Леди Туманов - Дебора Мартин

Куда же он подевался? Вряд ли Дейвид продолжает разыскивать ее и Эвана. Прошло уже четыре дня. Скорее всего он оставил эту затею.

Тогда почему его нет нигде?

Тут она услышала, как дверь школы отворилась. Кэтрин замерла. Ладони ее похолодели, и она уже начала подбирать слова, с которыми обратится к Дейвиду. Но в кабинет вышел вовсе не он. На пороге кабинета стоял…сэр Рейнальд Дженкинс.

Сначала он смотрел на нее с не меньшим недоумением, чем она на него, но потом он рассмеялся в широкой улыбке:

— Миссис Прайс! Какой приятный сюрприз. Вы вернулись из своего делового путешествия? Весь город только и судачит об этом ужасном мистере Куинли и его глупых подозрениях. Судя по тому, что вы здесь, все закончилось благополучно?

— Да, — пробормотала она в ответ, не понимая, что это мистеру Рейнальду понадобилось в школе? До сих пор он не проявлял к ней ни малейшего интереса. И вот, как на грех, заявился в самый неподходящий момент. И как бы поскорее избавиться от него и от его назойливых вопросов?

Рейнальд приветливо улыбался, но Кэтрин ощутила исходящий от него внутренний холод.

— Кажется, вам удалось ускользнуть и от этого коварного мистера Ньюкома?

Поймав ее удивленный взгляд, мистер Рейнальд пояснил:

— О, миссис Ливелин всем рассказала, что он увез вас поспешно. Возмутительно. Совершенно возмутительно.

Чтобы как-то отвязаться от любопытствующего сквайра, Кэтрин с невинным видом сообщила:

— Мистер Ньюком понял, что совершил ошибку. Сейчас он в Кармартене.

— Вот как. Интересно, как это вам удалось переубедить его? — Он понимающе усмехнулся. — Впрочем, нет надобности спрашивать, полагаю, я могу догадаться.

Хотя краска залила лицо Кэтрин, она встретила пронизывающе-холодный взгляд сэра Рейнальда с не менее ледяным выражением лица. Да как он смеет? И чего он успел наслышаться о ней и Эване?

— Я не намерена более обсуждать это с вами, сэр Рейнальд. — И Кэтрин двинулась к двери. — Мне пора. Позвольте мне уйти.

Тут улыбка сошла с лица ее собеседника. Он закрыл дверь кабинета и повернулся к Кэтрин. Глаза его при свете свечи, которую, войдя к Дэйвиду, зажгла Кэтрин, сверкали странным и страшным огнем.

— Боюсь, я не могу вам этого позволить, миссис Прайс. Ощущение опасности заставило ее насторожиться.

— Почему?

Он пропустил мимо ушей ее вопрос.

— Мне известно все, что случилось между вами и этим недотепой Морисом на дороге. Раз вы здесь, значит, для вас это кончилось благополучно. Меня интересует, как здоровье мистера Ньюкома? Морис убежден, что смертельно ранил его.

Кэтрин окаменела. И не только потому, что сэр Рейнальд заговорил об их стычке с Дейвидом. Скорее из-за той перемены, которая вдруг произошла в нем.

Он всегда производил на нее впечатление пустого фата. Но сейчас перед ней стоял абсолютно другой человек. В движениях его появилась собранность, твердость и… нечто угрожающее.

Кэтрин подавила непроизвольное желание отодвинуться от него подальше.

— Я вижу, вы разговаривали с Дейвидом? Не иначе, если знаете, что произошло. Так где же он?

— Но вас ведь интересует не Дейвид, не так ли? — небрежно заметил сэр Рейнальд.

— О чем вы?

— Вам нужен сосуд, — сказал он, почему-то развязывая свой шейный платок.

Это странное, непонятное действие в сочетании с его словами заставило Кэтрин похолодеть, на этот раз она все же сделала шаг назад.

— Откуда вам стало известно про сосуд?

— Из дневника твоей прародительницы, разумеется. Морис принес его мне, чтобы удостовериться, действительно ли это древний документ. И с тех пор я начал следить за тобой и выжидать, когда ты отыщешь сосуд. Видишь ли, хотя меня не меньше, чем тебя, поразило сообщение о проклятии, все же более всего меня заинтересовал сосуд. — Он пробежал по ней ледяным холодным взглядом, что вызвало у нее невольную дрожь. — Уверен, что ты понятия не имеешь, какая святыня попала тебе в руки. Исключая, конечно, ту роль, которую он играл в судьбе женщин вашего рода.

Не в состоянии ни вдохнуть, ни выдохнуть, Кэтрин смотрела на Рейнальда, пытаясь понять, о чем он говорит. Он следил за ней? Ждал, когда она найдет сосуд? Но почему?

— Девушка, которую обвила змея, и ворон — эмблемы друидической секты, которая действовала в период раннего средневековья, — продолжал сэр Рейнальд, — когда истинные друиды давно уже исчезли с берегов Британии. Кстати, их культовые предметы часто принимают за святыни тех, первоначальных друидов.

Кэтрин смотрела на него округлившимися от удивления глазами.

— Ты не знала, что я разделяю твой интерес к друидам, не так ли? Разумеется, у нас совершенно разные мотивы. Тебя привлекает их единство с природой, их способность одухотворять все сущее: леса, реки, ветер, горы.

Он извлек из кармана длинный искривленный нож и поднял его торжественным жестом.

— А меня же, напротив, интересует темная сторона их религии. Они понимали то, о чем нынешняя религия давно забыла. Силу, которую таит в себе… кровь… Кровь невинных и кровь виновных. Пролитая на алтаре, она способствует общему делу — движению общества вперед, к лучшей жизни.

При виде ножа каждая жилка в теле Кэтрин затрепетала от ужаса. Господи, зачем он его вытащил? И что он там бормочет насчет друидов и крови?

— Неправда, — прошептала она. — Не существует ни единого доказательства того, что истинные друиды совершали человеческие жертвоприношения. По мнению ученых, эти слухи распространяли церковники для того, чтобы бросить тень на языческую веру.

— Мне известны эти теории. Но они ошибочны. Любой дурак, внимательно изучивший Мабинагон и культуру древних кельтов, сразу поймет, какое важное значение имело пролитие крови в их верованиях. — Он нахмурился. — Но хватит с нас дискуссий на научные темы. Как мне давно известно, ты слишком мягкосердечна, чтобы согласиться с моими доводами.

Шагнув к Кэтрин, он поднес нож к ее горлу.

— Повернись, — скомандовал он.

Но она от шока не в силах была шевельнуться. Что происходит? Почему он размахивает своим кинжалом?

— Если будешь делать, как я велю, я не причиню тебе вреда. Но тебе придется меня слушаться. Повернись и заложи руки за спину.

Дрожа как осиновый лист, Кэтрин подчинилась. Ей не верилось, что он способен причинить ей вред, но все же не хотелось искушать его.

— А с какой стати вам надо причинять мне вред? — прошептала она, когда он, схватив ее руки, связал их шейным платком.

Ему пришлось отложить кинжал, пока он связывал ей руки.

— Я не собираюсь причинять тебе вред, — ответил он, но вопреки своему утверждению так стянул узел платка, что Кэтрин дернулась от боли.