Дар - Джулия Гарвуд

– Это преступление карается смертной казнью через повешение? – спросил принц.

По выражению его лица Сара не могла понять, на самом ли деле он не знал этого или просто хотел помучить ее отца.

Да, – подтвердил сэр Ричардс. – Это карается повешением.

Уинстон затрясся от ярости.

– Я никогда не был предателем по отношению к королю, – заявил он и уставился на принца-регента. – Когда каждый второй государственный деятель поднял вас на смех, я твердо стоял на вашей стороне. Бог мой, я даже тогда поддерживал вас, когда вы хотели избавиться от вашей жены. И вот как вы отплатили мне за мою преданность.

Лицо принца побагровело. Всем присутствующим было понятно, что упоминание о его непопулярности или попытке избавиться от жены было ему неприятно. Свирепо глядя на Уинстона, он покачал головой.

– Как смеете вы так дерзко говорить со своим принцем – регентом ?

Уинстон понял, что зашел слишком далеко.

– Прошу прощения, милорд, – поспешно произнес он. – Я просто отчаянно пытаюсь помочь своей дочери. Маркиз Сент-Джеймс совсем ей не пара.

Принц глубоко вздохнул. Цвет его лица еще оставался прежним, но голос немного потеплел. Он сказал:

– Я с вами не согласен. Меня никогда особо не интересовали военные дела, потому что всегда навевали необыкновенную скуку. Но раз мне пришлось ознакомиться с делом отца Натана, я попросил сэра Ричардса принести мне и дело сына. Натан за грехи отца не отвечает. Никто не должен отвечать за другого. – Его голос повысился на октаву, когда он продолжил:

– В противном случае мои подданные могли бы возложить на меня вину за плачевное состояние ума моего отца, не так ли?

– Но они не считают, что вы несете ответственность за его болезнь, – уверил его Уинстон.

Принц кивнул.

– Совершенно справедливо, – заметил он. – И я не считаю Натана ответственным за ошибки его отца. Нет, маркиз не несет никакой ответственности, – повторил он утомленным голосом. – Но даже если бы и было так, то своими героическими деяниями на благо Англии и короля он уже много раз доказал свою верность. Если бы можно было рассекретить все тайны, то за свои геройские дела он давно был бы посвящен в сан рыцаря. Между прочим, мне говорили, что граф Кейнвуд заслуживает не меньшего признания. Чтение личных дел отняло у меня целый вечер, Уинстон, но теперь я могу сказать, зная все факты, что даже находиться с этими выдающимися и преданными людьми в одной комнате для меня большая честь.

В течение минуты никто не произнес ни слова. Натан чувствовал, как дрожит Сара. Он заметил, что она не спускает глаз с отца. Ему хотелось сказать ей, что теперь все будет в порядке и этот человек никогда уже не сможет запугивать ее.

Принц снова заговорил:

– Обнародовать сведения о Натане и его родственнике сэр Ричардс не разрешает, и перед его мудростью в этом деле я склоняю голову. Я выражаю сердечную благодарность этим людям. К сожалению, это все, что я могу. А теперь я хотел бы заключить сделку с вами, – сказал он, и его взгляд остановился на руководителе военного ведомства. – Я предлагаю не заточать Уинстона в тюрьму, если он уверит нас в том, что он и словом не обмолвится об отце Натана.

Сэр Ричардс сделал вид, что обдумывает это предложение.

– Я бы, конечно, предпочел, чтобы он был повешен. Но решать вам, я всего лишь ваш нижайший слуга.

Принц кивнул, затем снова посмотрел на Уинстона:

– Я знаю, что некоторые члены вашей семьи располагают информацией об отце Натана. Вашей святой обязанностью будет заставить их молчать. Вы будете нести ответственность в случае скандала вокруг Натана по этому поводу. Если же до меня дойдет хоть слушок о том, что скандал все же состоялся, вы будете обвинены в государственной измене. Я ясно выражаюсь?

Уинстон кивнул. Он был так разъярен, что вряд ли мог ответить. Внезапное разочарование принца в нем было очевидным. Теперь граф Уинчестер знал, что рассчитывать на мало-мальски приличное назначение ему не приходится. Раз принц так очевидно проявил свое нерасположение к нему, другие последуют его примеру. Сара видела гнев отца. У нее перехватило горло и закружилась голова.

– Не дашь ли ты мне стакан воды? – обратилась она к Натану.

Он поднялся и вышел из комнаты. Кейн тоже встал и повел Лютера Гранта в боковую дверь. Уинстон повернулся к сэру Ричардсу:

– Я могу все оспорить. Что значит слово Гранта против моего?

Глава ведомства покачал головой.

– У нас есть и другие доказательства, – солгал он. Граф Уинчестер поднялся. Очевидно, он поверил в блеф сэра Ричардса.

– Понимаю, – пробормотал он. – Но как вы узнали о Лютере? – спросил он принца.

– Нам сказала ваша жена, – сообщил принц. – Она пришла на помощь вашей дочери, Уинстон, в то время как вы пытались уничтожить ее. Теперь уходите. Мне больно на вас смотреть.

Граф Уинчестер поклонился принцу, на несколько секунд задержал взгляд на дочери и вышел из кабинета.

Еще никогда не видела Сара такой черной злобы на лице своего отца. Ужас охватил ее. Она знала, что весь заряд этой злобы обрушится на ее несчастную страдалицу – мать.

«Боже милостивый, – подумала она, – мне нужно во что бы то ни стало прибыть домой первой».

– Прошу извинить меня, – почти выкрикнула она и бросилась к двери.

Едва принц успел кивнуть Саре, как передняя дверь за ней уже захлопнулась.

– Думаете, она не очень здорова? – спросил сэр Ричардс.

– Почему бы и нет? – отозвался принц. – Ричардс, – добавил он более мягким тоном, – я знаю, что главы отдельных государственных учреждении шепчутся обо мне, высказывая в частных разговорах свое презрение. Да, конечно, у меня есть осведомители, которые держат меня в курсе этих разговоров. И я знаю, что вы не высказывались против меня никогда.

Меня несправедливо считают правителем, который постоянно, в зависимости от сиюминутного настроения, меняет свое мнение. Со всей ответственностью говорю вам, что это не так. Что касается этого дела с Уинстоном, уверяю вас, мое мнение остается неизменным.

Сэр Ричардс проводил принца до дверей.

– Вы ведь понимаете, милорд, что я лгал Уинстону, когда сказал, что против него у нас есть и другие доказательства. Вообще-то он прав, против него свидетельствует только Грант. И если он задумает дать этому делу ход…

Принц улыбнулся.

– Он не станет давать этому делу хода, – заверил он главу военного ведомства.

Натан вместе с Кейном и стаканом воды в руке вошел в кабинет через боковой вход.

Принц уже ушел.

– Где Сара? – спросил Натан.

– Она вышла в туалетную комнату, – объяснил сэр Ричардс. Вернувшись за свой письменный стол, он без сил рухнул в кресло. – Благодаря Богу все прошло гладко. Я не был уверен в реакции принца. На этот раз он оказался на высоте, не так ли?