едва не угодив под колеса встречного экипажа. На ходу он расчищал себе дорогу сквозь толпу слоняющихся без дела зевак.