Дороги хаджа - Самид Агаев

Раймонд коротко описал ситуацию, затем оставил девочку и вернулся в прачечную. Женщина вновь улыбнулась ему.

– Я уж думала, что не вернетесь, сударь, – сказал она.

– Почему, я же просто помог ей.

– Но вы взяли с собой сумку, вот я и подумала, зачем, если возвращаться.

– Привычка, – ответил Раймонд, – еще и документы там важные лежат.

Бдительность женщины ему не понравилась.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Эльза, – ответила она.

– Спасибо, Эльза, я пойду.

– Куда же вы пойдете, плащ еще не просох.

– Спасибо, – повторил Раймонд и направился к выходу.

Он вдруг вспомнил замечание Али об отсутствии набожности в нем и отправился на поиски часовни. Разыскав ее, долго молился, прося у Господа милости и удачи. Священник бросал в его сторону благожелательные взгляды. Он уже давно не видел такой рьяности в отбивании поклонов среди рыцарей. Посвятив жизнь служению делу веры, они редко захаживают на молитву, считая свой долг перед церковью выполненным. Выйдя из часовни, Раймонд нос к носу столкнулся с офицером, который обратился к нему со словами:

– Рыцарь Раймонд Видал де Бесалу?

– Это я, – согласился Раймонд.

– Прошу следовать за мной.

Мариам старалась идти ровно, но от вмиг потяжелевшей корзины ее все время перекашивало. Она подошла к двери в башню гроссмейстера. Стражник, стоявший на посту, не упускавший случая пофлиртовать с ней, спросил с нарочитой серьезностью:

– Чего несешь?

– Выстиранное белье, не видишь что ли?

– Покажи, – потребовал стражник.

– Еще чего! – возмутилась Мариам. – Как ты смеешь копаться в женском белье. Я пожалуюсь гроссмейстеру, он тебе покажет, как рыться в женских трусиках. Ты что не давал обет безбрачия?

– Ладно, ладно, – отступил, не ожидавший такого отпора стражник. – Иди себе, только не визжи так.

Мариам вошла в башню и стала подниматься по каменным ступеням. На первой же площадке она остановилась, чтобы унять бешеное биение сердца. Отдышавшись, она продолжила подъем и преодолела оставшиеся пролеты без приключений. Стоявший у дверей магистерских покоев часовой без лишних слов открыл замок и позволил девочке войти вовнутрь. Мариам вошла и с облегчением поставила корзину на каменный пол. Лада, стоявшая возле узкого стрельчатого окна, бросилась ей навстречу со словами:

– Ну что, ты видела его?

Мариам приложила палец к губам, кивая головой на дверь. Она молча приподняла белье и показала моток веревки. Лада недоуменно свела брови. Мариам протянула ей записку. Лада развернула ее, подошла к горящей свече и, шевеля губами, внимательно все прочитала.

– Да они с ума сошли! – воскликнула она. – Как я спущусь с такой высоты, там же еще дождь разошелся не на шутку. Я вся вымокну. А это что за железяки?

– Рыцарь сказал, что там подробная инструкция.

– Где инструкция? Вот это? Так, и что здесь: «Забить острый конец в расщелину и продеть веревку: один конец отравить вниз, другой укрепить на поясе и начать нисхождение». Кого я должна отравить, да еще вниз. А-а, это буква – с, значить стравить, а что значить стравить? Нет, они точно сошли с ума, наверное, были пьяные. Трезвый человек не предложит женщине спускаться ночью с башни. Да еще и в дождь. Нет, это исключено. Я лучше подожду, пока все прояснится. Наследник Конрад ждет меня. Я уверена, что меня уже ищут.

– Рыцарь сказал, что он принес приказ о вашем освобождении. Но кастелян сказал, что вас здесь нет. Значит, они не собираются вас выпускать. И король не в силах будет вам помочь. Еще рыцарь сказал, что другого случая для побега больше не будет. Кастелян наверняка сообщил гроссмейстеру о приказе короля. Значит, в ближайшее время вас могут отправить в еще более отдаленное место, где уже никто не сможет помочь вам.

– О Аллах! – взмолилась Лада. – За что же мне такие испытания. Я боюсь.

Мариам обняла ее и гладила по спине.

– Ладно, – Лада взяла себя в руки, – делать нечего, надо изучать инструкцию. Это Али писал, сразу видно, мог бы попроще слова употребить. Вот зачем писать – укрепить веревку на поясе и совершить нисхождение. Разве нельзя было написать – обвязаться и спускаться. Если есть слово восхождение, совсем не значит, что должно быть нисхождение. Вот эту железяку надо острым концом вбить между камнями. Чем я буду ее вбивать?

– Канделябром, – подсказала Мариам.

– Хорошо, допустим. Почему их две.

– Вторая, наверное, еще где-то понадобится, – предположила Мариам.

– Ты Маша, слишком сообразительная для своего возраста, – сказала Лада. – Если ты такая умная, скажи, как я вылезу, если окно не открывается.

– Вы спуститесь сверху с террасы, – ответила Мариам.

– Я вижу, ты все предусмотрела, – в сердцах заметила Лада, – может быть, ты первой спустишься, а я посмотрю, как у тебя это получится. Кстати, ты ведь не была замужем.

– Мне только 12 лет.

– Это ничего, я выдам тебя замуж, хочешь.

– Да? А за кого?

– За своего брата. У тебя уже были месячные?

– Нет еще.

– Это ничего, Айшу замуж выдали вообще в шесть лет. Слышала про такую?

– Нет.

– Любимая жена нашего пророка. Я тебе потом расскажу, сейчас времени нет.