Ночные объятия - Шеррилин Кеньон

Прежде чем он смог ответить, это за него сделал Эш:

— Постой, я знаю. Ты был в Санктуарии и хвастался своими силами целому автобусу японских туристов, вооруженных цифровыми фото и видеокамерами. Поздравляю, приятель, мы только что стали всеобщим достоянием.

Тэлон прикрыл лицо рукой:

— О, черт возьми, ты серьезно?

— Похоже, что я шучу?

Нет, он выглядел страшно взбешенным.

— Не могу поверить в это, — произнес Тэлон.

— Ты? Ты не можешь в это поверить? Я должен идти к Артемиде, чтобы спасти твою задницу. Она ошизела от Зарека, и как, к дьяволу, ей теперь объяснить, что Мистер Крутая-Невозмутимость-и-Собранность изображал из себя Спайдер-Мена в баре, заполненном туристам, и стал гвоздем программы в новостях Токио по теме «Что вам не нравится в американской культуре?» Вопрос. Сколько правил ты нарушил менее чем за минуту? И хуже всего, теперь мне звонит Ник, желая знать, почему он должен хранить тайну, в то время как вы, парни, своими выходками, постоянно разоблачаете себя сами? Этот маленький хрен даже хочет повышения, потому что он может хранить тайну, когда этого не может ни один из вас.

— Я могу объяснить.

— О'кей, я жду.

Тэлон пытался придумать причину, объясняющую то, что он сделал.

И не смог придумать ни одной.

— О'кей, я не могу объяснить. Дай мне минуту.

Эш прищурился.

— Я все еще жду.

— Я думаю.

Саншайн вышла из ванной и побелела, увидев Ашерона. Схватив со стены один из жезлов Тэлона, она пошла на него.

Ашерон поймал жезл рукой, когда она замахнулась им, пытаясь ударить его по голове.

— Эй!

Саншайн развернулась к Тэлону:

— Он — один из тех, кто похитил меня!

— Я не похищал, — обиженно сказал Ашерон, вырывая оружие из ее хватки.

— Это мой босс, Саншайн. Ашерон.

Она сложила губы в букву «о».

— Вэйн говорил, что вы двое похожи. Он не шутил. Хотя теперь, когда я немного спокойнее, могу сказать, что не очень-то вы и похожи. Он был ужасен, а Вы… Вы ужасны по-настоящему.

— Если бы у меня было больше времени, то я почувствовал бы себя польщенным, — он передал жезл Тэлону. — Выйдем, Кельт и закончим наш разговор.

Тэлон не любил приказов, но в этот раз у него не было выбора. Он действительно свалял дурака, и Эш имел право выпустить пар.

Тэлон поставил их всех в очень скверное положение.

Выйдя наружу, он остановился на причале. Эш ждал его, упершись руками в бедра, лицо от ярости пошло пятнами.

— Знаешь, у меня сегодня была очень замечательная ночь. Я пошел к Кириану и Юлиану и рассказал им, что Валериус в городе. И провел, даже не знаю, два, три или четыре часа, пытаясь помешать им отправиться за католиком. В то самое время, когда я мог расслабиться и выполнить свою работу, я вдруг узнаю, что даймоны в болоте, и там нет никакого Тэлона, чтобы уничтожить их. И почему Тэлона не было здесь? Потому что Тарзан раскачивался на балконе, спасая Джейн от Читы. Теперь все, что я могу, это стоять здесь и говорить: давай, соверши еще один промах.

Тэлон впился в него глазами:

— Не будь таким саркастичным. Я знаю, что напортачил, о'кей?

— Нет, напортачить это быть пойманным без штанов в квартире Саншайн. А это немного больше, чем просто напортачить.

— Я не собираюсь просить прощения за то, что сделал.

На челюсти Ашерона задергался мускул, и он отвернулся.

— В воздухе витает очень много того, что связано с завтрашней ночью. И очень много неизвестных факторов. А то, что известно, выглядит не очень хорошо. В моем распоряжении — Кириан и Юлиан, которые хотят упаковать Вэла в сосновый ящик; Вэл, не желающий пошевелить пальцем, чтобы помочь тому, кто не является потомком римлян; Зарек, который в лучшем случае просто псих и которого разыскивает сейчас вся Новоорлеанская полиция; Ник, орущий, что увольняется, потому что устал прибираться после психов; Разъяренная богиня, которая желает получить голову каждого, кто в этом замешан… И единственный из охотников, кто надежен, это ты.

Ашерон сделал паузу и сверкнул на него мрачным взглядом.

— И, приятель, без обид, но в эти дни ты не был надежен.

— Я в порядке, Ти-Рекс.

— Нет, Тэлон, не в порядке. Ты висел на стропилах и грозился прикончить невинных людей из-за Саншайн. Чтобы избавить одну женщину от ударов по ее самолюбию, ты рисковал не только собой, но и всеми нами, и еще Пельтье. Где была твоя голова?

Тэлона охватил гнев:

— Я не ребенок, Эш. Я знаю, чему отдать приоритет.

— Обычно это так. Но сейчас ты думаешь сердцем, а не головой, и это уничтожит всех нас. Мы — Темные Охотники, Тэлон. Мы не чувствуем.

В любое другое время Тэлон мог бы согласиться с этим, но сейчас он чувствовал все возрастающий гнев. Ему не нужны были эти нотации, потому что он осознавал все риски и опасности еще лучше, чем Эш. Об угрозах он знал не понаслышке.

— У меня все под контролем.

— Так ли? — спросил Эш. — Потому что оттуда, где я стою, на это не похоже. Ты не только не повиновался мне, когда я сказал держать Саншайн здесь, ты еще заключил сделку с Катагарцем и Эротом, а это не твое дело. Ты не выкинешь эти обязательства, Тэлон. Соображаешь, как нас могут поиметь?

— Я должен был сделать это. Я должен был защитить мою жену. Меня не волнует, чего это будет стоить.

— Твоя жена? — Эш покачал головой. — Тэлон, посмотри на меня.

Тэлон подчинился.

Эш уставился на него пристально, его глаза были холодными и бесчувственными.

— Твоя жена мертва. Она умерла полторы тысячи лет назад и похоронена на твоей родине. Саншайн не Нинья.

Тэлон зарычал от гнева и боли. Это неправда. Саншайн — его жена. Он чувствует это. Он знает это. Она — все, что имело для него значение.

Все, что имело значение.

Прежде чем смог подумать дважды, он напал на Ашерона, схватив его за горло руками и тряся, пытаясь заставить понять.

— Она не мертва! — рычал он. — Будь ты проклят, она не мертва.

Эш отбросил сдержанность и применил свою энергию, чтобы остановить его.

Тэлон шипел и ругался, пытаясь освободиться, но это было бесполезно.

И в тот момент он понял, как далеко на самом деле он ушел от реальности.

Я напал на Ашерона.

Эта мысль отрезвила. Если он не успокоиться и не придет в себя, то их всех могут убить.

Всех их.

Эш глубоко вздохнул и отпустил его.