Шрамы прошлого - Яна Сова

– Эм-м, с тобой все в порядке? – замявшись, поинтересовался парень уже на английском. Так и не получив ответа, через секунду Август обратился к другу. – Я сказал что-то не то?..

Тэрон покачал головой, а через секунду развернулся к Мелинде.

– Du hättest deine roten Wangen sehen sollen, jung engel. Wie viele parten hast du getrunken? Vier? Funf?[23] – Он приподнял бровь и наклонился ближе к ее лицу, понизив голос до шепота: – Oder sollte ich anfangen mir sorgen zu machen?[24] – Затем снова повернулся к Августу и добавил: – Selbst wenn du etwas falsches gesagt hast, hat sie kein wort verstanden[25].

Повисшую на несколько долгих мгновений тишину нарушил громкий смех Майера, от звука которого Мелинда вздрогнула.

– Auf jeden Fall mein Freund[26], – ответил он. – Sie sollten sich jetzt um Ihre Freundin Sorgen machen und nicht mit mir über auswärtige Angelegenheiten plaudern[27]. – Август перебросил лукавый взгляд с Мелинды на Тэрона и подмигнул. – Wenn du weißt, was ich meine[28].

Тэрон поднялся на ноги.

– Конечно, понимаю, – сказал он, протягивая девушке руку. – Я как раз собирался ей кое-что показать.

Не отдавая отчета своим действиям, Мелинда вложила взмокшую от волнения ладонь в его руку и медленно поднялась на ноги.

– Хорошего времяпрепровождения, – крикнул вслед Август на понятном Мелинде английском языке, когда молодые люди проскользнули за дверь свободной спальни. – Только сильно не шумите!

Лишь ступив во власть темной комнаты с панорамными окнами и королевских размеров кроватью, Мелинда, кажется, смогла прийти в себя. Все еще держась с парнем за руки, она могла поклясться, что снова чувствовала исходящее от кожи Форбса тепло, что для вампира было само по себе невероятным. От вида его разноцветных глаз, сверкающих в свете переливающихся за окном небоскребов, девушка испытала смешанные чувства: возмущение вперемешку с сильнейшим притяжением. С неохотой высвободив ладонь, она скрестила на груди руки.

– Что это было? Над чем вы смеялись?

– Над тобой, – невозмутимо ответил Форбс.

– Что?!

– Август недопонял твоего пристального взгляда и подумал, что каким-то образом тебя обидел. Я лишь успокоил его и объяснил, что ты ни слова не знаешь по-немецки и, вероятно, выражаешь таким образом свое потрясение.

– Потрясение от чего?

– От моей неотразимости, конечно. – Склонив голову набок, Тэрон закусил губу. – Я прекрасно знаю, что мой немецкий очень сексуален.

Девушка проигнорировала его высказывание.

– Неприлично обсуждать человека на незнакомом языке, да еще и в его же присутствии! – Мелинда сощурила глаза. – Где ваши манеры, лорд Вагнер-Форбс?

– Свои манеры я, как и обычно, держу при себе, госпожа Коннор-Джонс. И мы не говорили ничего плохого.

– Тем не менее вы запросто могли разговаривать по-английски.

– Когда есть возможность поговорить на родном языке с соотечественником? – Тэрон выглядел удивленным. – От такой возможности я ни за что отказываться не стану. Тебе этого просто не понять.

– Ты слишком самовлюблен.

– У меня есть на это все причины.

То, как парень смотрел на нее в то мгновение, не на шутку вскружило Мелинде голову. Его вальяжная поза, дерзкая ухмылка, блестящие довольными искорками глаза… Он походил на хитрого лиса, задумавшего очередную проказу, но которого трудно в чем-либо упрекнуть из-за его неземного очарования.

– Сколько ты уже выпила, вампирка?

– Четыре, пять… Может быть, семь…

– Между четырьмя и семью порциями «Пурпурного дракона» существует огромная разница, девочка.

– Пурпурного… что?

Девушка чувствовала себя очень рассеянной и размякшей, а потому склонялась к варианту, что выпила никак не меньше семи. Но, несмотря на заплетающийся язык и слабость в конечностях, ощущения были на редкость потрясающими: в этот миг Мелинда снова почувствовала воодушевление и беззаботность, и, что самое главное, ее мысли не занимали никакие проблемы.

– «Пурпурный дракон», – повторил он. – Так мы с парнями называем бурду Тесси, которой она с безумной страстью опаивает народ на вечеринках. Видимо, ты стала очередной жертвой ее полоумного внутреннего бармена.

– Похоже на то.

– Хочешь покурить?

Девушка мгновенно оживилась и с заинтересованностью посмотрела на Тэрона.

– А тут можно курить?

– Вампирскую мяту можно курить везде. – Не дожидаясь ответа, парень подошел к письменному столу у окна и сел на стул.

Будучи слишком пьяной, чтобы связно мыслить, девушка неосознанно двинулась за ним. Через пару секунд Тэрон достал из кармана и разложил по поверхности стола уже знакомый Мелинде набор.

Закусив нижнюю губу, Мелинда сказала:

– Думаю, это плохая идея.

Тэрон замер, медленно перевел взгляд на Мелинду.

– Ладно, я тебя понял, – после чего убрал мяту и примочки обратно в карман.

Оторвавшись от созерцания мерцающих огней небоскребов, Мелинда мягко ему улыбнулась. Некоторое время молодые люди просто сидели, погруженные в уютное молчание. С интересом разглядывая друг друга на протяжении нескольких минут, они наслаждались окутавшим их безмятежным спокойствием. В какой-то момент Тэрон сбивчиво пробормотал, что в комнате слишком жарко, после чего снял с себя бомбер и закинул его на спинку стула. Парень остался в простой белой футболке, и впервые за долгое время девушке представилась возможность с близкого расстояния разглядеть небольшие татуировки на его плечах и предплечьях. Заметив ее блуждающий взгляд, Форбс поинтересовался:

– Нравятся татушки?

– Да, всегда хотела сделать себе какую-нибудь. Например, изображение любимого киноперсонажа.

– А какой твой любимый киноперсонаж?

Мелинда задумалась, быстро перебирая в уме череду обожаемых кинематографических образов, девяносто девять процентов которых были привлекательными злодеями или язвительными смутьянами.

– На самом деле их много, – ответила она, улыбнувшись, – но татуировку я бы предпочла сделать с Битлджусом.

– Старина Битлджус и его антуражная подружка Лидия… Я про них уже и забыл… – Он посмотрел в сторону окна и мечтательно вздохнул. – А вообще отличные персонажи для того, чтобы увековечить свое тело их гримасами.

– Я тоже так думаю. – Взгляд Мелинды зацепился за очень необычный рисунок, находящийся чуть выше его предплечья. Только сейчас она поняла, как сильно хочет рассмотреть каждую татуировку Тэрона. – Можно я посмотрю на твои?

Парень непринужденно пожал плечами, подцепил пальцами края футболки и быстро стянул ее через голову. Мелинда оторопела, когда Форбс отшвырнул вещь куда-то в сторону кровати и остался сидеть с голым торсом, на котором также присутствовали татуировки вперемешку с многочисленными шрамами.

– Вот весь я и мои тату, – проговорил он, согнув одну ногу в колене. – С какой части тела начнешь осмотр?

Глядя на его