В погоне за убежищем - Кэтрин Коулc

Я: Простите. На работе ад. Мы потеряли одного куратора, и сейчас все валится… Но я постараюсь прийти. Обещаю.

Кайлер: Дай угадаю, кто разгребает завалы.

Я нахмурилась на телефон — и потому, что он угадал, и потому, что он знал, почему это для меня так важно. Не только потому, что я понимала, как остро нужны этим детям соцработники и помощь, но и из-за него.

Кай был невидимой меткой на моих костях. Тем, что я несла в себе всегда и везде, даже если никто никогда об этом не узнает.

Трейс: Береги себя. Иначе никому не поможешь.

Я нахмурилась еще сильнее. Трейс и раньше был нашим гиперзаботливым старшим братом, а теперь, став шерифом, распространял эту заботу на весь округ.

Я: Я знаю свои пределы. Люблю вас всех.

Коуп: В переводе с языка Фэл — это значит «идите лесом».

Арден: Берегитесь. А то получите конфетти-гранату.

Я хотела улыбнуться в ответ на ее упоминание моего любимого способа мести, но сил уже не осталось. Вместо этого я заблокировала телефон и закончила собираться. Накинула привычные брюки и рубашку на пуговицах, а светлые волосы заплела в косу.

Оставалась лишь одна деталь. Я протянула руку к шкатулке с украшениями и достала оттуда ожерелье — стрелу, которую носила каждый день, сколько себя помнила. Застегнула цепочку на шее и уставилась на крошечный кулон. Провела по нему пальцами — и, казалось, все еще ощущала отголосок прикосновений Кая, когда он делал то же самое.

Я крепко зажмурилась, позволив себе на несколько коротких мгновений вернуться в те дни. Призвала призрак Кайлера, позволяя воспоминанию окутать меня, вспомнила, как это было — быть его.

Когда я открыла глаза, его уже не было. Больше не Кайлер. Только Кай. Единственный приемный брат, которого я так и не смогла увидеть лишь как брата. Потому что не имело значения, прошло ли четырнадцать секунд или четырнадцать лет, он всегда будет тем самым мальчишкой, который отдал мне все.

Мой хэтчбек закашлял и зажужжал, когда я припарковалась в конце ряда. Я поморщилась и заглушила двигатель, ласково похлопав ладонью по панели.

— Просто дотяни до конца этой зимы, а потом я отправлю тебя на покой куда-нибудь в теплое и солнечное место. — Вроде свалки.

Вылезла из машины, подошла к багажнику и вытащила переполненную сумку. Заднее сиденье у меня было в порядке, а вот багажник… Там лежал второй комплект буквально всего, что могло мне понадобиться, ведь иногда я жила в машине неделями: бесконечные бутылки с водой, спортивная форма, смена одежды для суда или джинсы, чтобы покататься верхом с Арден и Кили, даже подушка и плед.

А еще там хранился мой резервный набор для детей, с которыми я работала: одежда, книги, игрушки, перекусы и аптечка. Хаос, но рабочий хаос.

Я захлопнула дверь и щелкнула сигнализацией. Даже этот звук прозвучал устало и безжизненно.

— Я тоже, дружок. Я тоже.

Расправив плечи, направилась к офису. Служба опеки округа Мерсер обслуживала пять городков и прилегающие территории. Вместе с помощниками нас было всего пятеро. Нам бы как минимум вдвое больше людей.

По нормативу у соцработника должно быть не больше двадцати пяти дел одновременно. У меня сейчас было тридцать два. Последние месяцы наглядно показали мне, почему так многие в этой профессии быстро выгорают. Эта работа и так бьет по душе, а если еще и перегружен… рецепт катастрофы.

Но при этом это была самая важная и ценная работа, о какой я могла мечтать. Нет ощущения лучше, чем видеть, как семьи проходят путь к здоровому воссоединению, или помогать детям попасть в новые, безопасные условия, где они могут раскрыться. Конечно, бывали дела, в которых победа казалась невозможной, и максимум, на что можно было рассчитывать, — это выживание. Но это не значило, что я перестану бороться.

Каждое дело, попадающее ко мне на стол, заслуживало лучшего, что я могла дать. И они это получат. Даже если мне придется пожертвовать сном.

Когда я вошла в офис, раздался звонок, и Мэри Лу подняла голову от стола регистрации:

— Доброе утро, Фэл.

— Доброе, — кивнула я. — Как Джинни? Простуда прошла?

— Намного лучше. Но, к несчастью, Том заразился. А ты знаешь, что это значит.

Я передернула плечами.

— Только не мужской грипп.

Мэри Лу усмехнулась:

— Вот именно.

— Да прибудет с тобой Сила.

— Возьму, что дают.

Я прошла в небольшое помещение, которое делила с другим соцработником, Милой, и нашим инспектором Ноа. Единственный отдельный кабинет был у руководителя службы опеки округа Мерсер, Роуз.

— Доброе утро, — поднял взгляд от ноутбука Ноа, поправив очки. — Я принес пончики. — Он кивнул на кухонный уголок у стены.

— Спасибо. Я готова принять любую дозу сахара прямо в вену.

Мила покачала головой, ее темные волны волос обрамляли лицо с идеальными восточноевропейскими чертами:

— Я вообще не понимаю, как вы с Ноа еще живы с таким питанием.

Я скривилась, глядя на ее зеленый смузи:

— Я свои овощи предпочитаю в салате, спасибо.

— Когда ты рухнешь в час дня, пожалеешь, что не выпила мой зеленый сок.

Может, она и была права. У Милы было на четыре года больше и возраста, и опыта в этой работе. Но я держалась на плаву, как могла.

— Сахар у меня из холодных, мертвых рук не вырвешь, — пробормотала я, проходя к столу.

Ноа усмехнулся:

— Сахар — это энергия. Он нас держит.

— Считаю это научно доказанным фактом, ведь Ноа работает в службе дольше, чем мы обе.

В тридцать четыре он уже десять лет был в Департаменте социальной защиты. Обычно, если человек дотягивал до десятилетнего стажа, он оставался надолго.

Я скинула сумку на пол и отодвинула стул, но замерла, заметив на столе пакет и записку. Пакетик клубничных мармеладок Sour Patch Kids и сложенный лист бумаги с моим именем — Фэллон — выведенным яркими, замысловатыми буквами.

Горло сжалось. Я медлила, не решаясь ни открыть, ни оставить.

— Она хотела прочитать, — заметил Ноа, снова уткнувшись в компьютер.

— Спасибо, что сдал меня, — фыркнула Мила.

Я сузила глаза, глянув на нее.

Она подняла руки:

— Не я! Честно. Просто интересно, что сегодня написал плохиш из Blackheart Ink.

Я едва заметно поерзала. Нередко бывало, что Кай заезжал по пути в свой зал смешанных единоборств Haven или в тату-салон, который он тоже держал, и оставлял для меня что-то. Чаще всего — конфеты. Но не всегда.

У меня на столе и дома хранилась целая коллекция его мелких подарков: брелок с Chevy Impala из сериала