Лайк за любовь - Алёна Черничная

— Маша где? Почему она трубку не берет? — тут же накинулся на меня Максим, заприметив появление моего любопытного носа из-за двери.

— Маша на выходном. Откуда я знаю, почему? — медленно ответила я, сдвинул брови у переносицы. — А в чем дело?

— У нас проблемы с поставкой, — нетерпеливо пояснил он. — Я отдавал Марии огромный список на заказ продуктов. В итоге поставщик приехал, а там все не то!

— В смысле «все»?

— В прямом, — мужчина чуть ли не взревел, рассержено сверкая глазами. — Сама пойди посмотри, — Макс стукнул кулаком по двери ведущей на улицу, распахивая её настежь.

Перед чёрным входом в ресторан была припаркована небольшая газель, возле которой стояли выгруженные коробки. Ничего не понимая, я сделала пару шагов вперёд и оперевшись руками о дверной косяк, выглянула на улицу, осматривая ящики и их содержимое.

— Что это за овощной пикет, мать вашу?! — Максим замахал руками, а его поварской колпак сильнее покосился набок. — Да у нас завтра половина меню в стоп-листе окажется! Это вообще…

Но я уже его не слушала, а лишь глупо улыбалась, приткнувшись лбом в дверной проем.

— Так не бывает… — прошептала я, качая головой, как болванчик. — Да вы издеваетесь. Ты же обещал не напоминать о себе… — из груди вырвался стон, обращенный в сердце самой вселенной.

Моё тихое хихиканье стало набирать обороты, переходя в откровенный смех.

— Але, болезная! — наш повар подозрительно покосился на меня. — Что ты здесь видишь смешного?

— Я? Я вижу кабачки! Ка-ба-чки! — моя рука описала полукруг, указывая как минимум на пять выгруженных ящиков с зелёными овощами, сложенных ровненькими слоями.

Собственно и в моей голове все быстро сложилось под линейку. Я ведь изначально знала чего хочу, но зачем-то пыталась себя переубедить.

— Да это и без тебя понятно! Делать-то что?

— Либо тушить, либо жарить, — мои ладони уже развязывали на передник. — Не знаю, что будешь делать ты, но знаю, что теперь делать мне… — скомкав фартук, я кинула его в руки нашему повару. — А, их ещё запечь можно!

Я вылетела из ресторана, опережая скорость звука, на ходу и натягивая пальто и набирая знакомый номер, цифры которого стали своеобразным шрамом в подсознании. Но абонент оказался не абонент. Раз. Два. Три. Десять. Пятнадцать.

— Чёрт! Черт! Черт! — взвыла я и чуть было не отправила свой телефон целовать тротуарную плитку. — Не подводи меня, прошу! Только не сейчас… Ты должен мне ответить!

«…please call back later…»

— Да иди в задницу со своим «лэйтэ»! Та-а-к, попробуем по-другому… — я стала набирать номер Маши, перебегая дорогу на красный свет под возмущенные сигналы машин.

Но в этот раз меня одарили лишь длинными гудками без ответа. Я в хаотичном порядке набирала то один, то другой номер, пока двери лифта не изолировали меня от сотового сигнала.

«Дома или нет? Может, спит?» — провернув ключ в замке, я даже не успела прислушаться к тишине, встречающей из глубины квартиры, как знакомый мужской голос ввёл меня в ступор прямо на пороге.

— Машуля-кисуля, я тут поду… — дверь ванной распахнулась, без цензуры демонстрируя мне совершенно голое тело, руки и грудь которого светились тёмными татуированными узорами.

Несколько секунд я и Гера просто таращились друг на друга. Не знаю, кто меньше всего ожидал этой встречи, но охренели мы оба точно. Молча поморгав несколько раз, Гера с невозмутимым лицом захлопнул дверь ванной перед собой. А я так и осталась стоять посреди коридора с челюстью у пола и пылающим лицом.

— Гер, ты что-то сказал? Я не расслыша… — из Машкиной комнаты выскочило взъерошенное чудо с горящими глазами, замотанное в простыню. — Привет, Кир… А ты чего не на работе? — подруга шумно сглотнула, а её щеки пропитались алым тоном.

— Привет. Да вот… Я тут…

Ещё несколько секунд недоумения и безмолвных взоров, пока дверь ванной осторожно не приоткрылась. Я ошарашенно наблюдала, как Машка переглядывается с Герой, спрятавшимся за дверное полотно.

— Да выходи уже, — я закрыла глаза.

По коридору разошлись шорохи, шушуканье и бурчание.

— Ну, это… Чего ты на пороге стоишь? — натянуто произнесла Маша.

Я с опаской приоткрыла один глаз, удостоверившись, что мы вдвоём. Разувшись, тут же маякнула подруге взглядом в направлении кухни.

— Гера? Серьёзно? Только не говори мне, что все не так поняла, — вполголоса начала я, тараня Машу взглядом, оперевшись спиной на холодильник и сунув руки в карманы пальто.

На какое-то мгновение я даже забыла, зачем со всех ног бежала домой. Машка вздохнула и плюхнулась на стул, поправляя края простыни на себе.

— Все ты правильно поняла, — она уронила взгляд на пол, кусая губы.

— Как и когда? И почему ты мне ничего не сказала? — я не старалась скрыть, что меня задели эти тайны Мадридского двора.

— Все закрутилось в ту же ночь, когда мы приехали к тебе в дом, — подруга запнулась и сделала глубокий вдох, продолжая сверлить глазами напольную плитку. — Понимаю, что все слишком быстро, но… — она пригладила ладонью торчащее облако русых волос и подняла на меня извиняющийся взгляд. — А не сказала сразу, потому что он друг Егора. Мне не хотелось лишний раз тебя дёргать хоть какими-то намёками или воспоминаниями. Прости… Жутко неловко, что все так вышло. Мы просто тебя не ждали… Позвонила бы…

Моя мимолетная обида спрятала свои коготки под натиском растерянных карих глаз и виновато хлопающих ресниц.

— Маш, я звонила. Ты, кстати, связалась бы с рестораном, там твой «Гордон Рамзи» на измене, — усмехнулась я, вспомнив зачем спешила домой. — И поверь, твои отсылки к Егору лишь пополнили бы мою коллекцию себе подобных. Я поэтому и здесь. И то что Гера тут — это лишь ещё один плюс.

— Да я звонила на работу. У нас зеркальный адрес с рестораном вегетарианской кухни, к нам привезли их заказ. Не первый раз уже, — Машка равнодушно отмахнулась, но тут же нахмурилась. — А при чем тут Гера?

— Я еду в Питер.

— Что-о? — пятая точка моей собеседницы подпрыгнула на стуле. — Как?

— Вот так, — вздохнула я, упираясь затылком в гудящую стенку холодильника. — Маш, называй меня глупой дурой, но я его люблю. Люблю и все тут…

— Кир, но он же…

— И он её тоже любит, — на пороге кухни возник Гера, уже натянувший на себя джинсы и футболку. Облокотившись о дверь, он встретился с возмущённым взглядом Марии и спокойно пожал плечами. — Не смотри на меня так. Да, Егор знатно накосячил, но ты бы видела, что с ним творилось все это время. Он сам себя уже давно наказал, сгноил и сгрыз в чувстве вины. Его поменяло наизнанку. Королев не бухал все это время знаешь почему? — Парень взял театральную паузу, пока мы с Машей вопросительно переглядывались. — Потому что не собирался прятать свой стыд и отвращение к самому себе за алкоголем. Егор все это переживал молча на трезвую голову.