Волшебный поцелуй - Кэтлин Вудивисс

— А что же было с тобой тогда?

— Не могу припомнить всех деталей, но я гуляла в саду с кошкой и куклами. Потом начался дождь. У нас в Англии редко случаются ливни, только нежный моросящий дождик — наверное, по этой причине у нас такие зеленые и красивые сады. — Рейлин засмеялась и тряхнула головой. — Иногда мне кажется, что все это мне приснилось.

Рейлин заметила, как сверкнули глаза Джеффри, но, быть может, то был лишь отсвет от фонаря.

— У моего дяди в Лондоне был дом с садом, и подростком я приезжал к нему погостить. Помню, меня очень удивило то обстоятельство, что в Англии все время холодно, даже летом, и дождь идет почти каждый день.

— Это верно, — согласилась Рейлин, — но отчего-то последнее время мне все снится и снится этот дождь. Как будто я снова маленькая девочка и гуляю в саду…

— Как все это странно, любовь моя, — заметил Джеффри.

— Но почему? Всякое может присниться.

— Верно, однако твой сон кажется мне… знакомым. — Джеффри напряженно сдвинул брови, стараясь что-то припомнить. — В последнее время мне тоже снится Лондон.

— Он произвел на тебя такое большое впечатление? — решила подразнить его Рейлин.

— Да, мне нравилось в Лондоне. У моего дяди был сад, по которому тосковала моя мать. Она даже привезла кое-какие растения в Хартейвен, чтобы они напоминали о доме.

— И у нас был сад, там я больше всего любила играть. А еще там случались самые захватывающие приключения, и один раз я встретила своего очарованного принца, — со странной улыбкой призналась Рейлин.

— Мне следует воспылать к нему ревностью или этот принц был всего лишь галантным бельчонком? — шутливо спросил Джеффри.

— У тебя есть повод для ревности, — парировала Рейлин. — Я в него влюбилась.

— Так расскажи мне об этом повесе, который украл сердце моей возлюбленной. Он был так же хорош, как я?

— Настоящий принц, и обликом, и манерами.

— И что же в нем ты полюбила больше всего?

Рейлин коснулась ладонью щеки мужа и, нежно погладив ее, сказала:

— У него были черные волосы. Да, очень темные. Наш сад и соседский разделяла стена с железными воротами. Однажды я пробралась за ворота — по-моему, искала кота, и помню, что немного испугалась, когда этот человек поднял меня в воздух и посадил на плечо. Плечи у него были очень широкие, как мне помнится. И еще: тогда пошел дождь.

Джеффри как-то странно посмотрел на нее, и Рейлин поспешила заверить его в том, что на самом деле ее гость из прошлого не мог считаться настоящим очарованным принцем, потому что был для этого слишком молод.

— А я была еще очень мала, — добавила она с улыбкой. Медленно и раздельно, с нажимом на каждом слове Джеффри спросил:

— Этот очарованный принц подарил тебе цветок? Рейлин удивленно посмотрела на мужа:

— Как ты об этом узнал?

— Потому что много лет назад дождливым лондонским летом я встретил маленькую фею, которой случилось забрести в сад моего дяди. Она была очаровательна, но я все же попытался убедить ее в том, что она не должна так далеко уходить от дома. Она любезно согласилась, поставив мне лишь условием…

— Потанцевать с ней, — закончила за него Рейлин с благоговейным ужасом. — Ты взял меня на руки. Я пела песню, и ты стал мне подпевать, а потом мы танцевали. Все было чудесно, и это воспоминание я храню до сих пор. Потом ты исчез, и я больше никогда тебя не видела.

— Мой дядя умер, и с тех пор мы больше не ездили в Лондон, — тихо сказал Джеффри.

Рейлин во все глаза смотрела на мужа, который, как оказалось, всегда был для нее идеалом мужской красоты, очарованным принцем — это по нему тосковало ее сердце все долгие годы, что они были в разлуке.

— Ты тоже веришь, что мы были предназначены друг для друга?

Джеффри улыбнулся:

— В сердце моем всегда жила лишь одна женщина, и, когда в один прекрасный день в Чарлстоне я случайно увидел тебя, мне показалось, что ты родилась из моей мечты. Я был на вершине блаженства: ведь мне наконец удалось найти свою единственную.

— Джеффри, — запинаясь от волнения, проговорила Рейлин, — ты единственный, кого я любила. Прежде ты был моим принцем, и теперь, когда ты стал моим мужем, в тебе заключена вся радость моей жизни. Я счастлива быть твоей женой.

— Простите меня, — раздался приятный мужской голос со стороны тропинки, ведущей к воротам.

Застигнутые врасплох посреди нежных признаний, Джеффри и Рейлин разом обернулись. Высокий широкоплечий мужчина, сняв шляпу, подошел к ступеням, ведущим на веранду.

— Вы мистер Бирмингем? — спросил он с сильным ирландским акцентом.

— Да, я. Есть еще один Бирмингем, мой брат, его имение дальше по дороге.

— Думаю, вы тот, кого я ищу, сэр.

— А кто вы такой?

— Капитан Шеннон О'Киф. Меня к вам послала Труди.

— Так вы отец Дэниеля? — не веря своим ушам, спросил Джефф.

— Думаю, что да. Нелл была невинна, когда я взял ее к себе в постель. У меня нет причин предполагать, что за столь короткий срок там успел побывать кто-то еще.

— Вы приехали погостить?

— Я пришел, чтобы заявить права на ребенка, сэр, дать ему свое имя. У меня есть сестра: она бесплодна и всегда мечтала о ребеночке. Я хочу отдать мальчика Брайден на воспитание — пусть заботится о нем, пока я в плавании и не могу брать мальчугана с собой в море.

Джеффри сошел с крыльца и протянул ирландцу руку:

— Мы очень рады встрече с вами, сэр. Плохо, когда ребенок растет круглым сиротой и не знает, кто его отец. Теперь я спокоен за мальчика: его будут любить и заботиться о нем.

Рейлин придвинулась ближе к мужу и положила голову к нему на подушку.

— Ты думал о том, кого ты хочешь больше, сына или дочь? Джеффри погладил ее по округлившемуся животу.

— Мне бы хотелось обоих.

— Но ведь не за один же раз! — возмутилась Рейлин. Улыбаясь, она коснулась впадинки у него на щеке. — Наш сын обязательно будет похож на тебя.

— Думаю, это у нас в крови: создавать сыновей похожими на нас. А вот дочь пусть будет похожа на тебя.

Рейлин прижала руку мужа к тому месту, где только что шевельнулся ребенок.

— Ты чувствуешь его?

— Непоседливый маленький бельчонок, вот он кто, — с тихим смехом сказал Джеффри.

— Пусть дерется, — согласилась Рейлин, — я только за. Это значит, что у него все в порядке.

Джеффри нежно поцеловал жену в лоб.

— Теперь все будет хорошо. Ты со мной, и, значит, ничего плохого не случится.

— Мир и в самом деле чудесное место, если мы в нем вместе, правда, Джеффри?