Саманта - Даниэла Стил

— Сэм? — Это оказался Норман Уоррен, голос у него был возбужденный.

— Здравствуйте, — сонно ответила Саманта. — Что случилось?

Потом до нее дошло, что он, наверное, по — прежнему хочет поговорить про апелляцию. Поглощенная похоронами Джефа и тягостными раздумьями о письме, которое предстояло послать Тейту, Саманта не перезвонила адвокату после их последней встречи, однако про себя твердо решила больше не подвергать Тимми столь тяжелому испытанию. Она дважды беседовала с социальным работником, и он сказал, что Тимми привыкает к дому с трудом и хочет вернуться к ней, но поделать ничего нельзя, в чем он и попытался убедить мальчика, когда в последний раз к нему заезжал. Сэм поинтересовалась поведением матери, однако собеседник ответил уклончиво: дескать, он надеется, что она ведет себя хорошо.

— Сэм, я хочу, чтобы вы приехали в Лос — Анджелес.

— А я не хочу больше это обсуждать, Норман. — Сэм села на постели и жалобно скривила губы. — Это бессмысленно. Я на такое не пойду.

— Я понимаю. Но у нас есть и другие дела.

— Какие? — подозрительно спросила Саманта.

— Вы не подписали некоторых бумаг.

— Пришлите их мне по почте.

— Не могу.

— Тогда привезите, — раздраженно буркнула Сэм.

Она устала, а он еще звонит ни свет ни заря! И тут, сонно поморгав, Саманта сообразила, что сегодня воскресенье…

— Норм, а почему вы звоните мне в выходной?

— Да я просто не успел сделать это перед уик — эндом. Послушайте, Сэм, я понимаю, что так делать не полагается, вы тоже заняты, но… вы не могли бы оказать мне любезность? Приезжайте сегодня.

— В воскресенье? Но почему?

— Пожалуйста. Сделайте это для меня. Я вам буду очень благодарен.

Сэм испугалась.

— Что‑то с Тимми, да? Он нездоров? Может, она его снова избила?

Сердце Саманты уже было готово выпрыгнуть из груди, но адвокат поспешил ее успокоить:

— Нет — нет, ничего такого! С ним все в порядке. Мне просто хотелось бы разделаться сегодня с нашими делами раз и навсегда.

— Норман, — Сэм со вздохом посмотрела на часы, — лично я думаю, что у вас не все дома. Но вы мне так помогали, так старались, чтобы все было хорошо, и поэтому я пойду вам навстречу, но только один раз. Вы понимаете, сколько времени нам придется до вас добираться?

— Вы возьмете с собой Джоша?

— Наверное. Где мы встретимся? В вашей конторе? И какие бумаги я должна подписать?

— В них говорится, что вы отказываетесь от апелляции.

Черт побери, что все это значит?

— А почему вы не можете послать их по почте?

— Я слишком мало беру за работу, мне не на что купить марку.

Сэм засмеялась:

— Вы сумасшедший.

— Я знаю. Когда вы приедете?

— Понятия не имею. — Сэм зевнула. — Может, после полудня?

— Почему бы не покончить с делами пораньше?

— Вы хотите, чтобы я явилась к вам в ночной рубашке, Норман?

— Это было бы очень мило. Давайте встретимся в одиннадцать.

— Проклятье! — Сэм снова вздохнула. — Ладно. Но только ненадолго. У меня здесь полно дел.

— Договорились.

Сэм позвала Джоша и рассказала ему о звонке Нормана. Джош разозлился не меньше ее.

— Какого черта?! Почему он не может послать все по почте?

— Не знаю. Но раз уж нам придется этим заняться, то лучше в воскресенье. А то у меня вся неделя забита очень плотно. Придется много заниматься с детьми. — Сэм ожидала одиннадцать новых ребятишек из разных штатов.

— Хорошо. Ты сможешь выехать через полчаса?

— Давайте лучше через час.

Джош согласился, и через час Сэм села в машину; она надела джинсы и красный свитер, перехватила волосы красной лентой и обулась в свои любимые красные ковбойские сапоги.

— Ты нарядилась так, словно сегодня Валентинов день, Сэм. Как будто на свидание едешь.

— А у меня такое чувство, будто сегодня Хэллоуин и мне устроили какой‑то розыгрыш. Не понимаю, какого черта нам надо тащиться в воскресенье в Лос — Анджелес?!

Когда же они доехали до дома Нормана, то увидели, что он страшно нервничает. Норман заявил, что нужно поехать в суд, потому что, оказывается, у него нет всех необходимых документов.

— В воскресенье? Норман, вы что, напились? — Сэм не на шутку рассердилась.

— Ну поверьте! Ради Бога!

— Если бы я вам не доверяла, меня бы здесь сейчас не было, — ответила Сэм.

Джош лишь подозрительно покосился на адвоката, и они поехали на машине к зданию суда, находившемуся в противоположном конце города. Но добравшись туда, Норман вдруг повел себя как человек, который твердо знает, что ему нужно делать. Войдя в вестибюль, он показал охраннику пропуск; тот кивнул и разрешил им войти.

— Седьмой этаж, — сказал Норман дежурному лифтеру, и, выйдя из лифта на седьмом этаже, они повернули налево, потом направо, потом снова налево и внезапно очутились в очень светлом помещении, где за письменным столом сидела матрона в униформе, с которой любезничал полицейский. И туг Сэм вдруг издала сдавленный вопль и рванулась вперед. В инвалидном кресле сидел Тимми со своим неизменным медвежонком: он снова был жутко чумазым, но зато в нарядном костюмчике, купленном Самантой. Тимми радостно улыбался.

Он обнял Сэм и долго не отпускал. Она чувствовала, что он дрожит. Мальчик не произносил ни слова, а Сэм повторяла лишь одно:

— Я люблю тебя, Тимми… Люблю, дорогой… Все хорошо.

Она не знала, как долго сможет продлиться это свидание: минуту, час или день, но сейчас это было не важно. Она отдаст ему все и будет отдавать, пока это будет можно… пока ей позволят…

— Все хорошо.

— Моя мама умерла. — Он внимательно посмотрел на Сэм и сказал это с таким видом, словно не понимал значения своих слов.

Только тут Сэм заметила, что под глазами у Тимми синие круги, а на шее — синяк.

— Что случилось? — Сэм ужаснулась увиденному не меньше, чем услышанному. — Что ты хочешь этим сказать?

Однако Норман вышел вперед и ласково взял Сэм за руку.

— Сэм, она скончалась два дня назад. Вчера вечером полицейские обнаружили Тимми дома одного.

— Она была там? — Глаза Сэм расширились, она сжала ручонку Тимми.

— Нет, где‑то в другом месте. Тимми был в квартире один. — Адвокат шумно вздохнул и улыбнулся женщине, к которой успел проникнуться дружеской симпатией. — Вчера вечером полицейские позвонили судье, чтобы посоветоваться насчет Тимми. Они не знали, стоит ли его отправлять к малолетним… в приют для малолетних, — тут же пояснил он Саманте. — А судья позвонил мне. Он пообещал встретиться здесь с нами сегодня утром и пересмотреть дело Тимми. Сэм, все вот — вот будет решено! — В глазах Нормана стояли слезы.