Миля над землей - Лиз Томфорд

Я приняла это решение только сейчас, но, видя Инди в таком состоянии и зная, что Зандерс завтра играет и, вероятно, сегодня вечером не будет оттягиваться, я предпочту остаться трезвой.

Мы следуем за Домом к остальной части его команды, но за высокими столиками, расставленными вокруг бара, сидят и баскетболисты, и хоккеисты «Чикаго». Несколько парней из «Рапторс» вопросительно смотрят на меня и мою коллегу, они ни разу не видели нас вне самолета или в другой одежде, кроме униформы. Но когда мой брат встает, делает два быстрых шага и заключает меня в объятия, глаза парней, на которых я работаю, начинают практически вылезать из орбит.

Я подумала, что сегодня вечером все узнают, что мой брат – разыгрывающий баскетбольной команды Чикаго, и, что удивительно, мне на самом деле все равно. Неуверенность, которую я когда-то испытывала из-за того, что люди использовали меня, чтобы сблизиться с моим братом, уже не так сильна. Или, по крайней мере, теперь я знаю, как распознавать различия и отстаивать то, чего я заслуживаю.

Как бы то ни было, слишком много глаз смотрят на меня в замешательстве, и в переполненном баре воцаряется тишина.

– Черт подери, ребята, успокойтесь, – обращается Зандерс к товарищам по команде, стоя за столиком в глубине зала вместе с Мэддисоном и Рио.

– Откуда ты знаешь Райана Шэя? – спрашивает один из молодых парней «Рапторс», Томпсон.

Мы с братом стоим рядом, и это, должно быть, легко понять. Глаза Райана – такие же, как у меня. У него такого же оттенка кожа. У нас обоих веснушки, покрывающие носы и щеки, а волосы, которые у брата не так сильно выцвели, такие же вьющиеся, как и у меня. Конечно, он выше меня – метр девяносто, но все же.

– Ты родственница Райана Шэя? – потрясенно спрашивает другой парень, разинув рот.

– Нет, – снова бросает Зандерс, небрежно потягивая воду. – Это он ее родственник. Вы, ребята, можете перестать вести себя как кучка сопливых фанатов и оставить их, черт подери, в покое?

Несколько вопросительных взглядов брошено в дальний конец бара, где стоит Зандерс, и это заставляет меня волноваться, что секрет того, кто такой мой брат, будет не единственным секретом, раскрытым сегодня вечером.

Группа из тридцати с лишним спортсменов снова принимается болтать между собой и изо всех сил старается сделать вид, что они ни капельки не удивлены.

Мой взгляд возвращается к Зандерсу, и он мягко улыбается с другого конца помещения, прежде чем вернуться к разговору с Мэддисоном и Рио.

– Могу я предложить тебе выпить? – Райан смотрит на мои пустые руки.

– Не стоит. Райан, ты помнишь Инди?

Он поворачивается к моей коллеге:

– Ой. Да. Привет.

– Привет, – повторяет она столь же незаинтересованно. Или смущенно, я не совсем поняла.

Райан достает из кармана жужжащий телефон.

– Черт, – бормочет он, прежде чем отклонить вызов и снова спрятать телефон.

– Что?

Он качает головой, ничего не объясняя, но я понимаю, что что-то случилось.

– Райан.

Он резко выдыхает.

– Несколько старых приятелей по колледжу приехали из Северной Каролины на завтрашнюю игру. Я купил им билеты. С ними Бретт.

– Рай, какого черта?

– Я знаю, прости. Я говорил им, чтобы Бретта не приглашали, но, видимо, никто меня не послушал, потому что он здесь. В городе.

– Ни хрена себе! – Рио обхватывает и Инди, и меня за плечи. – Это чудо плей-офф. Вы с нами?

Я вырываюсь из его объятий, оставляя его висеть на подруге, и снова с беспокойством смотрю на Райана из-за той бомбы, которую он только что подбросил.

– Вы, девчата, выглядите так сексуально. Я имею в виду, так… красиво. Симпатично? Что нравится слышать девушкам?

Мы с Инди пересмеиваемся.

– Нам нравится слышать, что ты оплатишь всю нашу выпивку. Пойдем, Рико Учтивый, – Инди тянет его за собой к бару.

Рио поворачивается в мою сторону, волнение отражается на его лице.

– О боже. Боже! – беззвучно произносит он, зеленые глаза широко раскрыты и слишком счастливы.

– Интересный человек, – отмечает Райан.

– Рио? О, он безобидный. Практически золотистый ретривер.

– Я имел в виду твою подругу. Индиана? Ту, что в три часа ночи рыдала у нас дома под Селин Дион.

Большая рука незаметно касается моей поясницы, кончики пальцев впиваются в бедро, но я не напрягаюсь от прикосновения.

– Ты следишь за мной? – Зандерс наклоняется, касаясь губами моего уха.

Он поворачивается ко мне, его карие глаза обшаривают мое тело, изучая каждый сантиметр, а потом он прикусывает нижнюю губу.

Я смотрю на него, желая прикоснуться. Поцеловать. Взять за руку. Практически все, что угодно, но я могу только смотреть. И я, мать вашу, смотрю.

Белая льняная рубашка украшает торс, несколько верхних пуговиц расстегнуты, обнажая смуглую кожу и золотую цепочку. Его брюки оливкового оттенка – самая легкая пара, которую я когда-либо видела на нем, но тем не менее они выглядят чертовски дорого. Это совсем другое дело – видеть его в чем-то другом, кроме его типичных черных сдержанных костюмов.

– Слушайте, то, что вы двое встречаетесь, – шепчет Райан так, чтобы слышали только мы трое, – не значит, что мне нужно видеть, как вы лапаетесь у меня на глазах.

– Ничего не могу с собой поделать, – не задумываясь, говорит Зандерс, не отрывая от меня взгляда. – Она сногсшибательна, и прошлой ночью она сделала мне…

Я быстро закрываю ему рот ладонью, прежде чем с сожалением отдергиваю руку. Мои глаза мечутся по комнате, но, похоже, никто не видел, что я так неосторожно прикоснулась к нему.

Райан зажмуривается, отказываясь слышать то, что начал говорить Зандерс.

– Чувак, она все еще, мать твою, моя сестра. И если вы двое так себя ведете, пытаясь сохранить это в секрете, я даже не хочу знать, на что это будет похоже, когда вы наконец станете достоянием общественности.

Эта мысль какое-то время не приходила мне в голову, в основном потому, что я себе этого не позволяла. Это вселяет в меня надежду, но на данный момент эта мечта слишком далека. Зандерсу нужно подписать новый контракт. И единственный способ для этого – сохранить имидж хоккейного плейбоя. По крайней мере, так считает его агент.

Я могу только надеяться, что, как только бумаги будут подписаны, он больше не будет заботиться о соблюдении приличий, и, надеюсь, к тому времени я подумаю о поиске другой работы.

Зандерс опускает взгляд на мои руки:

– Могу я предложить тебе выпить?

– Я не пью.

– Почему?

– Ну, потому что ты не пьешь, и я надеюсь, что позже ты меня захочешь, но я знаю, что ты этого не сделаешь, если будешь трезв, а я – нет.

Его губы начинают озорно приподниматься, грязные слова вертятся на кончике языка, но Райан вмешивается прежде, чем Зандерс успевает заговорить.

– Я все еще здесь, и я все еще твой брат.

– Я сделаю вид, что не знаю, какая ты на вкус, и потусуюсь с