Коэн - Головнин

— Мы связаны гораздо крепче с твоим отцом, чем ты думаешь. — Он улыбнулся. — Но в одном ты права: твой отец бы уволил меня, если бы узнал, что поддался его любимой дочке. — Он посмотрел на мою тонкую руку, большим пальцем поглаживая ладонь. — Что ты со мной делаешь…

Я вспомнила наш последний разговор перед тем, как расстаться на долгое время. Мы стояли посреди пустой комнаты. Буквально только подключили свет и Деймон ввернул лампочку. Он купил себе квартиру, и я гордилась бы им, если бы не знала, кто подарил ему целый багаж денег.

За день до этого я узнала, насколько сильно преданным Люциану Коэну оказался мой парень. Словно верный пес он приносил в своей пасти любую собранную им информацию, а моему отцу это льстило. В конечном итоге, папа попросил Деймона следить за мной в институте. И об этом я узнала.

Когда он вворачивал лампочку, я мечтала сбить эту чертову табуретку и услышать звук падающих костей на пол, но передумала. Он спустился, встал ко мне лицом и в тот же момент ощутил удар пощечины. След от удара холодил ветер, что дул сквозь открытые окна.

— Ты чего?

— Если бы хотел пресмыкаться моему отцу, мог бы сразу это сказать мне, а не пробираться к нему через наши отношения!

Я хотела уйти, но Деймон меня остановил.

— Мелани, о чем ты говоришь?

— Ты жалок! Много ты о моих поступках донёс отцу? Небось успел уже рассказать о том, как я вчера побила Беттани?

Он виновато опустил голову. Он даже не собирался извиняться. Единственное, что он спросил:

— Кто тебе рассказал?

— Я услышала твой разговор с отцом. Я думала, ты любишь меня…

— Я люблю тебя, Мелани. Но кто когда-нибудь шёл против воли его воли.

— Я не хочу иметь с тобой что-то общее. Может быть, потом мы еще сможем подружиться, но сейчас я тебя видеть не хочу. Все конечно.

С того самого дня мы не виделись. Я не знала, что он работал на отца до сих пор, что он внедрился к Гелану. А когда узнала, думала, что он никак не изменился.

И вот сейчас его глаза смотрели на меня, покрытые туманом. Да, определено, его тело желало меня, ведь мы идеально друг другу подходили. Словно наконец-то нашли недостающий пазл. Но его глаза… В его голове не было столько мыслей о моем теле, сколько мыслей обо мне, моих чувствах, моем мнении о нем. Но я никак не могла признаться себе, что я влюблена в него. Даже когда касание его рук тепло отзывается в моем сердце.

«Это неправильно! Любить двух людей! Неправильно!» — Думала я. — «Даже для такой, как я».

— Я все ещё люблю тебя, Мелани. Мне жаль, что я тогда так поступил с тобой.

— Я не виню тебя. Ты делал так, как хотел мой отец. Просто могу ли поверить тебе сейчас? Не будешь ли ты опять слепо идти за отцом?

— Все изменилось, Мелани. Я изменился.

— Я хочу тебе верить. — Я оставила лёгкий поцелуй на его щеке и ушла домой. Я оставила его с этими мыслями на пороге своего дома.

Глава 37

Отношения между моей семьей и семьей Гелана накалились ещё сильнее. После того, как мы отпустили человека Данило, мы узнали о том, что его сбила машина. Дело рук моего отца? Успел ли он все рассказать Маккенам? Остался ли он жив?

Остальные заключённые оказались куда сговорчивее. Они выложили все как на ладони, а потом, когда натянутая до крови веревка коснулась пола, скрылись, словно их тут и не было.

— Пусть идут, — сказал крестный. Оли выведал всю информацию и теперь был готов к нанесению следующего удара. — Они нам не нужны, а из-за того, что они рассказали все нам, не нужны стали и Данило.

— Папа все ещё злиться?

— Мелани, — Оливер потёр шею, — твой отец не злиться. Он огорчён тем, что ты не смогла разделить личное от работы. Этот ублюдок мог сказать тебе, все что угодно.

— Не знаю, как ты, но я поверила ему.

— Он заметил твою реакцию на одно упоминание о Гелане. Ты дала слабину.

— Я знаю это. — Зарычала я. — Не надо мне об этом напоминать.

— Не злись, — Оли закрыл на ключ подвал и вышел со мной на улицу. — Подбросить тебя на работу?

— Я не против.

В офисе я встретилась с Деймоном. Он казался уставшим, но при виде меня его лицо озарилось улыбкой. Он поднялся со своего рабочего места и сел на край моего стола, на котором лежала кипа бумаг. Она была выше моего монитора и вызывала у меня мурашки ужаса. Заметив мой взгляд, Деймон махнул рукой.

— Не переживай. Твой папа просто решил, что тебе лучше заняться работой. Я помогу тебе с бумагами.

— Мы и к завтрашнему дню не управимся.

Я, чувствуя всем своим телом тяжесть безысходности, плюхнулась на свой стул и похлопала по бумагам. Пыль, что мирно лежала на этой макулатуре, поднялась вверх. У меня защекотало в носу. Я чихнула.

— Благослови тебя Господь! — Он сложил руки в молитве, и я с укором посмотрела на него.

— Очень смешно. Похоже, папа решил меня наказать.

— Давай так, — он ставит стул спинкой ко мне и садиться. — Мы до вечера с тобой все это разбираем, а потом пойдем в один очень классный клуб.

— Сегодня вечером будет очень важный бой «старичков». Мы с мамой должны там присутствовать. — Я положила свою руку на его ладонь. — Если хочешь…

— Я пойду. — Его улыбка растеклась по его лицу и его немного искусанные губы коснулись тыльной стороны моей ладони. — Даже если бы не предложила.

Мы окунулись в эту гору бумаг и смогли разгрести её даже раньше, чем планировали. До встречи в бойцовском клубе у меня оставалось около трех часов. Желудок заурчал, напоминая о себе. Я жалобно посмотрела на друга.

— Может, пообедаем?

Мужчина взял меня за руку и повел в сторону выхода из офиса. Я бежала за ним как маленькая. Его шаги были широкими и мои беспомощные попытки успеть за ним на каблуках не увенчались успехом. Мужчина развернулся ко мне лицом около машины и рассмеялся. Мои волосы от ветра были спутанными, щеки раскраснелись от бега и появилась отдышка.

— Прости.

— Не думала, что ты хочешь есть больше меня.

Он открыл дверь машины и усадил меня, сам же сел рядом, с другой стороны. Его ладонь снова легла на мою.