Ветер перемен - Юлия Прохорова

– Конечно! – я вытащила из шкафа белье и майку с шортами. Сердце ныло. Но я заставила себя улыбнуться и, глядя на девчушку, спросила: – Что ты хочешь на завтрак?

– Может быть, мини-панкейки?

– Хорошо.

Отвернувшись от Ким, я изловчилась и надела белье, не снимая с себя полотенце. Когда-то я так переодевалась в купальник на пляже Крыма, когда невозможно было дождаться очереди в раздевалку.

– Что вчера было? Ты нашла Алекса? Я к нему заглядывала, но его нет в комнате. Вы поговорили?

Очень любопытный подросток стоял передо мной в ожидании ответов.

– Да-да, всё хорошо, поговорили, – рассеянно ответила я, стаскивая с себя полотенце и кидая на кровать. – Он где-то здесь, может быть, уже вниз спустился?

Ким какое-то время молча смотрела на меня.

– Ты ведешь себя странно, – заключила, наконец, она. Потом пожала плечами и добавила, – ну ладно, я пойду вниз. Поищу Алекса. Он обещал мне помочь подобрать подарок для друга.

– Я сейчас приду.

Взявшись за ручку, Ким открыла дверь, но, на мое удивление, не вышла, а вдруг замерла и метнула взгляд к креслу, на котором валялись джинсы и футболка Алекса. Быстро сопоставив в уме факты, она обернулась на меня с лукавой улыбкой и добавила:

– Хотя, знаешь, я подожду тебя. Пойдем вместе. Хочу знать, что вчера произошло.

Я покосилась в сторону ванны, где до сих пор стоял Алекс. Но не признаваться же Ким, что ее голый дядя прячется за дверью.

– Конечно, пойдем. Расскажу тебе, пока будем готовить завтрак.

И с этими словами мы вышли из комнаты.

Спускаясь с детьми на первый этаж, я думала о том, что сейчас чувствовал Алекс. Ведь я просто ушла, не дождавшись от него объяснений. Но я пока не готова рассказывать 14-летней девочке о том, что мы ночевали вместе, хоть она и догадалась обо всем с вероятностью в 99%.

– И что, он просто ждал, пока ты приедешь? Блин, – она разочарованно вздохнула, – жаль я не видела, когда вы вернулись. Я думала, произошло что-то такое, ну… знаешь, как в романтических фильмах.

Я про себя усмехнулась, да уж, он очень романтично вчера напился.

– Ничего такого, просто у него разболелась голова и ему было сложно доехать до дома. Так бывает у взрослых, повышается давление.

Ким кивнула:

– Да, у папы иногда бывает. Он вообще целый день лежит тогда.

– Вот-вот, – подтвердила я, заходя на кухню и ставя на пол рядом с Нейтом корзину с игрушками.

– Но вы же поговорили? Всё хорошо, вы вместе? Судя по его разбросанной одежде у тебя в комнате, думаю, вы точно вместе.

Я рассмеялась и спрятала пылающие щеки за открытой дверцей холодильника.

В этот момент на кухню зашел Алекс с родителями.

Как и всегда, при его появлении у меня участилось сердцебиение. Интересно, это когда-нибудь прекратится, или он всегда будет так на меня действовать?

– Доброе утро, – проговорил он, глядя на меня в упор.

– Доброе утро, – ответила я, оглядывая всех из семейства Кавальери, чувствуя смущение. Ведь я провела с Алексом ночь, а сейчас мы ведем себя так, словно только увиделись.

Ким и Виттория с Альфредо переводили взгляд с него на меня и обратно, слегка улыбаясь. Неужели всё написано у нас на лицах? Алекс же, совсем не замечая поведения племянницы и родителей, направился в мою сторону. Голубое поло подчеркивало синеву глаз, а белые шорты до колена – загар. Я уловила запах его парфюма, и голова слегка закружилась, отбросив меня мысленно в воспоминания прошедшей ночи. Его руки на моей груди, губы на впадинке у ключицы, и эти движения…

– Алекс, помоги с подарком! Ты обещал мне! – Ким тут же подлетела к нему и перехватив на полпути ко мне, утащила в сторону столовой.

Я успокоила бесновавшееся нутро и сосредоточилась на завтраке, чувствуя на себе взгляды собравшихся в столовой. Подготовив тесто, принялась жарить мини-панкейки. Нейт играл с бабушкой и дедушкой в солдатиков и машинки, сидя на полу, а Алекс с Ким всё так же сидели за столом в столовой и смотрели в интернете подарок для одноклассника Ким. Я слышала их разговор, но не понимала смысла, так как общались они на итальянском. Периодически я ловила на себе тревожный взгляд Алекса.

Алекс был сам не свой. Вместо улыбчивого и жизнерадостного Алекса, который постоянно меня подкалывал, он превратился в поникшего и напряженного. Если всё так, как он говорит, я с ужасом представляла, какой груз он носит на себе все эти годы. Но я совсем никак не могла представить, чтобы он кого-то убил. Кого и почему? И при чем тут авария?

Тревожные вопросы множились у меня в голове. Я бросила задумчивый взгляд на Витторию. Она сказала, что душа её сына изранена. Чувствует ли он вину все эти годы? Но, несмотря на его слова, я ни в коем случае не боялась его, я всё так же внутренне сходила по нему с ума. Здравый смысл подсказывал, что, скорее всего, всё не так страшно, как видит себе Алекс, иначе он был бы сейчас за решеткой, а не в столовой.

Сняв со сковороды лопаткой панкейк, я услышала, как запищал мой айфон.

9:35 Алекс

«Когда мы сможем поговорить? Твоя холодность пугает меня»

Я обернулась и посмотрела на него. Он смотрел на меня из столовой, держа в руках телефон.

9:36

«Всё в порядке. Я просто занята завтраком. Не придумывай»

Отложив телефон, я опустила половник в миску и вылила остатки теста на сковороду.

9:37 Алекс

«Можно я подойду к тебе?»

Я снова бросила на него взгляд и написала ответ.

9:38

«Конечно! Но только, если обещаешь вести себя прилично при родителях и детях ;)»

Сказав что-то Кимберли, Алекс отошел от нее и, подойдя ко мне, встал рядом, прислонившись спиной к кухонному столу. Протянув руку, он легонько ткнул меня в бок. Я хихикнула и дернулась, едва не уронив панкейк с лопатки, который до этого снимала со сковороды.

– Чем тебе помочь? – спросил красавец, глядя на меня.

– Сделай мне кофе? Я хочу латте, – попросила я, отправляя его на другой конец кухни, то есть на расстояние, не провоцирующее меня поступиться принципами и, пойдя на поводу у желаний, поцеловать его на глазах у детей и родителей.

– Пытаешься от меня избавиться? – спросил он, доставая из шкафчика чашку и направляясь к кофе-машине. Как будто мысли мои читает. Как и всегда, впрочем.

– Ты угадал, –