Непокорная невеста - Кристина Додд

— Раймонд, отойди оттуда! — крикнула королева.

— И не подумаю. Эта стена прочна и надежна.

Папиоль заверещал:

— Осторожно, милорд!

Он с разбега толкнул Раймонда, и оба покатились по склону.

В следующую секунду камень с медведем, а вслед за ним и остальные камни обрушились. Остаток стены немного покачался и стал разваливаться на глазах. Придворные отчаянно закричали.

Раймонд подхватил одной рукой Джулиану, другой Папиоля и со всех ног припустил вниз по склону. А камни стены, еще недавно высившейся столь незыблемо, падали один за другим. Рухнул верхний ряд, потом следующий, потом следующий, и так до самого основания. Королева и ее двор отбежали на безопасное расстояние.

Когда облако пыли осело, от стены осталась лишь груда обломков. Зрители молчали, потрясенные. Потом Файетт жалобно пропищала:

— Я же говорила, Яблочному Человечку это не понравится.

Раймонд же в растерянности смотрел на жалкие остатки его надежной, крепкой, прекрасной стены.

Столько труда, столько сил, столько затрат — и все попусту. А ведь он обещал сделать замок Джулианы неприступным.

Как же смотреть ей в глаза? Бежать от сарацинов, сражаться с врагами, осаждать крепости, сидеть на цепи — все это было сущей ерундой по сравнению с новым испытанием, которое ему теперь предстояло вынести.

Джулиана ошеломленно взирала на груду камней, оставшихся от стены. Она судорожно вздохнула, и Раймонд испугался, что все закончится рыданиями, Потом Джулиана пошевелила губами, всхлипнула — и разразилась хохотом. Обессилев от смеха, она села прямо в грязь, еще развзглянула на стену и, вытирая глаза, выдавила:

— Так говоришь, ты королевский зодчий? Мастер Раймонд?

Раймонд был уже не столько напуган, сколько обижен. Потом обида сменилась облегчением. Он опустился на колени рядом с Джулианой и спросил:

— Так ты в самом деле меня любишь?

Она вытерла слезы:

— Еще бы!

— И ты по-прежнему веришь, что я сумею тебя защитить?

— Верю.

— И дашь мне построить новую стену? Шириной в восемь футов?

— Хоть в десять, — сказала Джулиана и строго добавила. — Но не шире.

— Знаешь, я люблю тебя, — сказал Раймонд.

— Знаю.

Она снова взяла его за мочку уха, выдернула серьгу и взвесила ее на ладони.

— По-моему, нам больше ни к чему это напоминание о рабстве.

Раймонд последний раз дотронулся до серьги. Когда-то он поклялся, что будет носить ее до тех пор, пока не избавится от злых воспоминаний. Теперь воспоминания обратились в прах, как и хваленая стена.

— Да, она нам больше не понадобится.

И он зашвырнул серьгу в груду мусора. Джулиана нежно взяла его за ухо, освободившееся от тяжести, и притянула к себе.

Когда губы Джулианы коснулись его губ, он забыл обо всем на свете — и о грязи, и о стене, и о сарацинах, и о погибших родителях. На вкус Джулиана была как хлеб на устах голодающего. Ее руки обхватили его за плечи, вцепились так, словно никогда больше не расцепятся. Они сидели на земле, в грязи, крепко обнявшись, и израненная душа Раймонда наконец исцелилась.

Влюбленные опомнились, когда раздался громкий звук аплодисментов. Встрепенувшись, Раймонд и Джулиана удивленно уставились на заинтересованных зрителей.

Джулиана улыбнулась мужу, и он подумал, что давно не видел ее улыбки.

— Так ты меня не покинешь? — спросила она.

— Кто же будет строить стену, если я уеду?

Она сделала вид, что задумалась.

— Ты прав. Ведь ты обещал, что останешься со мной до тех пор, пока стена не будет достроена. — Она посмотрела на обломки и прыснула. — Похоже, это будет не скоро.

Он обнял ее за плечи:

— Ничего, теперь я поручу это королевскому зодчему. Он потратит два года, но зато стена будет настоящая. Этот крикливый коротышка победил. — Он окинул взглядом долину и леса. — Твоему замку очень нужна стена. Мы построим крепость, в которой ты сможешь жить без страха. Крепость будет защищать добрую английскую землю и добрых английских людей. — Он поцеловал жену в шею, и она поежилась от щекотки. — А я стану твоим мечом, твоим щитом, твоей правой рукой.

— Да, я буду любить тебя всю мою жизнь. И мы нарожаем целую кучу наследников.

Он держал ее крепко, словно горсть драгоценных камней.

— Так я тебе нужен лишь для продолжения рода?

— Нет, не только для этого. — Она показала на груду обломков. — Ты мне нужен для того, чтобы убрать этот мусор.

Она вырвалась из его рук и бросилась бежать, а Раймонд припустился за ней.

Королева Элинор придирчиво осмотрела глыбу песчаника и осторожно села на нее.

— Думаю, супружеская постель теперь будет надолго занята, — вздохнула она. — Так что давайте устраиваться здесь. Пусть мне подадут хлеба и сыру, пусть откроют бочонок с элем. Если мы не можем отпраздновать строительство стены, так отпразднуем свадьбу.

Вокруг нее собрались все придворные и слуги лишь мастер Папиоль держался поодаль. Он встал над поверженным камнем с изображением медведя и злорадно прошептал:

— Говорил я тебе, что ты не устоишь.

Камень покачнулся, и Папиоль с отчаянным визгом отскочил в сторону. Ему показалось, что каменный медведь ощерился и зарычал. Француз поскользнулся, не удержался на ногах и покатился вниз по склону, отчаянно крича.