Золотые слезы - Лори Макбейн

— Вы остались без средств к существованию? — удивленно переспросил Швед.

— Не совсем, но почти так и есть. Большую часть оставшихся денег я потратила на билеты на пароход. А что мне оставалось делать? Я была в отчаянии. Я понимала, что они мне не поверят и будут шантажировать, требуя денег, которых нет. Вчера Молли отправила Жака и Графа за мной. Они силой приволокли меня к ней в дом, и там я узнала, чего хочет Молли. Я попыталась объяснить ей, что у меня ничего нет, но она мне не поверила. Мне удалось бежать от них, но я и представить себе не могла, что они осмелятся выкрасть Пэдди. — Ее голос невольно дрогнул. — Эти люди ни перед чем не остановятся. Поэтому я и хотела уехать как можно скорее. Когда я приходила к вам попрощаться, они ворвались в пансион и забрали Пэдди. Более того, они жестоко избили Дженни и сломали Джэми руку.

— Как только они осмелились поднять руку на пожилую женщину! И Дженни! — возмущенно воскликнул Швед, сжимая кулаки.

— Они и не на такое способны! Особенно Молли. Подумать только, украсть собственного сына! — отозвалась Mapa.

— Откуда тебе известно, где их искать? — спросил Николя, выглянув в окно, когда кеб свернул к пристани.

— Я проникла в дом Молли, думая, что Пэдди еще там. Через черный ход.

Николя удивленно и с оттенком недоверия посмотрел на Мару.

— Ты захотела найти его сама? Интересно, что же и кому ты стремилась доказать этим отчаянным, но абсолютно неразумным поступком?

— Я вовсе не такая беспомощная, какой ты меня считаешь, Николя, — ответила Mapa. — У меня есть оружие, и я умею им пользоваться. Я считаю Пэдди своим сыном и готова сделать ради его спасения что угодно.

— В этом я нисколько не сомневаюсь, — с усмешкой отозвался Николя, который впервые явно ощутил внутреннюю силу и решительность Мары.

— Жаль, что вы не рассказали мне обо всем раньше, — печально заметил Швед. — Я помог бы вам. Мы вместе придумали бы что-нибудь, и вам не пришлось бы тогда уезжать.

— Мне не хотелось погружать вас в свои проблемы. Во-первых, связываться с этими людьми небезопасно даже для вас. А во-вторых, я надеялась уехать раньше, чем произойдет что-нибудь непоправимое, — с тяжелым вздохом ответила Mapa.

— Ты что-нибудь знаешь о складе, который мы ищем? — прервал ее Николя, останавливая кеб.

— Только то, что они упоминали о каких-то гвоздях, — нахмурилась она.

— Ну что ж, это уже что-то. Останься здесь и жди нас в кебе. Впрочем, будет лучше, если он отвезет тебя обратно в пансион. Там ты будешь в безопасности, — распорядился Николя.

— Нет! — воскликнула Mapa и спрыгнула на землю раньше, чем кто-либо из мужчин успел подать ей руку. — Я иду с вами. И вы меня не остановите. Я должна быть там, Николя.

— Пусть лучше она идет с нами, чем крадется тайком в темноте следом, — рассудительно заметил Швед.

Николя равнодушно пожал плечом и расплатился с возницей, пообещав ему солидную сумму в случае, если он дождется их возвращения. Все втроем плечом к плечу они двинулись по улице к пристани.

Ряды товарных складов окутывала тишина, хотя неподалеку размещались питейные заведения и бордели, клиентуру которых составляли портовые бродяги. Их привлекали дешевизна женщин и выпивки, не говоря уже о возможности укрыться в темном грязном бараке от холодного ветра и промозглой ночной сырости. Mapa и двое ее спутников медленно шли вдоль складов, с трудом разбирая в темноте вывески. Шерсть и мануфактура, бумага и краски, корабельные снасти и стекло. Их внимание привлекло тускло освещенное слуховое окно в стене одного из складов. Они вгляделись в вывеску, прибитую у входа, и прочли выписанную крупными буквами рекламу строительных материалов.

— Скорее всего, они в маленькой конторке в задней части склада. Я отправлюсь вокруг и зайду с той стороны. Наверняка там есть дверь, которая ведет в проулок. А вы войдете здесь, — тихо сказал Николя. — Таким образом, мы их окружим. Швед, ты помнишь тот индейский вопль, по которому мы дружно налегали на весла, когда шли по Миссисипи?

— Еще бы! ― усмехнулся великан, одобряя замысел Николя.

― Дай мне несколько минут, чтобы войти внутрь и подобраться к ним поближе. А потом вперед, — с этими словами Николя растворился в темноте.

Mapa вздрогнула, ощутив на своем плече тяжелую руку Шведа.

— Мы вернем вам Пэдди. Клянусь, — прошептал он в самое ее ухо и занял наступательную позицию возле двери.

Mapa нащупала в сумочке пистолет и стала ощупью пробираться вдоль стены. Вскоре она оказалась прямо под окном, из которого пробивалась узкая полоска света. Mapa оглянулась и обнаружила, что осталась в одиночестве. Швед успел скрыться за углом, лишь еле заметная тень скользнула по деревянной обшивке.

Николя подошел к нужной двери и безо всякой надежды на удачу надавил на ручку. Каково же было его изумление, когда дверь подалась! Вероятно, похитители считали себя в полной безопасности и не предполагали, что их могут выследить. Тем лучше, значит, они не ждут внезапного нападения.

Николя вошел внутрь. Глаза понемногу привыкли к темноте, и он стал различать контуры огромных деревянных балок и упаковочных клетей. Вдруг он зацепил черенок лопаты, прислоненной к стене, и та с грохотом обрушилась в проход, заставив Николя поморщиться с досады на собственную неуклюжесть. Он стал двигаться еще осторожнее, искусно лавируя между инструментами, ящиками и тачками, разбросанными по складу безо всякого порядка. Наконец Николя различил вдалеке тонкую ниточку света, пробивающуюся из-под двери в конторское помещение.

Николя подкрался к двери и притаился за ней, зная, что в любой миг ночную тишину может прорезать леденящий душу крик, с каким некогда индейские племена бросались в бой с неприятелем, — это будет означать, что Швед ворвется в конторку с противоположной стороны и придет пора атаковать.

Он различал чье-то покашливание, хриплый женский смешок. На какое-то мгновение Николя усомнился в правильности нападения без предварительной разведки. А вдруг они только перепугают насмерть складских служащих, которых задержала здесь допоздна неотложная работа? Ведь перенести без последствий боевой клич Шведа в ночи не каждому по плечу. Поразмыслив немного, Николя пришел к выводу, что ни один торговец не станет работать до одиннадцати вечера, тем более непонятно, откуда там взялась женщина. Приглушенный детский крик развеял все его сомнения — там был ребенок, и ему угрожали; потому что кричал он от страха.

Неожиданный вопль, больше похожий на рев слона в джунглях, чем на звук, произведенный человеческим горлом, даже Николя заставил вздрогнуть. Он рванул на себя дверь, и в тот же миг противоположная разлетелась в щепки под ударом массивного плеча Шведа. Те, кто находился в комнате, в первую минуту оказались парализованы страшным воплем и внезапностью нападения и оставались без движения. Этого оказалось достаточно, чтобы Николя и Швед оценили обстановку. Молли забилась в угол и дрожала от страха под клетчатым пледом, Жак и Граф стояли в центре комнаты и молча переводили взгляд с одного нападавшего на другого.