Старая жена, или Развод с драконом - София Руд

Я буквально прошел своими ногами путь, по которому шла настоящая Оливия. Видимо, так боги решили меня проучить. Но дали ли они Оливии новый шанс встретить кого-то лучше, чем я?

На этот вопрос у жреца ответа не было, потому это и повисло камнем на сердце. И не полет на расправленных драконьих крыльях, коим я нарушил в ту ночь запрет на оборот, ни ледяной воздух высоко в небе, не прогнали той желчи, что засела в горле.

В ту ночь не хотелось возвращаться в человека, но краски рассвета пробирали черное небо, и Оливия, точнее та, что в ее теле, была одна.

Самозванка ли она или жертва, я долго не думал. Я помнил каждый ее взгляд и каждое слово. Видел, за что она боролась, не жалея себя, и во что верила. И единственное, чего я тогда хотел, — узнать ее лучше.

И в то же время четко понимал, что стоит мне снять маску, как замки фантазий, в которые я позволил себе окунуться, как влюбленный мальчишка, тут же рухнут.

Я не знаю, откуда она, я не знаю, кто она. Но она не простит. Не примет. И, видимо, это мне наказание от богов.

Наказание и награда, ведь до встречи с ней не было ни боли и той дикой трепещущей радости, которая взрывала ледяное сердце всякий раз, когда я видел ее улыбку. И жажда этого чувства заставляла вновь и вновь идти вразрез с собственными правилами, лишь бы обрадовать ее вновь.

Я не сразу заметил, как мир изменился. Не сразу заметил, как изменился я, но там, стоя во дворце, я не был безумен. Там, когда я ставил голову на отсечение, я знал, что она справится. А даже если нет… Я должен. Если не ей, то той, что жила когда-то в этом теле.

Той, которую я никогда толком не видел, ибо каждый раз глядя в глаза незнакомки, занявшей знакомое тело, мне кажется, что я вижу ее в первый раз.

Я полюбил не каждый кусочек этого тела, я полюбил душу, живущую в нем, и даже если завтра эта душа окажется в ином теле или в Бездне, я пойду за ней не задумываясь. Ибо второй такой нет.

Я пойду… Но захочет ли она видеть меня рядом?

— Ольга, — отзывается лжеОливия, вырывая меня из воспоминаний и частичного рассказа. — Меня зовут Ольга.

— Ольга, — повторяю непривычные слоги, и внутри разливается нечто теплое.

Теперь я знаю ее настоящее имя.

— И я намного старше той, что жила в этом теле до меня. Потому с доверием у меня проблемы. Я не верю в то, что люди меняются. Пусть даже вы не коснулись и пальцем Люции, я пострадала от вас. И вы же меня спасли. Так что топор войны должен быть зарыт, господин Кайрон. Но иное будет лишним, — говорит она, лишая даже надежды, и тут же спешит дополнить. — Вы слышали мой разговор с законником. Я не хочу ничего менять в своей жизни.

— Я не хочу менять твою жизнь. Не претендую на твою руку и сердце. Я прошу времени. И может быть, оно сыграет против меня, а может, обратит проклятие в божественный дар.

— Божественный дар?

— Что, если не только ты будешь моим светом, но однажды и я смогу стать твоим?

Молчит, опускает голову и улыбается сама себе. Грустно улыбается, и от этого меня самого корежит.

— Скорее я буду для вас тьмой, лорд Кайрон. Я буду любить свою работу, больше, чем что-либо на этом свете, кроме дочери, которая осталась в другом мире, — отзывается Ольга.

Говорит столь искренне, что хочется остановить этот миг. А еще дико хочется сказать ей о том, что мне нужна она, такая, какая есть. Не картинка, не идеальная, а со своим характером, от которого и выть хочется, и прыгаешь как пес на задних лапах. Даже невольно вспоминаю слова Гардера, которые раньше вызывали лишь недоумение. “Если я буду сходить с ума и жаждать разнести весь мир из-за одной упрямой блондинки, не вздумай меня спасать. Я там, где я хочу быть”. Тогда я не понимал его, более того, считал, что все это лишнее. А сейчас…

— И еще, — добавляет Ольга, отчаянно ища аргументы, чтобы вынудить меня отступить от нее. — Я никогда не смогу подарить вам наследника.

— Знаю, — только и киваю.

Но она не знает, что я уже не смогу посмотреть ни на одну женщину после того, как узнал ее. Так что наследников у меня уже не будет. Но сейчас не стоит на нее этим давить.

— Вы жестоко разочаруетесь во мне, лорд Кайрон.

— Боюсь, я говорил себе это сто раз, и пришлось смириться, что такого уже не случится. Зато у меня появится шанс очаровать вас, леди Ольга.

— Так уверены, что получится? — ведет бровью.

Умеет парой слов дать под дых. И даже это мне в ней нравится.

— Ты мне и скажешь, если дашь время. И я клянусь, что сделаю все, чтобы капля за каплей вернуть ту веру, которую отнял у тебя, — обещаю ей, отметая шутки в сторону, и Ольга застывает на долю секунды.

Смотрит в глаза так, что хочется остановить этот миг. Умереть за нее. Но это было бы слишком легко. Жизнь намного сложнее.

— Звучит заманчиво, лорд Кайрон. Но мое время слишком ценное, чтобы разбрасываться им на всякие вторые шансы. Что, если я опомнюсь, уже когда буду слишком старой? — предъявляет шутливую претензию, и невозможно не улыбаться, глядя на ее улыбку.

— Значит, все-таки есть шанс постареть вместе? — улавливаю единственную ниточку и теперь точно не отпущу.

— Ну, старость вместе я вам не обещаю. Но раз так хочется самоистязаний, то прошу на борт моего корабля. Гарантирую, что поседеете вы со мной быстро! — еще и угрожает она, и, пожалуй, это лучшая угроза, из всех, что мне доводилось услышать.

— Мне нравится платиновый цвет, — только и отвечаю ей, умалчивая в эту ночь о том, как безумно мне нравится она.

И я буду ждать столько, сколько потребуется, пока Ольга не будет готова увидеть то, что разрывает меня ежесекундно от одной лишь мысли о ней.

Глава 73. Твое заветное желание

Пригород Асдевиля особенно прекрасен весной. Снега уже сошли. Довольные