Счастье по контракту - Джорджет Хейер

– Ты не думаешь, что якобинцы сумеют установить республику?

– Ламберт говорит? – засмеялся Адам. – Нет, не думаю. Я думаю, нелепо полагать, что Бони когда-либо на это согласится, а они не осмелятся применить к нему силу. Гражданское население может быть настроено против него, но армия – нет, и, без сомнения, французские солдаты слишком хорошо знают свое дело, чтобы ими помыкали. Я-то знаю: воевал против них!

– Ну, тогда, конечно, ты должен отдать свой голос, – сказала она. – Жаль, что я не могу поехать с тобой в Лондон.

– А почему не можешь?

– Но, Адам! Ты же знаешь, что ребенок еще не отнят от груди!..

– Ты можешь взять его с собой. Она поразмыслила над этим, но в конце концов покачала головой:

– Нет, потому что я не хотела бы открывать наш дом всего на несколько дней, а мне не хочется брать его в отель, потому что, можешь не сомневаться, люди будут жаловаться!

– Да, он шумный, – согласился Адам.

– Только когда голоден или у него пучит живот! – сказала она. – Но я не поеду.

– Дженни, ты меня разыгрываешь? – спросил он. – Ты убеждала меня, что не желаешь ехать в город на протяжении всего этого сезона, потому что думала, что я предпочитаю оставаться здесь?

Она покачала головой:

– Нет, честное слово! Единственный раз я разыграла тебя, притворившись, что мне нравятся все эти ужасные сборища, на которые мы ездили в прошлом году, и поступила так лишь потому, что считала это своей обязанностью. Я никогда не радовалась больше, чем когда обнаружила, что тебе так же скучно на них, как и мне! Хотя, наверное, это было бы приятно – выезжать время от, времени. Но не в этот раз. Просто я вдруг подумала, что мне хотелось бы увидеть Лидию и папу, – но Лидия приедет к нам в конце сезона с приятным, долгим визитом, и я не сомневаюсь, что папа тоже проведет с нами денек-другой. Нет, я не поеду: подумать только, какую суету и скуку это будет означать!

– Ив самом деле это было бы очень утомительно для тебя, – признался он. – Знаешь, я не собираюсь отсутствовать больше чем несколько дней.

– Ты пробудешь там столько, сколько душе твоей угодно Я не буду ждать тебя в течение недели, потому что ты захочешь увидеться с Лидией, не говоря уже про всех прочих твоих друзей.

Когда она смотрела, как он собирается, чтобы сесть в почтовую карету до Маркет-Дипипг, то в глубине души была убеждена, что пройдет по меньшей мере десять дней, прежде чем он вернется; но не прошло и пяти дней, как он застал ее врасплох, зайдя в детскую, где она сидела, кормя грудью ребенка. Думая, что в комнату вошла нянька, она не сразу подняла глаза, любовно наблюдая за ребенком, и Адаму вдруг пришло в голову, что никогда еще он не находил ее такой привлекательной. Потом она подняла взгляд и ахнула:

– Адам!

Он подошел к ней ближе, проговорив насмешливо:

– Сознайся, что я привел тебя в изумление и восстановил свою репутацию!

Ее глаза сощурились от внезапной улыбки.

– Ну, определенно это первый раз на моей памяти, когда ты вернулся в обещанный срок.

– Раньше обещанного срока! – напомнил он с упреком, склоняясь к ней, чтобы поцеловать, а потом одним пальцем пощекотать щечку младенца. – Итак, сэр? Знаете ли, вы бы оказали мне любезность, узнав меня!

Досточтимый Джайлс, боясь, что его прервут, бросил на отца сердитый взгляд и с удвоенным рвением принялся за самое важное занятие па свете.

– Ты такой же ненасытный, как твоя тетка Лидия, – сообщил ему Адам, опускаясь в кресло рядом с Дженни.

– Ну что ты такое говоришь! – запротестовала она. – Лидия не ненасытная!..

– Ты бы так не говорила, если бы видела ее на Рассел-сквер, когда я взял ее однажды пообедать с твоим отцом!

– О, ты это сделал? Вот папа, наверное, обрадовался! Но расскажи мне, как твои успехи.

– Отлично! Мы провели это в обеих палатах. Гренвилль произнес речь в поддержку правительства – не Бог весть что, но от поправки Грея камня на камне не осталось. Всякие слухи носились по городу – не знаешь, каким и верить, – но одно несомненно: австрийцы, пруссаки и русские берутся за оружие. Сам я считаю, что мы очень скоро схватимся с лягушатниками, – не сомневаюсь на сей счет! Единственная надежда Бони, должно быть, столкнуть нас со своей армией Севера, прежде чем другие участники Коалиции вступят в игру. Если бы ему это удалось… но ему не удастся! – Он засмеялся и добавил:

– Твой отец пугает, что Веллингтону никогда не противостоял сам Бони! Совершенно верно – и наоборот тоже! – Адама перебил его собственный сын, который, насытившись до отвала, срыгнул, и он серьезно заметил:

– Мы никогда не сможем ввести его в изысканное общество, правда? Здесь все в порядке, Дженни?

Она кивнула и сказала, услужливо похлопав досточтимого Джайлса:

– Расскажи мне о Лидии! Она наслаждается сезоном? Ее хорошо приняли?

– По словам моей тети, она произвела настоящий фурор. Определенно она обзавелась уймой поклонников! Не проси меня описать платье, которое она надела на представление! Я его не видел и могу лишь заверить тебя, что оно было роскошным!

Дженни хмыкнула:

– О, я почти слышу, как она это говорит. Она много ездит на приемы?

– Она с гордостью сообщила мне, что посетила не менее трех за один вечер. У моей тети, должно быть, железное здоровье! Между прочим, какой прелестный браслет ты ей подарила, Дженни!

Она внезапно зарделась; опасливо взглянула на него, проговорив с запинкой:

– Это был такой пустяк!

– Тебе не нужно бояться рассказывать мне такие вещи, – сказал он, едва заметно улыбаясь. – Да, я знаю, почему ты боялась: ты помнила, что я не разрешал ей носить, твои жемчуга. Ну, я и сейчас не разрешил бы – они, знаешь ли, совершенно неуместны! – но есть существенная разница между тем, чтобы одолжить свои жемчуга Лидии, поскольку она моя сестра, и подарить ей прелестный браслет, поскольку она стала твоей сестрой. И позволь мне добавить, любовь моя, что, несмотря на мой странный характер, у меня нет ни малейшего желания скандалить из-за того, что твой отец был настолько добр, что послал ей веер из слоновой кости, который вряд ли ему обошелся дешево! Это было с твоей подачи, признайся?

– Ну да! – виновато кивнула она. – Ты ведь знаешь, каков папа, Адам! Ему так нравится Лидия, что он послал бы ей нечто такое, что тебе совсем бы не понравилось, если бы я слегка его не сдерживала. – Ее глаза заблестели. – Однако предупреждаю тебя, что я не смогу ничего сделать, когда дело дойдет до свадебного подарка!

– О! – сказал Адам. – Это напоминает мне о необычайно пикантной новости!

Она воскликнула:

– Адам! Не хочешь же ты сказать…

– Два человека просили у меня руки моей сестры, – с достоинством сообщил Адам.