Круговорот чужих страстей - Екатерина Риз

— Нет, никогда.

— Вот видишь, сколько интересного. Пойдёмте, держи меня крепко за руку. А ты, Роско, иди спокойно, а то мы за тобой улетим.

В общем, мальчики вели себя очень прилично и спокойно. Ваня с любопытством разглядывал всё, что попадалось ему встреч — людей, машины, других детей, а вот Роско, как только оказался на городской улице, насторожился и строго посматривал по сторонам. Но поводок не дёргал, степенно вышагивал рядом и предостерегающе на всех зыркал. Кстати, на Роско внимания обращали куда больше, чем на Алёну с Ваней, зря она опасалась. Огромный алабай интересовал граждан куда сильнее. А может, беспокоил. На автостанции, присев на скамейку, пожилая женщина рядом, несколько минут разглядывая Роско, затем головой качнула.

— Надо же, телёнок целый. Это где ж вы такого взяли?

Алёна погладила собаку.

— Это алабай, — ответила она доброжелательно.

— Зверюга. Загрызёт и не заметит.

Ваня выслушал незнакомую тётю, тоже на Роско посмотрел, после чего обнял того за мощную шею. А в защиту любимца сказал:

— Роско добрый, он нас любит. И мы его любим.

— Да это ж прорву денег надо, чтобы его прокормить! Он же за раз полтелёнка съест!

Ваня смотрел на неё и казался растерянным, явно не понимал, что тётенька от Роско хочет. А вот Алёна улыбнулась. Встретилась глазами с молодым парнем, который к разговору прислушивался и тоже собаку разглядывал. Только Роско оставался невозмутимым, бурно дышал и бдительно поглядывал по сторонам.

В ожидании автобуса пришлось купить в буфете пирожков и сока, а для Роско воды. Отошли в сторонку, сели на пустую лавочку, в стороне от людей, Ваня жевал пирог с повидлом, ногами мотал, и расстроенным или уставшим не выглядел. Роско, за неимением другой еды, проглотил слойку с сыром и теперь пил воду из одолженной у буфетчицы миски. А потом лёг у ног мальчика. А Алёна, воспользовавшись моментом, отошла на несколько шагов, набрала номер Дуси. Но глаз с Вани не спускала. Он разговаривал негромко, то ли с собакой, то ли со своим солдатиком, но главное, что был занят.

Дуся на звонок ответила сразу и вместо приветствия спросила:

— Ты телевизор смотришь?

— Уже нет. Не вижу смысла.

— Алёна, это ужасно. Его арестовали, это правда?

Алёна с трудом подавила вздох.

— Не знаю. Паша звонил вчера, а сегодня… Кажется, его ещё допрашивают.

— А ты? Вас окружают! Всё, я еду к тебе. Я сейчас приеду, и раскидаю всю эту свору!

— Дуся, тише. Дуся, меня там нет.

— Нет?

— Послушай меня, пожалуйста, не перебивай. Ты должна кое-что сделать. Я тебе сейчас продиктую номер, это номер Регины Ковалец.

— Чей?

— Ты слышала! Ты должна ей позвонить, и сказать, что я увезла Ваню. Увезла из усадьбы. Скажи, что я его спрячу. Пусть она Паше передаст. Пусть он не волнуется.

— Куда ты его увезла? Где спрячешь?

Алёна глаза рукой закрыла, потом в кулак её сжала.

— А куда я могу поехать? Я везу его к родителям.

Дуся молчала, довольно долго. Потом осмелилась спросить:

— Ты уверена?

— Нет, я не уверена! — не выдержала она. Ваня тут же голову повернул, посмотрел на неё, удивлённо и обеспокоенно, пришлось ему улыбнуться, а тон сбавить. Практически зашептала в трубку: — Мне больше некуда идти.

— Приезжай ко мне!

— Не могу! У меня нет паспорта, Паша забрал все документы, мы на днях должны были вылететь в Испанию. Не успели. Куда я без документов? Даже на автобус билет не возьму. И на Ваню никаких документов. Дуся, если меня задержат с ним в городе, меня посадят за похищение.

— Я сойду с ума, — решила тётка.

Алёна дыхание перевела.

— Не надо, не время. И всё у нас в порядке. Сделаем пару пересадок и выберемся из области. К вечеру будем у родителей. Только, пожалуйста, сообщи Регине. Пусть она Паше передаст. Потому что ему точно есть от чего сойти с ума.

— Хорошо, хорошо, я передам. А завтра приеду в Кулчино.

Алёна разглядывала ряд автобусов на стоянке.

— Нет, не надо. Ты знаешь отца. Он только больше разозлится. Решит, что ты меня спасать приехала. — На выдохе проговорила: — Всё будет хорошо. Позвоню, как смогу. — Телефон выключила и подошла к мальчику, надела ему на голову кепку. — Доел пирог, вкусный?

— Да. Но Роско хочет котлету.

— Придётся потерпеть. — Алёна снова присела, принялась надевать на Роско намордник. И его попросила: — Потерпи. К вечеру доберёмся до места, и не придётся его носить. — Со стоянки тронулся автобус, и Алёна торопливо поднялась. Надела на плечи рюкзак, взяла Ваню за руку и потянула за собой собаку. — Пойдёмте, наш автобус.

В автобусе Ваня выспаться успел. Роско втиснулся в пространство у его ног, положил голову ему на колени и терпеливо сносил тяготы путешествия. Не спал, смотрел по сторонам, охранял ребёнка. Алёна время от времени Роско гладила по голове, а Ваню к себе прижимала. А пассажиры рядом косились на них, но в основном, когда слышали, как Роско сглатывает или клацает зубами.

Из последнего автобуса вышли уже после шести вечера. Пять часов добирались, а впереди ещё три километра пешком. Алёна спустила Роско с поводка, сняла намордник, пёс тут же головой помотал, зевнул и снова громко клацнул зубами. Алёна рассмеялась.

— Тут совсем никого нет, — удивился Ваня, оглядываясь по сторонам.

Они стояли на остановке, позади поле, впереди поле и только между ними дорога, сейчас даже машин видно не было.

— Да, придётся прогуляться. Роско, вперёд.

Она храбрилась, улыбалась, даже болтала с Ваней, отвлекая его от усталости. Но на самом деле холодела внутри. И чем ближе они подходили к деревне, в которой она провела своё детство, как только начала узнавать окрестности, у неё начало мутиться сознание. Родителей она не видела год, и последний её визит был не из разряда удачных и душевных. Отец тогда ни одного слова ей не сказал, не поинтересовался, как у неё дела, и, вообще, что происходит с её жизнью. А теперь она собирается появиться на пороге его дома… с ребёнком. И собакой.

— Мы сейчас придём домой?

— Домой?

— В усадьбу. Мы поездили на автобусе и сейчас придём домой?

— Почему ты так решил?

— Тут тоже лес и полянки кругом.

Алёна Ваню по волосам потрепала.

— Нет, родной. Мы скоро придём, но мы поживём в другом месте. — Алёна помедлила с продолжением: — Я познакомлю тебя со своими родителями. Правда, здорово?

— Родителями? — Глаза Вани округлились. — С твоим папой?

Алёна кивнула, улыбнуться не смогла.