Сы Мин - Цзюлу Фэйсян

Вернувшись в Уфан, Сы Мин обнаружила, что первоначальная духовная энергия в горах значительно ослабла. Вероятно, это было следствием разрушения Города Пустоты, которое нарушило мировой баланс. Сейчас Уфан превратился в пустынные горы. Ученики покинули его, чтобы ловить преступников, сбежавших из Города Пустоты и начавших творить зло. Даже старейшина Чан У сам взялся за оружие.

Сы Мин ощущала некоторую вину, но, глядя на Чан Юаня, решила, что ради его спасения любые преступления можно будет искупить позже.

Она прижалась к его руке и произнесла:

— Если ты когда-нибудь предашь меня, я... — Она хотела сказать что-то резкое, но лишь тихо добавила: — Я просто перестану с тобой разговаривать.

— Это действительно было бы самым суровым наказанием, — произнес Чан Юань, и на его лице появилась удивленная улыбка.

Они без каких-либо препятствий добрались до запретных земель Уфана, но то, что предстало перед Сы Мин, поразило её.

На дне высохшего озера, в центре запретной зоны, возвышались ворота Города Пустоты. Огромные створки были разбиты, и из них вырывался ураганный ветер, унося с собой песок.

У ворот на коленях стоял мужчина в небесно-голубой одежде. Его спина напоминала о героической фигуре, прямо стоящей под небом. Кровь, вытекающая из ран, заливала землю вокруг, создавая пугающую картину среди песков. Казалось, что он уже потерял слишком много крови. Сы Мин медленно подошла к нему, но, увидев его лицо, отшатнулась.

Чан Юань, стоявший позади неё, протянул руку и поддержал. Он взглянул на Чананя, который лежал на земле бездыханным, но с открытыми глазами. Чан Юань нежно похлопал Сы Мин по голове и произнёс:

— Не бойся.

Сы Мин внезапно осознала, что происходит, и перевела взгляд на бурю песка. Наконец-то она поняла, что было не так. Женщина-призрак была хозяйкой Города Пустоты, и её злоба держала город в вечной белизне дня. Но теперь эта злоба исчезла. Лицо Сы Мин побледнело.

— Неудивительно, что она так легко согласилась на моё предложение. Оказывается, она искала смерти.

Она снова посмотрела в открытые глаза Чананя.

— Ты спас её, пожертвовав своей жизнью ради запечатывания... Если бы она увидела это, то, несмотря на всю свою ненависть, была бы счастлива.

Сы Мин подошла к нему и закрыла ему глаза.

— Если бы я была женщиной-призраком, я бы простила тебя. В следующей жизни, если вы встретитесь, будь добр к ней.

Сы Мин отступила, глядя на тело Чананя, которое, несмотря на все раны, упорно не падало. Она вспомнила, как впервые встретила его в образе Эр Шэн. Он был в синем, его лицо было холодным, а осанка прямой, как бамбук.

Не прошло и много времени, а судьба уже успела кардинально изменить жизни многих людей.

Она повернулась к Чан Юаню, который с мягкой улыбкой смотрел на неё. Сы Мин тихо произнесла:

— Чан Юань, мы оба накопили много долгов. Как мы будем их погашать?

— Вместе мы сможем это сделать.

— Хорошо, но с чего начнём? С долгов Чананя и женщины-призрака, или с Лань Хуа, которую оставили на небесах, или...

— Сы Мин, сначала мы должны взыскать долг. Этот Небесный Император... — глаза Чан Юаня сузились, — он заслуживает наказания.

Сы Мин с удивлением взглянула на него, а затем рассмеялась и произнесла:

— Если он не будет трогать нас, то и мы не будем его трогать.

Однако не успела она договорить, как небо над Городом Пустоты заволокло чёрными тучами, а громкие удары барабана, словно раскаты грома, вызвали у всех тревогу.

Сы Мин слегка приподняла бровь. Она видела такую сцену несколько раз, когда сопровождала бога войны Моси. Тогда небесные войска спустились на землю, чтобы уничтожить демонов и мятежников. Сы Мин никогда бы не подумала, что однажды окажется под этими облаками, чтобы принять небесный суд.

Чан Юань защитил её своим телом и, взглянув на неё искоса, произнёс:

— Смотри, он пришёл нас трогать.

В его голосе звучала легкая ирония. Сы Мин, скривив губы, ответила:

— В таком случае, у нас нет другого выбора. Если он хочет драки, пусть начинает первым.

Сы Мин знала, что Небесный Император, как и она сама, предпочитал заниматься мирными делами, а не войной. Его силы были немногим больше её собственных. Если бы дело дошло до дуэли с Чан Юанем, исход был бы очевиден. Однако у Небесного Императора было много секретных сокровищ и артефактов, а также десятки тысяч небесных воинов. Возможно, даже сам бог войны Моси был среди них. Один Чан Юань не смог бы справиться с такой мощью...

Поразмыслив, Сы Мин кивнула и произнесла:

— Чан Юань, великий муж не будет жесток к слабым. Сегодня мы простим Небесного Императора, а завтра нападём на него.

— Мы будем бежать? — спросил Чан Юань, прищурив глаза.

Сы Мин не смутилась, что её план был раскрыт, и серьёзно кивнула:

— Да, будем.

Она потянула Чан Юаня за собой, но он не двинулся с места, глядя на неё с невыразимой печалью.

— Ты всё ещё защищаешь его? — тихо произнёс он.

— Что? — не расслышала его слов Сы Мин.

В этот момент Чан Юань внезапно выхватил меч, висевший у Сы Мин на поясе, и холодно сказал:

— Я пощажу всех, кроме него.

Сы Мин не могла понять, почему Чан Юань так сильно злится на Небесного Императора. Когда она попыталась его успокоить, в её голове возникла резкая боль, словно острый предмет пронзил её череп. Лицо Сы Мин побледнело, и она не смогла сдержать стон.

Чан Юань встревожился, увидев, как она пошатнулась и, держась за голову, начала падать. Он быстро подхватил её и спросил:

— Что случилось?

— Голова... немного кружится, — прошептала она.

Чан Юань почувствовал, что она что-то скрывает, но времени на расспросы не было. Он вложил свою божественную силу в её лоб, пытаясь облегчить боль. Однако его действия лишь усилили её страдания: на лбу Сы Мин выступил холодный пот, а её лицо стало ещё бледнее.

Он осторожно убрал руку и заметил, что на лбу Сы Мин появилось древнее заклинание, похожее на повязку. Чан Юань сразу узнал эти руны, и его лицо омрачилось ещё больше. Он подхватил Сы