Лондонцы - Маргарет Пембертон

Кровь застучала у Кейт в ушах: он был темнокожим, почти черным.

— Кейт, спой нам песенку! — потребовал мистер Ниббс. — Как насчет «Мы встретимся вновь»?

Кейт не слышала, что он говорит. Сердце ее бешено колотилось. Это Леон! Это должен быть именно Леон, и никто другой.

— Давайте лучше споем и станцуем что-нибудь повеселее! — крикнула Мейвис и поднялась из-за стола, демонстрируя великолепие обтягивающей юбки, выкрашенной под шкуру леопарда, и босоножек на таких высоких каблуках, что оставалось лишь удивляться, как она на них ходит. — Эй, Ниббс! Подсади меня на пианино! Я исполню «Буги-вуги на трубе»!

— Мама, что случилось? — потянул Кейт за подол Лука. — Почему у тебя такой странный вид? Лучше спой что-нибудь для мистера Ниббса.

Кейт осторожно высвободила платье. Он вернулся, как и обещал, домой! Как же она посмела усомниться в том, что Леон сдержит слово?! Кейт сделала пару шагов на подгибающихся ногах, сомневаясь, что они ее не подведут.

Лицо Леона расплылось в широкой радостной улыбке. Он сорвал вещевой мешок с плеча и, зашвырнув его через ограду палисадника, со всех ног бросился бежать.

— Леон! — вскрикнула Кейт и, ощутив прилив сил, помчалась к нему навстречу. Когда они упали друг другу в объятия, сердца обоих стучали, словно отбойные молотки.

— Леон, милый! Мой любимый Леон! — выдохнула она. — Ты вернулся! Наконец-то ты снова дома!

Она обвила руками его плечи, и он крепко прижал ее к своей груди. Это был миг упоительного счастья. Они оба чувствовали, что уже ничто их не разлучит. Отныне они заживут дружной семьей, и любовь надежно защитит их от любых невзгод и напастей.

Уста их слились в сладчайшем поцелуе. Словно сквозь пелену тумана, до сознания Кейт доносились бурные, восторженные выкрики и свист окружающих. Где-то вдали, на Темзе, пронзительно прогудел буксир. Хетти заиграла «Марш победителей».

Когда их уста наконец разомкнулись, а взгляды встретились, Кейт посмотрела на Леона и нежно сказала:

— У нас родился ребенок! У нас с тобой сынок.

— Я знаю, — взволнованно ответил он, лаская ее лучистыми янтарно-карими глазами. — Я успел получить твое письмо в тот день, когда наш корабль был потоплен торпедой. С тех пор оно всегда со мной, возле сердца, и днем и ночью.

Леон окинул взглядом стол, ломящийся от закусок и напитков, флажки и воздушные шарики, привязанные к стульям, сглотнул ком в горле.

— По-моему, самое время нам с сыном познакомиться.

— Его зовут Лука. Ему уже два годика.

Кейт обняла Леона, и они подошли к столу, где их ждали друзья и соседи.

Мэтью сразу узнал в этом смуглом кудрявом улыбающемся моряке, идущем к ним навстречу, того самого человека, о котором ему рассказывала Кейт. Они с Дейзи побежали наперегонки, чтобы повиснуть на его сильных руках.

А когда Чарли хрипло загорланил на всю площадь что-то смутно напоминающее песенку «Такой уж он славный парень!», Кейт и Леон окончательно укрепились во мнении, что во всем огромном мире нет людей счастливее, чем они.