Принцесса Восточного леса - Ануша Захаревич

– Лия, ты точно в порядке? – спросил еще раз Нейд и видение припало, но я совершенно точно теперь осознавала, что есть иллюзия, а что реальность.

– Нейд, надо… – не успела я договорить, как цепкий старикашка крикнул на весь зал, чтобы мы друг друга не услышали.

– У нас еще одна пара! Замечательный повод, чтобы соединить еще два сердца! – и он указал на нас. Пока он говорил, обращаясь ко всем присутствующим, я успела бросить быстрый взгляд на Дайнару, но ей хватило. Внешне оставаясь спокойной, она вся подобралась, прямо как Нейд.

– Горько нашим гостям, горько! – весь зал подхватил это скандирование. Нейд, все еще ничего не понимая, вопросительно посмотрел на меня. Я ему кивнула, давая понять, что ему нужно меня поцеловать.

Нейд аккуратно положил одну руку мне на талию, а вторую запустил в волосы. Я потянулась за поцелуем, вся очищающая дурман магия уже сконцентрировалась на моих губах. Нужно было только коснуться ими Нейда, чтобы он увидел то, что происходит на самом деле. И он поцеловал.

На пару мгновений я забыла, зачем мы вообще здесь собрались. Этот поцелуй. Он был настолько правильный. Словно именно этого человека я должна была целовать всю жизнь. Кажется, забылась не я одна. Потому что Нейд тоже не сразу меня отпустил. Затем глаза его резко распахнулись, и я увидела в них осознание того, что происходит на самом деле.

На моей груди что-то горело огнем, словно я получила ожог, но дальше события развернулись настолько быстро, что некогда было об этом думать. Как только мы поцеловались, зал зашумел как сумасшедший. Воспользовавшись всеобщим отвлеченным вниманием, подтянула поток чистой воды к Дайнаре и обдала ее им изнутри.

Только мы оторвались друг от друга, Нейд сильным воздушным потоком снес все столы, и старик на мгновение растерялся, а затем его глаза, как и глаза всех остальных гостей резко пожелтели и весь морок спал окончательно. Дайнара ударила по тварям сгустками огня, а я поливала их чистой водой. Нам удалось оттеснить их от себя, но совсем уничтожить не получалось.

Вдруг я заметила, как на центральной стене зала, над головами импровизированных молодоженов висит огромный шлем на голову, а на нем горит огнем невероятно красивый камень. Меня как магнитом к нему потянуло.

– Нейд, смотри! – показала на шлем.

Нейд понял все без слов. Пока мы с Дайнарой разворачивались так, чтобы Нейд мог подойти к камню, друид сотворил воздушную перчатку, которая подлетела к камню и начала пытаться его достать из шлема. Твари взбесились как никогда прежде. Нам с дриадой еле хватало сил их сдерживать, а магический резерв заканчивался слишком быстро.

– Быстрее! – крикнула Дайнара. – Долго мы их не удержим!

– Есть! – крикнул Нейд, когда перчатка справилась и положила камень ему в карман штанов.

Я, недолго думая, активировала артефакт переноса и бросила нам его под ноги. В тот же миг под нашими ногами открылся портал, и мы провалились в него, не успев опомниться. Прежде чем твари успели к нему подлететь, портал схлопнулся.

Мы больно плюхнулись кто как на площадку Башни, и к нам сразу подбежал Оракул. Нейд выдавил камень из кармана, не касаясь его. Хозяин Башни радостно подхватил камень, и, на бегу извинившись, понес его к алтарю. Оставлять камень без регулирующей силы алтаря даже здесь было очень опасно.

– Вот это да! – к нам подбежал Хени и начал помогать подниматься сначала матери, затем хотел помочь мне, но его опередил Нейд. Подал мне руку и помог подняться. От его прикосновения, снова побежали мурашки, а от воспоминая хоть и вынужденного, но поцелуя, покраснела и опустила от смущения глаза.

– В следующий раз открывай портал в стене, – бросила мне Дайнара, немного прихрамывая, но идя в сторону своей комнаты, опираясь на Хени.

– Не за что! Всегда рада помочь! – отозвалась я на ее замечание.

– Ты молодец, – сказал Нейд, все еще не отпуская мою руку, – без тебя мы бы могли стать ужином.

Он не только не отпускал мою руку, он еще нежно гладил большим пальцем тыльную сторону моей ладони.

– Лия, этот поцелуй, – начал было он, но мне снова сильно припекло в месте ожога. Нужно было срочно идти осмотреть, что же там произошло. Чтобы не вызывать у него лишних вопросом и не провоцировать на заботу, быстро вернула руку назад и поспешно ответила:

– Да-да, он был просто необходимостью для отвлечения внимания. Мне пора, дико устала. Отлично поработали, Нейд.

Немного улыбнулась ему и чуть ли не бегом пошла в свою комнату. Подальше от ненужных мне ощущений. Но совершенно четко ощущала взгляд мне в спину, которым он провожал меня, пока я не скрылась за поворотом.

Зашла в комнату и закрыла за собой дверь. Только теперь смогла немного выдохнуть. Сразу сняла рубашку и подошла к окну, чтобы лучше рассмотреть место ожога. От удивления у меня глаза поползли вверх. На моей грудной клетке уже практически исчезнув, но совершенно четко была видна брачная метка. Что за…

Села на кровать и взялась за виски. Голова немного начинала болеть. Сказывалось и магическое истощение, и эмоциональное напряжение, и мои личные эмоциональные качели. Почему появилась свадебная метка сейчас? Она год не давала о себе знать. Снова нахлынули воспоминания о Рэне. Его объятия, прикосновения, его запах. Почему он скрыл от меня свое происхождение? Да и важно ли мне было это тогда?

Пожалуй да, в той ситуации страха и непонимания, как действовать дальше, я была перед ним как открытая книга. Он знал обо мне самое сокровенное, но при этом не рассказал мне элементарного. Спугнула бы меня эта откровенность? Скорее всего да. Ведь он в любом случае оставался бы верным подданным императора, а я в любом случае оставалась бы вне закона.

А послание императору? Зачем он его отправил? Чтобы оповестить о ценнейшей находке? Какие выгоды вообще преследовал Рэн, когда женился на мне? И любил ли он меня на самом деле?

Эти мысли толпились в моей голове, словно огромный муравейник среди леса. Сейчас немного успокоившись и изучив все, что со мной происходило тогда, я иначе смотрела и оценивала многие вещи. Я действительно была в него влюблена так, как любят впервые в жизни. Но вот какие мотивы преследовал мой муж оставалось большим вопросом.

И, наверно, гоняла бы я эти мысли еще