Отражение в мутной воде - Елена Арсеньева

– Кто вам позволил привезти их сюда? Это национальноедостояние! Вы расхищаете национальное достояние, господин губернатор!

Господа, вы звери, господа…

Вряд ли кто понял смысл ее слов, однако головы всехприсутствующих разом повернулись к Тине. Возможно, люди были просто-напросто ейблагодарны, что она прервала поток голубовского красноречия?

Один из «синих пиджаков» с угрожающим выражением двинулсябыло к Тине, но это ерунда, этого она ждала. Гораздо хуже, что четвероширокоплечих «туристов», словно повинуясь неведомому для остальных сигналу,мгновенно замкнули Георгия в классическую «коробочку», перекрывая ему не тольколинию огня, но и лишая возможности выхватить оружие!

Почему? Как они догадались?..

Тина перехватила молниеносный взгляд Георгия, но не успелапонять его значения. Он велит ей продолжать? Или отменяет операцию?

– Ах ты ж, сучара новорусский! – раздался вдруг дребезжащийголос, и Рок, раздирая на груди форменку, ринулся к Голубу. – Отдай камень,гад! Дон муа ле пьер! Отдай наш нанайский камень!

Голуб отшатнулся.

Десятки выражений вспыхивали и гасли на лицах – от изумленияи досады до откровенных насмешек.

Глаза Тины, чудилось, обрели просто фантастическуюспособность – она словно видела всех насквозь и при этом фиксировала каждоедвижение, слышала каждый голос. Вот несколько фигур шныряют среди толпы спроворством игл в руках умелых швей. Их следы, казалось, можно было увидеть,они как бы сшивали, уплотняли аморфную массу людей. Вот они погнали толпу – такпастухи гонят стадо овец. И тут щелкнул бич…

Нет, грянул выстрел.

Что-то больно ударило Тину в бок, она обмерла: показалось,пуля задела ее. Нет, это пока только короткий ствол автомата, которым ткнул внее человек в черной куртке. Заорал:

– Пошла, ну!

Она побежала на ватных ногах вместе со всеми, побежала, вотчаянии озираясь, но ничего не видя: туман застилал глаза. Кто-то истошнозавизжал неподалеку. Выстрел, выстрел, еще выстрел… Визг оборвался.

Кто-то свалился ей под ноги. «Юный нахимовец» споткнулся нашироких ступенях! Тина едва не упала, но удержала чья-то рука, вовремяподхватившая под локоть.

Георгий, слава богу! Сразу вернулось зрение.

– Наверх! Все наверх!

Над головой ударила очередь, заглушенная многоголосымвоплем.

У Тины подкосились ноги, однако Георгий держал крепко, увлекза собой. Ступени, ступени…

Широкая дверь. Спины, головы мелькают, люди кричат…Внезапная, как удар, прохлада после душного дня. Мягкий, рассеянный свет послеослепительного, солнечного. Какие-то высокие неподвижные фигуры – резкийконтраст вбежавшим, мечущимся, обезумевшим людям.

Тина озиралась, вцепившись в руку Георгия.

Они что – в Лувре? В одном из залов Лувра? Неподвижныефигуры – это статуи! И между ними плещется людское море.

Однако многих в толпе словно подменили: на головах у нихпоявились черные шлемы с отверстиями для глаз. И они двигались такстремительно, что казалось, будто их здесь видимо-невидимо.

Вот несколько человек торопливо запирают высокие двери,ведущие в другие залы.

Один из «шлемов» бьет прикладом по прозрачному ящичку настене.

Кнопки, две рукояти.

Двое боевиков начинают торопливо вращать их – и дверныепроемы затягиваются тяжелыми металлическими шторами.

Выстрел в кнопку. Разлетается красная пластмасса – и на мигвоцаряется тьма. И вновь многоголосый вопль. Но тотчас же вспыхивает свет.

– Они вырубили связь с общим пультом управления замками исигнализацией, – пробормотал Георгий. – Теперь снаружи не открыть…

Тина постепенно начала понимать: зал заблокирован изнутри.Вот и полупрозрачные входные двери забраны мелкой решеткой. Они заперты здесь,заперты!

– Что все это значит? – звучит, перекрывая общий шум, чей-товластный голос.

Голуб. Он тоже здесь!

Человек в черной куртке небрежно тычет его стволом в живот.Голуб согнулся, подавился словами.

– Всем лицом к стене! Руки за голову! Ну, быстро!

Рука Георгия скользнула под пиджак, и у Тины ухнуло сердце.Что он задумал?!

Выдернул пистолет, огляделся – и сунул его в каменныйколчан, висящий на плече гигантского лучника, замершего в напряженной позе.Затем потащил Тину к стене, бормоча:

– Ничего не бойся!

– Лицом к стене, лицом к стене!

Грубый толчок в спину; потом столь же грубые руки ощупывают,обшаривают все тело.

Крики, ругань, удары… Рок катается по полу с разбитым вкровь лицом, отбивается ногами, не давая снять с щиколотки короткий нож вчехле. Очередной удар усмирил его. Нож сняли. Рока, вздернув за плечи, швырнулик остальным.

Только тут Тина поняла, что Георгий ожидал обыска, поэтому испрятал оружие. А если бы пистолет нашли?..

Но охранники Голуба вооружены. Что теперь будет с ними?

Оглянулась: губернатора как раз обыскивают. «Синих пиджаков»что-то не видно. Вспомнила выстрелы там, в саду. Поняла…

– Всем сесть на пол! – раздается новая команда.

Георгий шагнул было к статуе лучника, но дорогу преградилствол:

– Сидеть здесь!

Покорно опустились на пол где стояли.

Георгий обнял Тину за плечи, она уткнулась лицом в егоплечо. Пахло чистым льном, теплым телом – таким знакомым, приятным… Боль,стучавшая в висках с самого утра, начала постепенно утихать. Когда Тинавытащила из волос заколки, стало совсем хорошо.

Ой, а очки-то она потеряла в этой суматохе, даже незаметила! Ну и бог с ними. Только очков ей сейчас не хватает.

– Что это такое? – шепнула в плечо Георгия.

Тот помолчал. Потом в задумчивости проговорил:

– Знать, татаре налетели.

– Какие еще татаре, ты что?!

– Такие, обыкновенные. Как их там зовут? Джохар Дудаев,Шамиль Басаев, Захват Заложников, Салман Радуев…