В погоне за местью - KiraRus

— Теперь я готова идти домой.

Я поднялась на ноги и взяла протянутую руку Алана. Он переплел наши пальцы и спрятал наши руки в карман куртки.

Всю дорогу я смотрела себе под ноги и даже не заметила, как мы вышли к замершему озеру на территории кладбища.

— Я думала, мы поедем домой, — недоуменно сказала я, остановившись возле берега.

— Я посчитал, что тебе нужно сперва немного прийти в себя, — улыбнулся Алан. — Ты первый раз пришла к нему после похорон.

Я тяжело вздохнула и перевела взгляд на озеро. Над его замершей поверхностью кружили снежные вихри, создавая причудливые узоры. Я словно наблюдала за танцем на сцене из зрительного зала.

Действительно, мне было трудно заставить себя прийти к крестному и правильно попрощаться с ним.

Сначала я чуть не потеряла Алана. Все мои мысли были заняты страхами и паникой. Я практически сутками дежурила в больнице возле его палаты. Даже уговоры друзей не могли меня убедить хоть немного отдохнуть и привести себя в порядок. Единственным человеком, кто смог убедить меня, стала Наташа Фальк. Она молча забрала меня из больницы и отвезла в домой.

«— Он сильный мальчик, не переживай. Алан откроет глаза, а когда это произойдет, первое, что он должен увидеть — здоровую, выспавшуюся девушку. Пока ты больше похожа на призрак.

— Но что если…

Наташа посмотрела на меня таким пронзительным и строгим взглядом, что я отказалась от мысли продолжать спор.

— Сатио и Катерина на связи. Они по очереди дежурят. Любые изменения в состоянии Алана и на мой телефон поступит звонок. Ложись. Тебе нужен полноценный отдых. Тебе тоже сильно досталось.».

После этого мы с Наташей сблизились еще сильнее. Не ожидала, что прочувствую материнскую любовь. Хоть мама Алана этого не признавала, но я чувствовала ее теплое отношение ко мне и заботу.

Алан долго не приходил в себя. Врачи объясняли это большой кровопотерей. Пуля вошла глубоко и задела важные органы, на восстановление которых требовалось время. Я терпеливо ждала и верила в скорейшее пробуждение Алана.

Пока время шло, тревога немного утихла. Но до нас дошла новость об ухудшении состояния Штейна.

— Жаль, что я не успел с ним нормально попрощаться, — выдохнул Алан.

— Никто не успел. Известие о его состоянии застало всех врасплох, — грустно ответила я.

Мистер Симидзу, который приехал в Англию вслед за сыном, чтобы провести переговоры, связался с сыном и сообщил ему о Штейне.

Его перевезли в Лондон на специальном самолете и сразу же увезли в больницу. Он скрывал ото всех, что неизлечимо болен и осталось ему в этом мире недолго. Поэтому он так торопился с делом Ричарда.

— Я хочу провести последние дни в своем доме. И если ты согласишься исполнить последнюю волю старого дурочка, не могла бы ты навещать меня? Знаю, что тебя сейчас беспокоит состояние Алана, но хотя бы изредка…

Как я могла отказать? К тому же, Алан действительно пришел в себя и постепенно восстанавливался. Но в день его выписки нас отвлек от празднования звонок.

Теодор Штейн скончался.

Каждый из нас в тот день не был готов к таким новостям. Несколько минут никто не мог проронить ни слова.

Спустя несколько дней состоялись похороны. Не знаю, как я нашла силы прийти на них. Я плохо осознавала происходящее, как в день похорон Маринетт. Но хотя бы меня не заставили произносить речь.

Алан держал меня за руку на протяжении всей службы. А затем увез в свою квартиру в Лондоне подальше от печальных мест, напоминающих о прошлом. Это дало мне возможность на время полностью отключиться от всего, что связывало меня и Теодора.

Но на следующий день, к нам пришел адвокат. Как оказалось, я была единственным наследником состояния Теодора. Бумажные формальности полностью лишили меня возможности думать. Чувства отошли на второй план, пока среди вещей Штейна в его поместье я не нашла коробку с инициалами «РАБ». Сначала мне показалось это забавным. Не думая, я открыла ее. И все эмоции, вся боль вырвались наружу, когда я обнаружила в коробке свои детские вещи и фотографии.

В завещании был пункт, где Теодор обратился лично ко мне со словами:

«Я всегда был рядом и наблюдал, как ты растешь. Некоторые вещи я смог сохранить. Надеюсь, они помогут тебе вспоминать меня с улыбкой на лице.».

Погруженная в мысли о смерти Штейна, я не заметила, как Алан несколько раз позвал меня.

— Рейчел.

Его голос звучал приглушенно, а все из-за того, что он встал со стороны поврежденного уха. Я поправила аппарат, что должен был улучшать слух.

Алан помог мне убрать волосы, чтобы они не мешали.

— Что говорят доктора? — спросил он мягко. — Неужели невозможно полностью восстановить слух?

— Это процесс долгий. Мне повезло, что такой шанс вообще имеется, — улыбнулась я и шмыгнула носом.

Алан встал ко мне лицом к лицу и улыбнулся.

— Ты такая милая сейчас. Из носа льет, глаза опухшие.

Я возмущенно пихнула его в грудь, но не смогла подавить улыбки. Он всегда умел отвлечь меня от грустных мыслей.

Мы продолжали тихо посмеиваться. Из головы совсем вылетело то, что мы находились на кладбище.

— Тише ты! Это не то место, чтобы веселиться! — пыталась злиться я, оглядываясь по сторонам.

Алан и не думал слушаться меня. Он обнял меня и прижал к своей груди.

— Прости, Кара Ламмет. Даже с соплями и опухшими глазами я люблю тебя больше всех на свете.

Я почувствовала, как щеки покрываются румянцем. Объятья Алана согревали и убаюкивали. Я выдохнула и обвила его талию руками. Он покачивал меня как маленького ребенка. И я совсем не была против этого. Я ощутила на макушке прикосновение губ и обжигающее дыхание. Мне стало так уютно, что глаза сами собой закрылись.

Сколько мы так простояли — неизвестно. Но холод крепчал и оставаться на улице было бы глупо. Мы оба только-только восстановились после тяжелых травм.

Словно прочитав мои мысли, Алан произнес:

— Я бы не отказался от чашки горячего шоколада со взбитыми сливками и карамельным сиропом.

— М, — промычала я согласно. — А еще укутаться в теплый плед и сесть перед камином.

Я подняла голову и встретилась с губами Алана. Он оставил нежный поцелуй на кончике моего носа и улыбнулся.

— М! Солено! — воскликнул он, облизывая губы.

Залившись краской, я снова ударила его, попытавшись вырваться из объятий. Он смеялся и крепко держал меня, пока одним неловким движениям я не повалила нас