Так близко к горизонту - Джессика Кох

Я прочитала стихотворение в третий раз, и внезапно моё беспокойство превратилось в страх. Поездка была прощанием? Почему он дал мне доверенность в банк именно сегодня?

– Мне нужно выйти. Завтра вечером вернусь, – крикнула я родителям, уже выбегая из дома. Я дёрнула Лайку за поводок, и собака пошла за мной.

– Джессика, – крикнула мама мне вслед. – Да что с тобой? В последнее время ты очень странно себя ведёшь.

– Всё в порядке, просто кое-что забыла! – дрожащими руками я завела машину и понеслась, явно превышая скорость, к Дэнни. Мне было всё равно, что я опять криво припарковалась, я в панике побежала в квартиру. Дэнни в костюме для пробежки сидел перед работающим телевизором. Он в недоумении приподнял бровь, я показалась себе ужасно нелепой. Вздохнув, я пожала плечами:

– Извини, я тоже не знаю… Я подумала… Ах, без понятия, почему я приехала.

Он улыбнулся мне, словно понял мою тревогу:

– Ты подумала, я лежу сейчас в ванной и режу себе вены?

– Опасалась, да.

– Ерунда, – сказал он. – Истекать кровью слишком долго.

– Дэнни, я тревожилась не напрасно?

Он хлопнул по дивану, чтобы показать мне, что я должна сесть рядом с ним.

– Нет, – уверил меня он. – Пока я хорошо себя чувствую, ты можешь о таком не беспокоиться. Когда до этого дойдёт, я заранее предупрежу тебя. Обещаю.

Я подумала о решении, которое он принял в Шварцвальде перед хосписом для больных СПИДом. Если он готов лишить себя жизни, то и я тоже готова.

– Тогда я с тобой!

– Что? – он уставился на меня, как будто я потеряла рассудок.

– Ты всё правильно расслышал! Если ты перережешь себе вены, тогда то же сделаю и я. Бросишься под поезд, я пойду за тобой. Выпьешь снотворное, я выпью то же количество.

Дэнни вскочил с дивана.

– Убирайся, – прорычал он.

– Я это серьёзно! Ты сказал, что любишь спорт и действие, и не хочешь жизни без них. Я люблю тебя и не хочу жизни без тебя!

– Но я болен. У меня нет выбора. Я бы с удовольствием ещё пожил, но не могу. А ты можешь, и ты будешь!

– Нет. Я уйду с тобой.

– Проваливай, – угрожающе сказал он и показал на дверь. – Забирай свою собаку, и больше не возвращайся!

– Нет, – повторила я.

– Между нами всё кончено, – его голос стал ледяным. – Делай, что хочешь, ты больше не подойдешь ко мне!

– Ты, видимо, решил, что то, что ты задумал, мужественно. Но это не мужественно! Это просто тупо! Это просто безумие!

Как всегда, когда я начинала кричать, он просто оставил меня одну. Он опрометью выбежал из гостиной и захлопнул за собой дверь. Я прижала к груди одну из подушек и заплакала. Почему он не хочет понять меня? В других случаях мы всегда были на одной волне, он понимал мои чувства без моих объяснений, а теперь реагирует вот так.

По пути в спальню мой взгляд упал на кухонный фасад. Дэнни написал что-то поперёк верхних шкафчиков чёрным маркером: