(Не) Желанная герцогиня - Настя Любимка

Хотелось бы верить, что земля их вовсе не примет, но это было бы однозначным провалом. Появятся ненужные вопросы, а там и до враждебных действий недалеко, а я еще не готова к противостоянию. Любому.

Мы должны принять гостей так, чтобы от нас отстали. Желательно надолго. На все три года, которые я, по мнению Артуса, не могу рожать.

— Люси, после завтрака объяви общий сбор в холле. Я сама расскажу обо всем и отдам приказы.

— Да, Ваша милость, — девушка чуть склонила голову.

— Интена, тебе придется взять на себя сборы, составь опись всего, что нам потребуется в новом доме. Ты должна будешь проследить за всеми приготовлениями и укладкой скарба по сундукам. Думаю, на подготовку задуманного нам хватит пары вех.

— Леди, но как же Его светлость?

— Рррау, — подал голос морф и поднялся с пола, всем видом показывая, что он готов присмотреть за моим сыном.

Я улыбнулась. Каким бы грозным ни казался этот волк, когда дело касалось Илиаса, морф был готов превратиться в самую терпеливую няньку.

Мой маленький зайчик давно практиковал хватательные движения, ловко тянул всех за волосы, носы и вообще за все, до чего дотягивался, а кое-кого и за хвост, и за такие большие мохнатые уши… К тому же отчаянно пытался подняться и сесть, что для него было слишком рано, пошел только четвертый месяц его жизни…

Как бы там ни было, морф мог присмотреть за Илюшей и охранять его сон, однако перепеленать или помыть ребенка — нет. Про кормление и вовсе молчу.

— Илюша будет со мной, — ответила сразу всем. — И пока мне с ним помогут Кариша и Радия.

— Поняла, Ваша светлость.

Ответ Интены совпал с мощным фырком морфа.

— А для тебя, дружок, у меня будет другая работа, — сказала я, убирая от себя столовые приборы.

После того, как протерла свою часть стола и подтянула карты и перо, волк отошел за мою спину, а спустя минуту на стол уселся ворон и уставился на меня.

То, как он легко перевоплощался, вызывало восхищение, но я так ни разу и не увидела, как именно морф меняет форму. Он всегда уходил с глаз. А если это получалось произвольно, то все, что я выхватывала — это смазанные хаотичные движения, которые по большому счету сливались в какое-то пятно.

— Смотри, — я указала пальцем на ту часть своих земель, которая находилась впритык к землям Ойдохи. — Мне нужно, чтобы ты пригнал кабанов, зайцев и прочую дичь вот сюда.

И указала на ту часть леса, которая была ближе к Муранкам.

Конечно, я могла напрячь духа, заставить того совершить миграцию зверья, однако на это бы ушли определенные силы, опять же энергия, которая нужна была мне в другом месте. Да и зверье все равно бы поперлось обратно. А вот реальная опасность (зубастый волк — она и есть, а морф точно привлечет еще и других волков) выбьет из них любое желание возвращаться на прошлое место. Которое, к слову, обживать они начали не так уж и давно, всего пару месяцев назад, и расплодились ого-го как!

— Вы хотите создать нехватку продовольствия на землях эдора Ойдохи? — оживился Тирхан. — А в этом есть смысл! Герцог со своими спутниками все равно остановится у него, прежде чем продолжить путь. И увиденное сойдется с тем, что он себе представлял об этих землях.

— А заодно не станет заострять внимания на том, что сам эдор находится в плачевном состоянии. Неурожайный ход, нехватка мяса и, как следствие, скудное питание кого хочешь доведут до болезни…

— И до воровства, — вставила Люси, напоминая про лес и его незаконную вырубку (о чем мне пришлось сообщить в письме королю).

— Верно, — согласилась я.

К тому же отпадет вопрос, почему я не казнила воришку управляющего. Баба ведь, что взять с сердобольной?.. Тем более что эдор Ойдоха после нашего общения в тюрьме Придорожья в себя так и не пришел. Он часто бредил, практически перестал двигаться, проводя много времени в постели. За ним приглядывали мои люди из тех крестьян, что решились поехать со мной и не были знакомы герцогу (хотя вряд ли тот вообще своих слуг в лицо помнил, но перестраховаться не мешало). Нанялись к эдору кто прачкой, кто конюхом, чтобы в любой момент доложить о странностях в его семейке или о незваных и подозрительных гостях, если такие явятся.

Никто так и не появился.

Что касалось Арлиса Фолка, капитана королевской стражи, то с ним ситуация была несколько иная. Он, к сожалению, был прикован к постели и большую часть времени, что мы находились здесь, провел в беспамятстве. Конечно, спал он так много и практически не бодрствовал потому, что его усыплял Тирхан. Он ссылался на то, что капитану еще рано возвращаться в сознание по той причине, что организм его еще слаб, до конца не вылечен, и боль, которая плещется в теле, может навредить мужчине.

— Но это может и ускорить Его светлость, — хмуро сказал Аррияш. — Увидев, в каком состоянии окружение эдора, да и он сам, герцог Дарремский может решить, что Вы тоже тут при смерти, а возможно, и его сын…

— И пускай, — улыбнулась я. — Спешащий человек вряд ли способен на критическое мышление. Он не сможет правильно оценивать окружающую его обстановку, гонимый собственными страхами или надеждами.

Жирный такой намек на то, что мертвая я привлекала мужа намного больше.

— Кар! — возмутился ворон и несильно клюнул меня по плечу. — Кар!

— Не сердись, — отмахнулась я от его недовольства и вернулась к делу. — Сделаешь?

— Кар, — важно ответил ворон и распахнул крылья.

— Спасибо, — поблагодарила его.

Я окинула взглядом своих людей и пришла к выводу, что с большей частью из них можно смело сейчас прощаться. Севрима, конечно, ночью никто не отправит обратно в Адузовцы, ему уже наверняка приготовили спальное место, все необходимое он выполнит завтра. И наверняка сорвется в дорогу спозаранку.

— Севрим, Аррияш, вы можете идти. Отдохните перед дорогой. И помните, я на вас рассчитываю.

— Ваша милость, я не подведу! — заверил меня староста и шумно поднялся на ноги.

— Как прикажете, Ваша светлость, — тоже поднимаясь из-за стола, усмехнулся воин. — К обеду я вернусь в особняк.

— Мы будем тебя ждать с… отчетом, — я усмехнулась, намеренно сделав паузу перед последним словом.

Пылкие взгляды Аррияша на Интену только бы слепой не увидел, как и глухой